сломом почти всех жизненных устоев, со стороны другой, даже сломом психологических устоев целой семьи. Да, Сергеев был и остается другом Володи Варфоломеева. И он надеялся остаться им навсегда. А что касается Севастьянова, то он просто навязывался со своей дружбой в то время к командиру роты Варфоломееву. А тот принимал ее за «чистую монету» и готов был, в свою очередь считать командира взвода связи другом. Именно это хотел бы сказать Сергеев Севастьянову, но не сказал, а просто передал нож не ему в руки, а в руки полковника Протасова, который, как старшему лейтенанту показалось, относился к бывшему командиру разведроты честнее и лучше, нежели командир взвода связи.
Полковник со старшим лейтенантом уехали. А Сергеев, глядя в окно четвертого этажа, где за стеклом ходила Лариса Варфоломеева, придерживая за руку вышагивающую по подоконнику дочь, достал мобильник, нашел в его памяти номер и нажал кнопку вызова.
Лариса за стеклом, видимо, от звонка, заметно вздрогнула, сначала метнулась было в сторону, но тут же вернулась, схватила смеющуюся дочь поперек тела, и уже в таком положении исчезла из поля зрения Сергеева. Как он понял, она взяла со стола мобильник и ответила.
– Алло! Слушаю вас.
– Лариса Николаевна, вас старший лейтенант Сергеев беспокоит.
– Да-да, я видела вас в окно.
Говорила она хмуро и надрывно, а то, что она только что на глазах старшего лейтенанта смеялась и улыбалась, то только ради Люси. Двухлетней девочке ни к чему видеть расстроенные чувства матери.
– Не могли бы вы неторопливо одеться и через пятьдесят четыре минуты выйти на улицу. Вместе с дочерью, кстати. Здесь вас ждет небольшой сюрприз!
– Володя?! – Она сразу поняла, какого рода сюрприз ее ожидает.
– Да.
Сергеев хотел было рассказать Ларисе, что Владимира Викторовича, вероятно, захватит в момент встречи с женой полиция. Но промолчал, предположив, что телефон Ларисы может прослушиваться и тогда полицейские могут просто не появиться. И он промолчал. Но вместо этого спросил о другом.
– Я сейчас разговаривал с Володей. Он волнуется, почему Люся не в садике. Не заболела?
– Нет-нет, все в порядке. Просто раз я дома, то и ее дома оставила. В детсаду я договорилась. Ой, как увидела вас в окно, сразу столько вопросов возникло. А сейчас растерялась и не помню совсем, что хотела спросить.
– Ничего страшного. У мужа спросите. Что он не будет знать, сообщит адвокат.
– Ой, вы напомнили… Скоро платить ему…
– Не утруждайте себя. Мы с офицерами роты решили сброситься для гонорара адвокату. К нам командование батальона присоединилось, да и из бригады тоже…
– Ой, спасибо вам. А то я уж думала о том, что можно продать. Только и продавать нам нечего. Ничего не нажили дорогого. Разве что обручальные кольца.
– Оставьте их себе. Как символ. Ну, собирайтесь… И дочь оденьте… А как Володя ко мне подойдет, выходите.
Сергею Николаевичу осталось только ждать. И он ждал… Сначала к дому подъехал внедорожник «Лендровер Спорт». Правда, остановился он у соседнего подъезда. Потом рядом с ним занял место внедорожник «Мерседес Гелендваген». Сергеев внимательно следил за этими автомобилями, но Варфоломеева в них не увидел. И только потом во двор въехала темно-зеленая «Волга» в сопровождении микроавтобуса с тонированными стеклами. Микроавтобус встал в стороне, ближе подъехала только темно-зеленая машина. Из «Волги» вышел Владимир Варфоломеев в полицейском бушлате, и Сергеев издали не сразу узнал его, подумав, что это уже полицейские, прослушав его разговор с Ларисой по телефону, пожаловали по душу бывшего командира роты. Но жест рукой привлек внимание старшего лейтенанта, и он понял, что приехал Варфоломеев. Узнал его больше по фигуре и по походке. Варфоломеев всегда ходил слегка вразвалочку, как кавалерист. Ему только не хватало характерных для кавалериста кривых ног. Но такая походка в спецназе военной разведки тоже была известна, и называли ее «зимней поступью». В самом деле, зимой такая поступь позволяла не скользить, даже если под слоем снега встречался лед.
На четвертом этаже за окном ходила туда-сюда уже одетая Лариса. Волновалась и прогуливалась по подоконнику тоже одетая для прогулки дочь. Сергеев поднял руку, привлекая внимание, и, увидев, что его жест оказался замеченным, показал на Варфоломеева. Лариса вместе с дочерью за стеклом исчезли. Видимо, поспешили к входной двери. Они отца и мужа узнали сразу.
* * *
Майор Инокентьев сидел в своем тесноватом кабинете на втором этаже райотдела, когда в дверь без стука ворвался лейтенант Морозов.
– Товарищ майор… Товарищ майор… Извините уж за бесцеремонность, но только что позвонили из областного управления. У них на «прослушке» стоял мобильник жены Варфоломеева… Так вот, ей позвонил новый командир разведроты старлей, как же его… Сергеев, кажется… Предупредил, что вот-вот появится там же сам Варфоломеев. Желает жену и дочь повидать… Нет, какова наглость у этих спецназовцев! Он в розыске и лучше других должен знать, что с ним будет, если после всего, что он натворил, попадется к нам в руки. А с женой встретиться хочет. На что только рассчитывает? Две наши дежурные машины проезжали по улице, видели несколько взводов солдат. Что-то там ищут… Варфоломеев надеется, что солдаты его прикроют? Но солдаты без оружия. Они же на автоматы СОБРа не полезут.
– Солдаты ищут нож, которым было совершено убийство, и испачканную кровью одежду. Сергеев сам вчера напросился на этот поиск вместо нас. Интересно, нашли они что-нибудь или нет. Если нашли, ситуация поворачивается не в нашу сторону, – задумчиво произнес Инокентьев.
– А позвонить этому старлею можно? – спросил Морозов.
– Я и сам вот думаю… Подожди-ка…
Майор Инокентьев достал свой мобильник, долго искал среди множества входящих звонков нужный номер телефона.
– Он же мне дважды звонил. Вот, кажется… Попробуй. Если он, дашь мне телефон, я поговорю. – И он передал мобильник Морозову, предварительно включив громкоговоритель. Лейтенант отправил вызов. Не отвечали так долго, что Морозов уже думал нажать кнопку отбоя, когда вдруг голос произнес:
– Старший лейтенант Сергеев. Слушаю вас, товарищ майор.
Лейтенант тут же передал трубку Инокентьеву.
– Здравствуй, старлей. Чем ты сейчас занят?
– В настоящий момент, товарищ майор, я вместе с ротой занят поиском орудия убийства Манапа Багомедова.
– И как успехи?
– Продолжаем поиск…
– Алло! Алло! Ты куда пропал… Ладно, время будет, я перезвоню… – Слышно командира разведроты было нормально – сотовая связь внутри города работала обычно без сбоев, но Инокентьев, считая, что уже узнал то, что ему и требовалось узнать, нашел способ отключиться от разговора без потери имиджа.
– И что? – спросил лейтенант.
– Ты ж сам слышал – продолжают поиск. Значит, ничего не нашли. Сбегай в комнату СОБРа, и на
