Читаем без скачивания Послание майя - Стив Альтен

И вот теперь президенту нужно было передать последнее обращение к народу. Как говорить о надежде, если ее не существует? Как подготовить граждан его страны к смерти, когда сам он будет в безопасности?

Эндрю Хилл с тяжелым сердцем вышел в новый Овальный кабинет, где его и советников ждали телевизионные камеры и телесуфлер.

Самолет поднялся на полтора километра и направился на запад над территорией западной Флориды.

Мэнни закрыл дверь кабины и подвел Лилит к креслу.

— Ты в порядке?

— Мой сын навеки захвачен какой-то дьявольской силой, а единственный шанс спасти его — и спасти человечество — только что смыло волной. Так что нет, Мэнни, я не в порядке, я в полной заднице.

— Слушай, но ведь окно еще не закрылось. Спасение не на Марсе, оно в червоточине, которая возникнет, когда сингулярность войдет в физический мир. Это случится до конца дня… я чувствую, как дрожит Нексус под воздействием гравитации. Лилит, нам вовсе не нужен «Шаттл», чтобы достичь червоточины, достаточно и космического самолета. У тебя ведь есть еще один космопорт в Хьюстоне?

Ее глаза расширились.

— Да.

Континент Антарктида окружен океаном и расположен на Южном полюсе планеты, в самом низу мира. Пятый по величине материк на девяносто восемь процентов состоит из льда и не заселен людьми. И все же каждой весной три тысячи рабочих присоединяются к командам ученых, которые исследуют погоду и, несмотря на жуткий холод, работают на исследовательских станциях, пытаясь прогнозировать и стабилизировать климат Земли.

Станция «Мак-Мердо» занимала две квадратных мили на льду южной оконечности острова Росса. Комплексом руководил американский отдел Национального Научного Фонда США. Здесь обитало двадцать тысяч сотрудников, что превращало станцию в самый густонаселенный участок Антарктиды.

И, скорее всего, последний.

Геолог Т. Поль Шульте стоял на частично замерзшем побережье Мак-Мердо Саунд и смотрел поверх воды на четыре покрытые снегом вершины, плевавшиеся дымом и пеплом над ледником Росса. Извержение горы Эреб было необычным, но не шокирующим — она была частью Огненного Кольца, одним из ста шестидесяти активных вулканов Тихоокеанской тектонической плиты. Но то, что к ней присоединились три обычно спящие сестры, заставило ученого передернуться от ужаса — еще до того, как он связался с женой, Кристиной, и узнал, что происходит на планете.

От жены и шести детей Шульте отделяло целое полушарие. Последние слова его прощания оборвали помехи, исходящие из тучи вулканической пыли. Уже три часа он неустанно молился о спасении.

И вдруг перед его серо-голубыми глазами возникло настоящее чудо.

Географические полюса Земли расположены по центру планеты, а магнитные полюса постоянно смещаются. Это явление называется дрейфом полюсов, оно обусловлено изменениями течения расплавленного железа внешнего слоя земного ядра, поскольку именно трение внешнего слоя о внутренний создает магнитное поле планеты.

Шульте с ужасом и восхищением наблюдал за тем, как тучи пепла начинают медленно сливаться — и вращаться против часовой стрелки. Центр этой карусели поднимался от южного магнитного полюса и завис высоко над океаном, к востоку от побережья острова Росса. Быстро, буквально на глазах, сформировавшаяся воронка начала вытягивать в глубины космоса токсичные тучи вулканического пепла.

Ничто не предвещало случившегося: самолет гладко скользил в потоках спокойного воздуха — и вот он уже падает со скоростью звука.

Мэнни потянулся к Лилит и выдернул их обоих в Нексус. Физический мир замедлился, их тела подняло к потолку вращающейся кабины, гравитация на время исчезла. Отталкиваясь от кружащейся мебели, они полетели в кабину.

Пилот потерял сознание.

Мэнни отбросил его в сторону и схватился за штурвал, пытаясь выровнять самолет. Альтметр отматывал назад: 3600 метров, 2700, 1340… Нисходящий воздушный поток отпустил их в 200 метрах над Мексиканским заливом, а восходящий начал швырять самолет из стороны в сторону.

Лилит заняла кресло второго пилота. Она выскользнула из Нексуса и поморщилась от рева ветра.

— Что случилось? Мы влетели в ураган?

— Посмотри в небо.

Плотный слой коричневых туч мчался на юг со скоростью селевого потока. Эта скорость достигла тысячи миль в час и продолжала возрастать. Торнадо серого пепла то и дело возникали над землей — вертикальные колонны вулканического мусора втягивали в атмосферу все новую пыль.

Самолет болтало, бросая то вверх, то вниз.

— Лилит, это слишком опасно, нужно садиться.

— Давай!

Взглянув на GPS, он повернул на северо-восток и начал снижение, но тут стекло кабины залепил влажный пепел. Он почувствовал, как меняется звук турбин, и тут же консоль засветилась красными огоньками и самолет почти упал в залив. Высокие волны очистили стекло, Мэнни пытался справиться со штурвалом и поднять нос самолета вверх. Ему удалось выиграть 500 метров, прежде чем гравитация преодолела инерцию и кабина погрузилась в воду.

Свет пропал, и только синие глаза Хун-Ахпу светились в наступившей тьме. Оба выскользнули в Нексус.

Мэнни телепатически скомандовал: Открой дверь, я вытащу пилота.

Нет времени. Оставь его!

Не могу.

Повернув стальную ручку, Лилит распахнула дверь кабины. Ее окутал поток воды, ударил сильный порыв ветра, но Лилит поняла, что может стоять.

Они упали на пшеничное поле, теперь покрытое несколькими метрами воды.

Не выходя из Нексуса, Хун-Ахпу проталкивались через плотное пространство, пока не достигли вздыбленной полосы бетона.

Мэнни выпустил из рук бессознательное тело пилота и вышел в реальность. Ветер свистел и колол кожу, клубы пепла неслись над головой со скоростью, от которой кружилась голова. Воздух был пропитан статическим электричеством, молнии танцевали в небе, искры проскакивали между колоннами влажной пыли.

— Лилит, где мы?

Она посмотрела на восток, где на оливковом горизонте бесились водяные вихри. На берегу лежали нефтяные танкеры, серые военные корабли, остатки круизных лайнеров.

— Наверное, это Гельвстон Бэй. Что случилось?

— Здесь прошла мегацунами. Она миновала залив и затопила побережье Техаса.

Лилит указала на полосу хайвея.

— Это Гольф Фривей, шоссе, ведущее к Хьюстону. Мы примерно в двадцати милях к юго-востоку от космопорта. Может, удастся найти машину.