А потом ситуация усложнилась. В дело вступили колдуны. Аристер не успел отреагировать, и его плечо опалило «Огненным шаром». Магический снаряд прошел по касательной, оставив пылающий след чуть выше локтя. Плащ вспыхнул, так что магу пришлось сбросить его на землю и отвлечься на пару секунд, чтобы затушить очаг возгорания, пожиравшего его плоть.
Зато следующую атаку колдуна он встретил «Щитом», поглотившим очередной клубок огня.
Должно быть, досадная рана вывела его из душевного равновесия. Морщась от боли, он, подобно великому дирижеру — разве только палочек не хватало, — взмахнул обеими руками, и с неба на головы нападавших обрушился метеоритный дождь…
Вот это да!
Бьющие по площадям заклинания, насколько мне было известно, были доступны боевым магам только с трехсотого уровня.
Ай, да, Аристер!
Метеориты были не большие, но, падая на землю, они взрывались и огненными брызгами разлетались во все стороны. И не было от них спасения. Горело все: земля, камень, железо, плоть. Охваченные огнем люди с криками ужаса и боли метались по дороге, катались по земле, пытаясь сбить всепожирающее пламя. Тщетно.
Аристер рассердился не на шутку. Достав из кармашка Иглу, он надломил ее и при помощи «Телекинеза» забросил в ряды беснующейся императорской элиты. Земля вздрогнула так, что сам Аристер едва устоял на ногах. А стражник, кинувший мне в голову камень и уже собиравшийся прикончить кинжалом, промахнулся, дав мне шанс уцелеть. Я воспользовался этим, перевернулся на спину, резко подтянул колени и тугой пружиной ударил его в живот. Гвардеец отлетел назад, а я уже был на ногах и громко закричал, то ли пугая противника, то ли подбадривая самого себя.
Стражник на самом деле замер, выставив перед собой кинжал.
Чем бы его…
Взгляд упал на валявшуюся у самых ворот гвизарму.
Далековато, не успею.
Тем более, что гвардеец, оскалив зубы, ринулся в атаку. Я успел увернуться, пропуская его мимо. Но он все же нанес удар вдогонку и прочертил на моем обнаженном торсе кровавую полосу.
Впрочем, я этого даже не заметил — лишь слегка обожгло бок. Я понимал, что без оружия у меня нет никаких шансов выстоять против воина, облаченного в доспехи и вооруженного, пусть даже одним кинжалом. Поэтому я рванулся к гвизарме. Противник, воинственно рыча, последовал за мной.
Не успеваю…
…почувствовал я и прыгнул.
Я приземлился на живот… Проехал по жесткой земле не меньше метра… Пальцы вцепились в гвизарму… Я перевернулся на спину, уперев тыльную сторону древка в землю… И выставил перед собой увенчанное длинным шипом оружие…
Гвардеец — царство ему небесное — не успел остановиться и наткнулся на шип животом. Древко, упертое в землю, и масса воина сделали свое дело. Шип пробил доспехи, проткнул его насквозь и застрял, зацепившись изнутри крюком.
Он выронил кинжал, схватился за древко, пытаясь его вытащить, посмотрел на меня удивленно и осуждающе, даже открыл рот — то ли закричать хотел, то ли сказать что, — но силы покинули его, и он завалился набок.
С почином тебя, убивец…
Что я чувствовал, впервые — по-настоящему! — убив человека?
Ничего.
Один из нас должен был умереть.
Мне повезло, ему — нет.
Я невольно скользнул взглядом по конвульсирующему телу стража и увидел…
— Аристер! — закричал я и, когда он на короткое мгновение обернулся, показал ему ключ.
Маг облегченно вздохнул. Его силы были на исходе — еще бы, один «Метеоритный дождь» чего стоил! А враги никак не унимались. Кто-то, по ту сторону бушующего огня, резкими командами упорно гнал имперцев на бойню. Храбрецы и обреченные появлялись поодиночке, пытаясь преодолеть очаги пламени. Маг встречал их скромными по сравнению с прежними порциями огня, льда и камней. Откуда-то издалека летели стрелы, но, так как противник бил не прицельно — мешало пламя, дым и жар, — они не достигали своей цели. Однако их свист действовал на нервы.
Так что я поспешил примерить ключик к замку на покореженных, но все еще державшихся воротах.
Лишь бы подошел…
И на этот раз удача оказалась на моей стороне. Смазанный замок звонко щелкнул, и ворота со скрипом распахнулись.
Аристер перебросил через пламя сразу несколько Игл, взорвавшихся огнем, молнией и еще чем-то невнятным, и ринулся в проход, прижимая к боку небольшую туго набитую сумку, которую я раньше не заметил — ее скрывал плащ.
— Быстро, уходим! — крикнул он мне.
Я не против. Уходим.
Гондола приводилась в движение вертикально расположенным колесом с торчавшими наружу спицами. Через систему блоков оно воздействовало на толстый канат, к которому крепилась корзина. Я замер в нерешительности.
Это значит, что одному из нас придется остаться на утесе, чтобы крутить колесо?
Я с подозрением уставился на Аристера.
Не для этого ли он освободил меня?
— Чего стоишь? — крикнул он мне. — Лезь в гондолу!
Неужели он сам решил остаться?
Я приблизился к корзине и только сейчас увидел второе такое колесо — меньшего размера и стоящее горизонтально — внутри гондолы.
Так это же другое дело!
Я поднялся на борт.
Прежде чем последовать за мной, Аристер бросил Иглу на линию ворот. Из земли, словно змеи, полезли извивающиеся стебли, увеличиваясь в размерах, выбрасывая побеги, переплетаясь и обрастая шипами. Отростки, слепо шаря по сторонам усиками, достигли прутьев и столбов, оплели их и замерли, образовав непроходимую преграду. Впрочем, непроходимой она была для безоружного человека. Но и имперцев, вооруженных разнотипным колющим и режущим оружием, она должна была ненадолго задержать. Еще одна Игла поставила дымовую завесу, укрыв нас от стрел лучников и арбалетчиков.
Лишь после этого маг присоединился ко мне, и мы навалились на колесо. Оно шло туго, приходилось прилагать немалые усилия, чтобы привести в движение гондолу. Тем не менее, корзина тронулась с места и не спеша направилась в сторону острова Хенге. Я бросил взгляд вниз и увидел отблески лунного света на водной поверхности.
Сердце бешено стучало в предчувствии эпохального события: еще немного, и я вернусь домой, в реал.
Сбываются мечты идиота.
Мы были уже на середине пути, когда дымка на утесе развеялась, и мы увидели имперцев. Их было много, они толпились над обрывом, тыкали пальцами в нашу сторону, кричали.
Щелчки разряженных арбалетов и луков заставили нас упасть на дно гондолы. По корпусу корзины, словно горох, застучали стрелы. Только мы хотели подняться, как последовал очередной залп. А потом гондола мелко задрожала.
«Они что — рубят канат?!» — испугался я и осторожно выглянул через край.
В свете полной луны можно было заметить несколько нечетких фигурок, повисших на канате.
Они решили догнать нас вот таким нехитрым способом.
Самоубийцы…
— Аристер…
— Вижу, — ответил маг и зашевелил руками. Потом, резко поднявшись, он запустил в сумерки сверкнувшую под ночным светилом ледяную стрелку. Она была совсем маленькая, но даже ее оказалось достаточно. До нас донесся дикий крик, а потом послышался всплеск воды.
Кушать подано, Великий змей.
Аристер собирался запустить еще одну стрелку, но нас снова обстреляли, так что пришлось пригнуться.
— Да, угомони ты их! — раздраженно крикнул я. — Или «Щит» поставь.
— У меня совсем мало маны, — посетовал маг. — Разве что…
Он достал Иглу — их тоже осталось немного, — сломал ее и «Телекинезом» отправил в полет на утес.
Засвистели стрелы, но Аристер, рискуя жизнью, остался стоять. Я с волнением смотрел, как оперенные снаряды пролетают рядом с магом, впиваются в борт гондолы перед ним… Еще немного, и посылка прибыла на место. Раздался хлопок, яркая вспышка ослепила имперцев… и меня заодно.
Предупреждать же надо!
Послышался очередной крик и плеск воды — кто-то от неожиданности сорвался с каната.
— Навалились! — скомандовал Аристер, и мы снова закрутили колесо.
Имперцы пришли в себя, когда мы почти достигли цели. Я уже отчетливо видел скалистый островок, слышал шелест волн, накатывавших на берег.
— Берегись! — воскликнул Арстер за мгновение до того, как к нам прилетели стрелы. Но расстояние, отделявшее нас от лучников было уже приличным для прицельной стрельбы, а ночная темень — гуще, так что ни один снаряд не достиг цели, лишь пара ударила в борт.
