посмотрим, что они по оплате и срокам предложат, да? Ты так здорово торговаться умеешь, прямо блеск.
— Хорошо, — кивнул я.
— Здорово бы было, если бы постоянно работа была, — мечтательно проговорил Лёха. — Жениться хочу.
— Хорошее желание, — рассмеялся я.
— Кстати, посоветуй, как мне предложение Свете лучше сделать?
— О… Предложение?.. — почесал я лоб. — Тут надо обстановку соответствующую, колечко купить… Пригласи её в ресторан. Договорись с официантом, чтобы он тебе по сигналу цветы поднёс, розы. Встань на одно колено, протяни колечко и скажи: «Будь моей женой».
— Ой, блин… — покраснел Лёха, как будто уже на одном колене стоит. — Там же люди вокруг будут…
— А тебе не всё равно, кто там будет? Представь, что ты со Светой всю свою жизнь проживёшь, золотую свадьбу отметите. И вот, что она будет вашим внукам рассказывать? Как в тёмном зале кинотеатра дед решил сделать предложение, выронил кольцо и вы потом до конца сеанса ползали под креслами и искали его в темноте?
Лёха рассмеялся в голос, представив себе эту картину. Надеюсь, не будет стесняться и сделает всё красиво.
— Кстати, Лёх, а предложи Свете тоже поработать в Комитете по миру, а то поженитесь и будет она тебя пилить, что не видит совсем.
Больше ни с кем в этот перерыв переговорить не успел, началась лекция. Пришлось ждать следующий перерыв.
Когда я с тем же предложением подошёл к Ираклию он, прямо, подпрыгнул от радости и, конечно, немедленно согласился. Даже обнял меня, никого не стесняясь. Вот же времена такие, когда мужики на людях обнимаются, и никаких дурных мыслей никому в голову и не приходит…
А вот, Витя Макаров хоть и выслушал меня с интересом, но сразу ответ не дал, сказал, что с отцом должен посоветоваться. Ну, то и понятно. Будем ждать, что скажет Макаров-старший.
Закинул удочку и Костяну Брагину, тот моему предложению очень удивился, задумался основательно… Я было подумал, что ему тоже надо с отцом поговорить, но он сказал, что надо с женой посоветоваться. Вот, молодец, начинает на новую семью ориентироваться, а не только на то, что папа скажет. Если Женька разрешит, то никаких потом претензий, что мужа дома не бывает.
Ну, а Миша Кузнецов, по-любому, согласится. Ему за Москву всеми конечностями цепляться надо, чтобы обратно в Святославль не вылететь. И он это прекрасно понимает. Вот уж кто правильно слушал, чему я в Святославле его учил…
* * *
Москва. МГУ. Кабинет замдекана по воспитательной работе.
Куратор Комитета по МГУ Кротов, дождавшись сентября, пригласил Свету Костенко на разговор. Его интересовало всё, даже мелочи, кто, с кем, что делал, что говорил.
— Позволь, я сам буду решать, что важно, а что нет, — строго посмотрел он на неё, когда она начала уточнять, что же ему может быть интересно?
Она рассказала про кражу денег у Кукояки, Кротов вежливо кивнул в ответ, но даже записывать ничего не стал и уточнять, из чего Костенко сделала вывод, что КГБ абсолютно наплевать на проблемы студентов.
Тут она вспомнила про Ивлева.
— Скажите, Владимир Аркадьевич, а это законно, что Ивлев в стройотряде не работал, а наши ему заплатили, как всем?
— Он сам на этом настаивал? — заинтересовался Кротов.
— Нет, — пожала плечами Костенко. — Он нам работу на лето нашёл, переговоры с руководством предприятий вёл. Поэтому наши решили отблагодарить его так… Он узнал об этом, только когда ему деньги первого сентября вручали.
— Ну, это благодарность, — откинулся на стуле Кротов. — Ничего противозаконного тут нет.
— Угу, — недовольно согласилась Костенко и поджала губы.
— Будь внимательна даже к мелочам, — сказал Кротов, вставая, и давая понять, что встреча окончена. — Обо всём подозрительном сразу сообщать.
— Угу, — кивнула Костенко, коротко взглянув на него.
Девушка ушла, а в сейф, в специальную папочку, легла бумага, в которой она согласилась на сотрудничество, выбрав псевдоним «Кант». Амбициозно, — подумал Кротов, усмехнувшись. Взять мужской псевдоним он сам ей посоветовал, но что она Кантом станет, не ожидал. Ну хоть не в Эйнштейны или Наполеоны девочка записалась… Ожидания оправдывает, всю подноготную группы вываливает. Ивлев, получается, помог отличную работу на лето товарищам со своего курса найти. И ей, в том числе. Названная сумма его поразила, он бы и своего сына-оболтуса в этот отряд бы пристроил, если бы знал. Две тысячи с лишним в восемнадцать лет, подумать только… А она зло затаила…
* * *
После занятий помчался на Старую площадь. Вчерашнее приглашение Межуева не то, что заинтриговало. Оно выбило меня из колеи, всё время мыслями возвращался к этому вызову. Что меня ждёт? Хорошо бы у него просто возникли вопросы по моим запискам. Потому что вопрос слияния двух теневых группировок, пусть и под крышей партии и комсомола, в интерпретации члена КПК может выглядеть совсем иначе, чем представляется его коллегам. Если он не напарник Стельмухова по этому альянсу, а следит за ним, как и положено в теории делать КПК.
С тяжёлым сердцем постучался я в кабинет Межуева и открыл дверь. Помощница уже доложила обо мне и Межуев, радушно улыбаясь, вышел мне навстречу.
— Как настроение после отдыха? — спросил он. — Готов к работе? — я кивнул в ответ и пожал протянутую руку. — Садись, — показал он на один из тяжёлых стульев у стола для заседаний, а сам сел напротив.
Как я ни старался понять, что меня сейчас ждёт, так и не понял. Но все же расслабился. То, что улыбается, и навстречу вышел, явно хороший знак. Похоже, никакого негатива не будет.
— Твои аналитические записки сразу привлекли моё внимание хорошим слогом, чёткой структурой и логикой изложения.
— Спасибо, — озадаченно кивнул я.
— Я договорился с главредом газеты «Труд», у него там есть подходящие для тебя рубрики, — он протянул руку к своему столу и взял какой-то листок. —
