же после ужина сообщил Варе.
Я не прислушивалась к разговору, который велся на повышенных тонах. Не обращала внимание на крики Вари. Как-то уже привыкла к такой манере ее общения. Вернулся Леша ко мне на взводе, буркнул, что платье и туфли он купит сам, только попросил прислать фото того платья, которое выбрала Варя.
Конфликт был урегулирован.
Теперь осталось считать дни до нашей с Лешей регистрации. И до торжественной свадьбы Виталия и Вари. Мне бы все это пережить за один день.
* * *
Ночь перед свадьбой самая длинная. Душная. Нервная.
Хотя чего мне переживать, второй раз не страшно, но все равно волнительно. Будто это мне утром придется наряжаться в свадебное платье, принимать визажиста и крепить фату.
Варька потребовала у Леши снять на ночь перед свадьбой гостиничный номер. И не просто какой-то стандарт, а люксовый, чтобы фоточки были красивые, по ее словам.
Как я и ожидала, платье купили самое дорогое, фотографа наняли самого известного в городе, ресторан сняли на пятьдесят человек. Казалось, Варя только недавно в новом городе, никаких подружек и знакомых нет. Но народ набрался.
Даже со стороны Виталика пригласили несколько человек.
И смех и грех! Он позвал своих друзей, которые гуляли еще на нашей свадьбе, а вот родственников почему-то не позвал. Видимо, в глаза стыдно смотреть.
Я убедилась, что Леша крепко спит, выскользнула из кровати и на цыпочках вышла из спальни. Не пить я вышла, а прямиком направилась в комнату Вари, где сейчас спал Виталик.
Дверь не скрипнула, а я замерла на пороге. Мой бывший, без пяти минут чужой муж, спал на животе, положив одну руку под подушку, вторую по живот. Он всегда так спал. И от этого зрелища у меня болезненно и одновременно тоскливо сжалось сердце.
Что мы, черт побери, творим? Почему все происходящее кажется бредовым сном? Ведь каких-то полгода назад не было ни Вари, ни Леши. Зато были мы. Была наша семья. А сейчас от нее остался лишь фундамент, который я надеюсь спасти от разрушения.
Ради спасения я затеяла всю эта ерунду со свадьбами. Боже, кому рассказать, что мы придумали с Лешей, никто не поверит. А если и поверит, то покрутит у виска. Нам всем место в психбольнице, потому что нормальные люди не довели бы ситуацию до такого абсурда.
Приглушенно всхлипнув, я подошла ближе к кровати и опустилась на пол, любуясь спящим Виталием.
Я так люблю его.
Все еще люблю, несмотря на предательство. Люблю так же отчаянно и безгранично, как в первый год наших отношений.
Протянула руку, чтобы коснуться волос мужа, но так и не дотронулась до него.
Нельзя. Нужно быть сильной, довести задуманное до конца. Виталий сравнит меня с Варей и поймет, какую совершил ошибку. Вернется ко мне.
Завтра я ненадолго сменю фамилию, стану женой другому. Потом все будет как прежде.
Прикусив губу, я поднялась и покинула спальню, которая насквозь пропитана Варей. Меня от ее запаха чуть не замутило.
Когда легла в кровать, Леша как-то протяжно вздохнул, но не проснулся. Я несколько минут прислушивалась к его ровному дыханию, не заметила, как сама уснула.
* * *
– Волнуешься? – спросил Леша, притормаживая на светофоре.
– Есть немного. Понимаю, что у нас все формально, а сердечко все равно часто стучит, – улыбнулась я, сжав в руках скромный букет из белых хризантем. Я не хотела цветы, но Леша настоял.
А еще я испытывала странное волнение, которое до сих будоражило меня от взгляда Леши, когда он увидел меня в платье. Его взгляд вместил в себя весь калейдоскоп эмоций, от восторга до обожания. Я никогда не чувствовала себя настолько не в своей тарелке оттого, что на меня смотрели как на богиню.
И это ощущение придавало мне немного храбрости и поднимало настроение. Грусть от значимости дня съедала изнутри, но я всеми силами старалась показать всем вокруг, что меня совершенно не волнует свадьба Вари и Виталия. Улыбалась и смеялась. Надеялась, что кто-то мне верил, потому что казалось, что актриса из меня никудышная.
Перед центральным ЗАГСом ожидало много наряженных машин, разодетых гостей и обилие невест с женихами на каждом квадратном метре. Суббота по-прежнему пользовалась огромным спросом.
Леша взял меня по локоть и повел ко входу, чтобы в холле поймать суетливую регистраторшу и сообщить о времени нашей росписи. Нас сразу провели в небольшой зал, где зачитали короткую торжественную речь. Когда спросили, согласна ли я выйти замуж, меня охватила дрожь от происходящего. Еле слышно выдавила из себя «да». Леша сообщил о своем согласии более громко и уверенно, словно женился раз и навсегда.
Когда нас попросили подойти и расписаться, у меня подогнулись ноги и я рефлекторно схватилась за руку Леши. Он ободряюще мне улыбнулся, сжал мои пальцы и повел к столу. Меньше минуты, и вот я уже не под своей привычной фамилией.
Интересно, почему мне не пришла мысль ни в первом браке, ни сейчас оставить свою девичью фамилию? Было бы меньше мороки с документами, но это лирика. Я всегда знала и считала, что так правильнее, когда жена и дети носят фамилию мужа и отца.
– А тебе идет моя фамилия, – улыбнулся Леша, когда мы расписались в журналах.
– Непривычно.
– Это пока.
Он обезоружил меня очаровательной улыбкой. Нам напомнили, что нужно обменяться кольцами.
Обручальные кольца покупал Леша сам, лишь узнал мой размер. Когда я увидела наши обручалки, покачала головой. Они были явно дороже Вариного платья и колец самих молодожёнов.
– Теперь ты моя, – тихо промолвил Леша. – Моя жена.
Я вскинула на него глаза.
– Фиктивная, – напомнила ему, но он снова только улыбнулся и ничего не ответил.
Прохладный металл холодил кожу пальца. Я сглотнула, дрожащей рукой взяла второе кольцо. Теперь оно заняло свое место на безымянном пальце Леши. Смотрелось уместно.
– Мой муж, – прошептала я, пробуя на вкус знакомые слова к другому мужчине.
Звучало непривычно.
Леша шумно втянул в себя воздух. Когда я подняла голову, увидела, как странно заблестели его глаза. А еще я в них тонула. Тонула в океане его нежности. Той самой нежности, которая залечивает самые глубокие раны.
Он нагнулся ко мне, легонько коснулся сухими губами моих губ. Мы перестали дышать.
Внутри меня все стянулось в тугой узел, а когда Леша крепче поцеловал, я почувствовала, отпрянула. Неловко улыбнулась ему, регистраторше и напомнила:
– Леша, нас ждут! У тебя же дочь сейчас замуж выходит.
И мы побежали к тем, ради которых затеяли весь этот спектакль.
Но я снова
