Иак бежал впереди, прокладывая путь, а мы втроем следовали за ним, прикрывая голову большими листьями бананового дерева, толку от которых, вообще-то, было очень мало. Мы начали подниматься по склону холма, хватаясь за все, что попадалось под руку, чтобы не соскальзывать обратно вниз. Достигнув уже середины склона и оказавшись под относительной защитой пальмы, мы увидели метрах в десяти впереди себя нечто похожее на вход в пещеру. К сожалению, склон здесь становился абсолютно отвесным, да еще и каменистым, а потому добраться до этой пещеры было не так-то просто.
— Давайте вскарабкаемся вверх по лианам! — предложил я, пытаясь перекричать шум ливня и показывая на покрывавшие склон лианы.
Профессор посмотрел на меня с таким видом, как будто я предложил ему исполнить танец в подштанниках.
— Вы предпочитаете стоять здесь и мокнуть? — вызывающе спросил я.
— Давайте поищем какое-нибудь другое место! — крикнул профессор.
Мне было известно, что он очень боится высоты, даже не очень большой, однако шутить по этому поводу мне сейчас было некогда.
— Ну хорошо, — сказал я, кладя ему руку на плечо. — Вы подождите здесь, а я пойду тормозну такси.
Не дожидаясь ответа, я ухватился за одну из свисавших сверху лиан и, упираясь ногами в каменистую поверхность склона, начал карабкаться наверх, зная, что и у профессора, и у Кассандры вполне хватит сил и ловкости для того, чтобы последовать моему примеру. Иака же мне не пришлось даже и спрашивать, потому что он тут же ухватился за толстую лиану и, начав взбираться по ней рядом со мной, очень быстро меня обогнал и добрался до пещеры первым.
Оказавшись у входа в пещеру (она имела почти два метра в диаметре и уходила куда-то далеко вглубь горы), я обнаружил, что прямо перед этим входом имеется узенькая площадка, похожая на наблюдательный пункт, с которого прекрасно просматривалась близлежащая местность. Я, конечно же, решил, что рассмотрю пейзаж чуть-чуть попозже, а пока помогу профессору преодолеть последний метр, отделяющий его от края площадки. Я также протянул руку и Кассандре, но она с негодованием отвела ее в сторону и забралась на площадку самостоятельно. Вскоре мы все трое уже вошли внутрь пещеры — именно трое, потому что Иак вошел туда еще раньше, — видимо, чтобы проверить, нет ли там опасных животных, решивших, как и мы, спрятаться в ней от дождя.
— Иак! — позвал туземца профессор после того, как прошло несколько минут, а туземец, углубившись в темноту пещеры, не вернулся. — Ты где?
Мы, стоя в пещере неподалеку от выхода из нее — там, где было еще более-менее светло и куда не доставал дождь, — вглядывались в дальнюю часть пещеры, как в глубокий колодец, надеясь, что вот-вот различим приближающийся силуэт туземца.
Однако Иак не появлялся и не отвечал на наши — громко произнесенные! — обращения к нему. Впрочем, доносившийся из-за наших спин шум дождя вполне мог заглушить все наши слова.
— Может, с ним что-то случилось? — предположила Кассандра.
— Не беспокойтесь, — ответил я. — Он, наверное, пытается выяснить, нет ли здесь змей… — я легонько толкнул локтем Кассандру, — или вампиров.
— Твои шуточки сейчас неуместны, — сердито отозвалась мексиканка. — С Иаком действительно могло что-нибудь случиться.
— Может, он натолкнулся на ягуара? — не на шутку забеспокоился профессор.
— Ягуары не живут в пещерах, проф, — фыркнул я. — В пещерах живут медведи.
— …или же он наткнулся на одного из морсего, которых, насколько я поняла, очень сильно боятся индейцы племени менкрагноти, — сказала Кассандра, тоже начиная волноваться всерьез.
— Ну ладно, хватит, давайте не будем сходить с ума, — проворчал я. — Вы похожи на туристов из фильма ужасов. Давайте присядем и спокойно будем ждать, когда Иак вернется. Я уверен, что с ним все в порядке. Или вы всерьез опасаетесь, — я заставил себя улыбнуться, — что из пещеры может неожиданно появиться чудовище и что оно нас всех сожрет?
Едва я задал этот вопрос, как из темноты до нас донеслись звуки быстро приближающихся шагов и запыхавшегося дыхания.
35
Мы все трое насторожились и стали прислушиваться. Несколько секунд спустя из темноты вынырнул Иак. Он бежал, неся в поднятой руке что-то ярко-желтое. Лишь когда он подбежал к нам и остановился, я смог разглядеть, что это. К моему удивлению, это оказался современный, весьма дорогой, непромокаемый плащ «норт фейс» из воздухопроницаемого нановолокна. Подобный предмет одежды можно было купить только в специализированных магазинах, торгующих товарами для прогулок по пересеченной местности и скалолазания.
Мы переглянулись, и нам троим, похоже, пришла в голову одна и та же мысль. Все еще не веря своему предположению, мы стали мысленно сопоставлять различные факты, чтобы попытаться понять, может ли эта находка и в самом деле означать то, о чем мы подумали… Профессор уже даже начал радостно улыбаться и раскрыл было рот, чтобы озвучить то, о чем мы все трое думали, как вдруг Кассандра увидела что-то такое, что привлекло ее внимание, и, протянув руки и взяв этот непромокаемый плащ за края, она затем расправила его и стала внимательно разглядывать.
— О Господи… — прошептала мексиканка, широко раскрывая глаза от удивления.
— Что… что там такое?.. — нетерпеливо спросил профессор.
На этом плаще, по его спине, сверху вниз проходили четыре параллельных разреза. Разрезы эти были очень ровными, как будто их сделали острым ножом.
— Какое животное могло сделать… это? — с содроганием произнес я и посмотрел на Иака.
— Я не знать, — с тревогой в голосе ответил тот. — Я никогда не видеть раньше ничто подобное.
— Это, наверное, был ягуар, — предположила Касси. — Здесь нет какого-либо другого животного, которое могло бы вот так царапнуть когтями.
Туземец, растопырив пальцы, провел ими по разрезам. Расстояния между разрезами были намного больше расстояний между его пальцами.
— Лапа у ягуар не такой большой, — констатировал он.
— Ну и что? — Мексиканка пожала плечами. — Может, это был огромный ягуар. Ну не попугай же это сделал!
— А мне кажется, — сказал я, проводя пальцем по краям разреза, — что эти разрезы сделаны не когтями, — уж слишком они для этого ровные.
— Не болтай чепухи, — фыркнула Касси. — С каких это пор ты стал специалистом по диким животным?
— Я почти целый год жил рядом с тобой. Ты что, об этом забыла?
По выражению, появившемуся на лице Кассандры, я понял, что моя шутка ей очень не понравилась. Однако мне хотелось, чтобы она знала, что я тоже могу уязвить ее так, как частенько уязвляет меня она.
