архипелаг Ли Галли. Звучит громко, но на самом деле это три небольших скалистых островка на Амальфитанском побережье. На одном из них была восстановлена сторожевая башня XIV века, в которой хореограф в первую очередь обустроил репетиционный зал, украсив его колоннами из каррарского мрамора.
«Я почувствовал, что здесь я нашел уединение, в котором нуждаюсь, где я могу отказаться от изнуряющего давления избранной мною карьеры», – признался он в мемуарах. Именно там, на Ли Галли, они и были написаны. После кончины Мясина остров купил Рудольф Нуриев.
В начале 1960-х годов в Леониду Мясину обратилось советское объединение «СовЭкспортФильм» с невероятной идеей: ему предложили снять несколько балетов, а это означало возможность приехать на родину. Через 47 лет эмиграции Мясин с семьей посетил Москву, прошелся по знакомым улочкам, которые конечно же изменились, заглянул в хореографическое училище на улице Неглинной… У него сжалось сердце – прошла огромная жизнь, столько всего произошло за эти годы! Очень хотелось, чтобы его спектакли увидели советские люди, но… не случилось, не смогли договориться.
Однако справедливость всё же восторжествовала. В 2005 году балеты своего отца – «Треуголку», «Парижское веселье» и «Предзнаменования» – представил на сцене Большого театра его сын Лорка Масин.
До последних лет жизни (он умер 15 марта 1979 года в Боркене, Германия) Леонид Мясин был востребован как хореограф. Он много работал в «Ла Скала», в Лондоне, ставил не только балеты, но и танцы в операх, делал новые версии старых балетов. Когда-то он обещал Дягилеву поставить сто балетов, а поставил 113. Лучшие из его постановок до сих пор живы, многие идеи по-прежнему востребованы и авангардны, а личность танцовщика и хореографа Леонида Федоровича Мясина – москвича, европейца, гражданина мира – никогда не будет забыта.
Владимир Бурмейстер
Имя выдающегося хореографа Владимира Павловича Бурмейстера стало знаковым для русского балета, и особенно – для Московского академического Музыкального театра имени народных артистов К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко, где балетной труппой он руководил более тридцати лет.
Бурмейстер практически создал балет в пространстве этого театра. Он открывал новые имена, и в театре до сих пор, правда, уже в качестве репетиторов, работают Маргарита Дроздова и Аркадий Николаев, оставшиеся верными памяти Мастера. Спектакли Бурмейстера живут и сегодня, радуя зрителей подлинным мастерством. «Лебединое озеро» в его редакции – одно из лучших воплощений этого классического балета, «Эсмеральда» и «Снегурочка» – всегда аншлаговые спектакли, попасть на которые считают счастьем.
Владимир Бурмейстер стал первым советским балетмейстером, кого пригласили работать в Европу. Он ставил спектакли в Париже и Лондоне, работал с потрясающими звездами Гранд-Оперы – Клодом Бесси и Клер Мотт, немало часов в репетиционном зале провел с выдающейся французской балериной Иветт Шовире и замечательной Марго Фонтейн. Преклоняясь перед талантом Галины Сергеевны Улановой, он задумал поставить для нее балет «Жанна д’Арк», но он не состоялся. В его версии «Лебединого озера» с успехом выступала Майя Михайловна Плисецкая. Именно Владимир Павлович Бурмейстер в числе первых отметил талант Мариса Лиепа, моего отца, и пригласил его в труппу Музыкального театра.
В нашей семье о Бурмейстере говорили с восторгом. Отец всегда помнил те четыре творческих года, когда он работал под его началом. Встреча с Владимиром Павловичем была, наверное, одной из самых знаковых в его судьбе. Закончив стажировку в Московском хореографическом училище по классу Николая Ивановича Тарасова, отец поехал в Сочи. У него были проблемы со спиной после напряженной работы в Риге, и ему посоветовали лечиться укусами пчел. В Сочи он нашел пасечника, у которого жил и проходил терапию. Однажды он увидел афишу: в Сочи на гастроли приезжает Музыкальный театр имени К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко. У отца забилось сердце. Он мечтал танцевать в Москве, в балетной столице, ему хотелось работать с выдающимися мастерами. Идеалом, конечно же, был Большой, но и Музыкальный театр был для него невероятно интересен. Отец понял: это его шанс. Однако деньги, отведенные на отпуск, уже закончились, и тогда он попросил пасечника взять его на работу, чтобы ненадолго остаться в Сочи. Ему так нужно! И пасечник согласился.
Дальше события развивались, как в кино: отец ехал в кузове грузовика, грузовик остановился на светофоре. Бросив взгляд на дорогу, в притормозившей рядом роскошной «Волге» он увидел Владимира Павловича Бурмейстера. Отец решил, что это знак. Ему так хотелось крикнуть: «Я здесь! Я лечу к вам!» Потом отец пришел в театр, где проходили гастроли, показал себя в классе, они с Бурмейстером поговорили. Про отца уже знали – он хорошо выпустился: танцевал школьный «Щелкунчик», па-де-де из «Дон Кихота». Без всякой натяжки, Марис Лиепа был интересным и перспективным молодым артистом. Важно и то, что он был великолепным партнером, а это качество на сцене незаменимо – в руках партнера балерине должно быть надежно и удобно, ведь эти руки поддерживают ее в танце. В Музыкальном театре балерины были преотличные, и хороший партнер нужен был всем. Та сочинская встреча закончилась тем, что Владимир Бурмейстер пригласил отца на работу в Музыкальный театр, и это событие открыло совершенно новую страницу в его жизни.
В древнем роду Бурмейстеров были и немцы, и шведы, а мама Владимира Павловича приходилась двоюродной племянницей Петру Ильичу Чайковскому. Неудивительно, что Бурмейстер станет хореографом, который создаст одну из лучших версий балета «Лебединое озеро».
Но давайте знакомиться. Владимир Бурмейстер родился в 1904 году в Витебске. Его отец служил землемером, в семье было трое детей: Ксюша, Андрей и младший Волик, как звали Володю дома. Мама (урожденная Чайковская) много занималась с детьми, прививала им любовь к музыке, к искусству. Дети любили ставить спектакли: автором всегда выступала Ксюша, а братья были актерами. Забавно, но за танцы отвечал именно Волик, несмотря на то что был еще мал. Со временем семья из Витебска переехала в Москву. В Москве полно театров, и при любой возможности Бурмейстеры отправлялись смотреть какой-нибудь спектакль. Волику больше всего нравилась оперетта – через всю жизнь он пронес воспоминание о том, как однажды в детстве увидел «Сильву», где все прекрасно поют и танцуют, – это спектакль запал ему в душу. Детская душа очень восприимчивая, и, вероятно, не случайно, что Владимир Бурмейстер будет ставить оптимистичные балеты, но это еще впереди.
Шли годы, в 1920-м Владимир поступил в хореографическую школу имени Лермонтова, где познакомился с начинающей балериной Аллой Фин. Алла – невероятная красавица, не увлечься которой было невозможно. Пылкий юноша влюбился, по окончании школы женился на ней, и они даже одно время выступали вместе. Своей жизни без балета Володя уже не
