только старушка Земля на фоне космической бездны.
В наушниках Макбрайта тотчас послышался голос капитана: – где Кэтрин? куда, чёрт бы её побрал, она подевалась.
– Не могу знать, сэр, – только и мог пробормотать растерявшийся астронавт. – Давай, Бобби, я станцию облечу. Может она как-то свалилась?
– Куда она могла свалиться? – уже орал Криппен не своим голосом. – Страховочный фал на месте?
Фал оказался аккуратно обрезан. Словно его перекусили гидравлическим болторезом. Только разлохматилась ткань белого чехла, предохранявшая фал от скручивания.
– Его как будто перекусили, – вне себя от удивления и ужаса пробормотал Джо. – Что-то мне не хочется лететь.
– Хочется, не хочется... – голос Криппена обрёл командирскую твёрдость. – Давай, Джо, включай свой мотороллер. Круг по продольной оси, круг по поперечной и всё. Никуда больше не улетай. Нам хватит и одной потеряшки. Вот чуяло моё сердце...
Как и ожидал командир, облёты вдоль и поперёк ничего не дали. Кэтрин Салливан пропала без вести.
***
– Миссис Салливан, внимание, – в наушниках Кэт захрипел голос Джо. – Камера... Мотор... Экшн!
Кэт, как только услышала слово «Экшн», сделала глубокий вдох. Закрыла на мгновение глаза, вспоминая подготовленный текст, а когда открыла их, то закричала от ужаса. Ни Джона Макбрайта, ни камеры, ни шаттла перед ней не было. Только мириады звёзд мерцающих на фоне чёрной бездны. В наушниках бился, постепенно стихая голос Джо. Через пару секунд и он стих, словно растворился в вакууме Вселенной. Кэтрин Салливан не успела осознать, что с ней произошло. Сознание её угасло.
***
Давд на пару с Нэйтис ловко провернули операцию по похищению одного экземпляра из земного племени. Они сконцентрировали с помощью микрокифов магнитно-энергетическое поле односторонней прозрачности, окутав им как коконом фигуру астронавта, с непонятной целью выбравшегося на поверхность примитивного планетолёта. «Исчезновение» произошло столь стремительно, что напарник похищенного увидел лишь факт исчезновения.
Похищенный экземпляр оказался человеческим существом женского пола. Физическими параметрами женщина не отличалась от минойек экипажа. Высокая, приблизительно с Данату ростом, Крепкого спортивного сложения, с прекрасно работающими органами и системами. Сквозь защитную индивидуальную «обшивку» астронавтке сделали укол, содержащий слабый нервнопаралитический раствор, что на полчаса погрузило похищенную в бессознательное состояние.
Во время доклада о результатах диверсионных действий Нэтис осенило:
– Давайте оставим её на корабле до начала прямых переговоров с землянами, – предложила она.
– Как ты себе это представляешь? Ей необходимо постоянное поступление источника энергии. Вряд ли наши ЭДМ ей подойдут. Вспомни, у землян отсутствует встроенная система ликвидации продуктов метаболизма, а как нам рассказывала Теофиса, процесс образования отходов у них в организме течёт непрерывно. Постоянно образуются жидкие и твёрдые отходы, заполняя предназначенные для этого полости. Полости эти ограничены по объёму и требуют своевременного опорожнения. Скажи, милая, куда у нас можно складывать эти продукты? При этом учти, они источают соответствующий «аромат». Ты только представь, что здесь у нас будет твориться. Кроме того мы, обладая встроенным генератором гравитационного поля, не нуждаемся в искусственном тяготении, а земляне настолько примитивны, что вынуждены приспосабливаться к невесомости. Думаю, что им приходится тяжело её переносить, ведь эволюция миллионы лет затачивала организмы земных существ именно к силе тяжести Геи.
– Ну, ты Гриф и выдал! – рассмеялась Тай. – Я согласна, надолго оставлять у нас на борту человека не стоит. Что ты конкретно предлагаешь?
– «Вуди», что скажешь? – вместо ответа навархос обратился к ИИ. – Эй, ты же слышал сейчас наш разговор.
– Так точно, товарищ навархос, – зазвенел в рубке высокий голосок. Сегодня «Вуди» выбрал почему-то девичий образ. Никто не понимал его пристрастий, просто принимали как должное и иногда посмеивались. – Снять отпечаток памяти донора можно за три часа. Я думаю, образец местной фауны сможет удержать в себе продукты метаболизма в течение этого времени. После того, как будет закончена операция сканирования, мы должны будем избавиться от носителя. Достаточно просто отправить его в космос.
– Что? «Вуди», ты совсем уже потерял грань между живым и неживым? – воскликнула взволнованно Тай. – Она, такая как мы. Нельзя так! Мы не можем поступить так варварски. Я категорически возражаю. Мы сотрём часть памяти и перенесём её в какое-нибудь место на планете, пригодное для её организма.
– Но это риск быть атакованными, – сказал Грифандр. – Нам же придётся снижаться до самой поверхности.
– Мы сделаем это ночью, под прикрытием какого-нибудь природного явления.
– Ладно. Сделаем так. Пусть тогда она нам сама скажет, в каком месте планеты ей бы хотелось оказаться.
***
В себя Кэт пришла от яркого света лившегося прямо ей в глаза. Свет был настолько резок, что проникал даже сквозь веки. Она чувствовала, что лежит. Лежит одетой. По ощущениям, бельё на ней тоже, что и на момент выхода в космос. Судя по тому, что запах мужской раздевалки сменился на аромат мяты, а лицо не ощущало липкую влажность, то гермошлема на ней нет. Как с неё стащили шейный клапан, вспомнить она не могла. Об этом же говорило и отсутствие микрофонов перед губами и подшлемника с наушниками. Скорее всего, нет и скафандра.
Рядом с ней слышались голоса нескольких человек. Кэтрин даже предположила, что говорящих трое. При этом – мужчина, и две женщины. Слова разобрать у неё не получалось так как разговор шёл явно не на английском и не на испанском.
«Наверное, это происки русского Кей Джи Би», – подумала она, и ей стало страшно. Чтобы справиться с надвигающейся паникой Кэт стиснула зубы, напрягла мышцы шеи и ей, действительно, стало легче. Она даже решила чуть-чуть приподнять веки.
Сквозь ресницы она смогла разглядеть светящийся молочно-белый потолок, который всей плоскостью излучал тёплый свет. И хотя свет не слишком яркий, разглядеть что-либо на светящемся белом поле у Кэтрин не получалось.
Тогда она изо всех сил стала косить глаз в сторону звуков. Поворачивать голову она почему-то по-прежнему опасалась. Сквозь чуть приподнятые ресницы она увидела поверхность стены светло-бирюзового оттенка. Это внушало какую-то смутную тревогу. Сердце снова затрепетало в груди.
«Возьми себя в руки! – скомандовала она сама себе тоном преподобного отца Джошуа. – Господь не оставил нас в этом приключении. Ведь она жива и чувствует себя прекрасно. У неё работает зрение, слух, обоняние, бьётся сердце, кровь пульсирует по жилам... «Может быть, так исполняется моя миссия по примирению всех народов мира? – подумалось ей. – Тогда
