что происходит как в корабле, так и вокруг него.
«Расход топлива в пределах нормы!..», «Герметизация в норме…», «Двигатели в норме…», «Стабилизировали!..»
Висели мы сорок минут, собрав максимально возможное количество информации. Скажу честно, меня постоянно подмывало приказать подняться выше. Всё идёт настолько идеально, что даже начал опасаться сглазить.
«Нет, рисковать не надо. Данные собраны, дадим неделю на расшифровку, потом ещё парочка тестовых взлётов на такую же высоту. И вот после этого уже полетим на всю катушку», успокоил я себя.
«Приземляемся!», отдаю команду на приземление.
Удивительно, но с этим возникли куда большие трудности, чем со взлётом. Надо же было вернуться на тот небольшой пятачок, с которого и поднимались. Дурында эта огромная, промахнёмся всего на корпус — снесём добрую треть завода. Поэтому на приземление и ушло целых полтора часа.
««Центр-один» «Первому-один», поздравляем!», довольным голосом произнёс Никита, едва мы отключили реактивные двигатели.
«Молодцы, ребята, мы это сделали», заявил я на общей частоте и снял шлем. Запотел, наверное, смотреть из него неудобно. Стоп, почему лучше не стало? Что это, слёзы?..
Глава 20
Пусть это и было очень тяжело, но мы все набрались как свиньи, отмечая первый успешный полёт. Раз уж и меня унесло в хлам, то что уж говорить об остальных? Никита Романов чуть было в тарелке с салатом не уснул, вовремя успели подсуетиться его охранники. Забрали бесчувственного Императора, утянув его в гостиницу.
Ануфрий Ерёменко разучивал текст песни «Трава у дома», которую тут никто не сочинил. Это я, будучи практически в неадекватном состоянии, исполнил данную композицию. Все тут же решили, что она — идеальна для того, чтобы стать гимном космонавтики. Ничего против не имею, всегда нравилась данная композиция.
Понятное дело, что пили не все. Подавляющее большинство магов, инженеров и учёных сейчас занималось тем, что снимали показания с датчиков, проверяли состояние корабля, пытаясь прицепиться к каждой мелочи. Ничего, чуть позже отметят, надо же кому-то работать, правильно?
Пахали сейчас и те журналисты, что присутствовали на запуске. Я пьяный бродил и пел песни, радуясь успешному пуску, а они запускали бешеное количество сюжетов, которые станут основным источником разговоров по всему миру в ближайшее время. Не думаю, что хоть что-нибудь сможет перебить данный информационный повод. Уверен, больший шум появится лишь в тот момент, когда мы выведем эти две с лишним тысячи тонн в открытый космос.
На следующее утро
Даже организм мага нулевого уровня не смог полностью очистить кровь от спирта до утра. Проснулся в таком состоянии, будто последнюю бутылку выпил всего минуту назад. Пришлось несколько раз активировать «Восстановление сил», дабы прийти в себя. На разруху в административно-бытовом корпусе, которая появилась из-за вчерашнего обильного заливания алкоголя, постарался не обращать внимание. Мелкий сопутствующий ущерб, ничего страшного.
Оставаться тут нет смысла. Расшифровка данных займёт ни один день, так что несколько выходных я могу себе позволить. Хватит, и так уже наработался, на самом деле, на годы вперёд, а ещё и к Луне придётся лететь.
Ага, от этой идеи я не отказался, как бы меня не пытались отговорить. Да, опасно, спорить не буду. Довольно долго, ибо, по предварительным расчётам, полёт займёт в районе недели. Около полутора дней до луны, четверо суток там, дабы хватило времени не только почву для анализа взять, но и пройтись по естественному спутнику земли нашим магам и геодезистам. Ну и обратно долететь надо, тоже понятно, что на Луне жить мы не останемся.
Лечу не просто так. Уверен, что в составе лётчиков обязан быть маг нулевого ранга, который очень чувствителен к изменению окружающей среды в плане появления маны.
Если верить в теории Коперника, на Луне обязана быть мана. Да, куда меньше, если сравнивать с Землёй, но хоть что-нибудь, но должно присутствовать. Поэтому мне и надо лететь. Если это окажется правдой, то уже можно будет начинать думать о каком-нибудь терраформировании Марса с помощью амулетов и артефактов.
Заводы всё это время тоже не будут простаивать. Мы все понимали, что одного корабля мало. Десять изначально заявленных — много. Поэтому решили остановиться на пятёрке. Три — на изучение Луны, один — для постоянного нахождения в космосе, дабы там проводить всевозможные эксперименты.
Последний, пятый, будет заложен через шесть месяцев. Там уже можно будет определить, чего нам больше надо. Или ещё один, чтобы на Луну скататься, или что-нибудь другое.
Приехал домой и замер, ощущая, что в поместье появился маг, чья аура мне довольно неплохо знакома. Каюсь, первым делом подумал, что это Барельская решила нас с какого-то перепугу посетить, ибо первое, что заметил — способности к магии разума.
Потом понял, что ошибся. Вижу ауру человека, который кроме магии разума имеет способности к огню и воде, как бы это странно не звучало. Вариантов тут совсем немного. Как бы шокирующе это не звучало, но мой сын прошёл инициацию в мага куда раньше, чем мы могли бы себе представить.
Озвученное мною вызвало самый настоящий переполох среди жён. Они живут со мной и долго меня знают, так что понимают, что может сделать магия разума, если не контролировать её использование. Дошло даже до того, что я попытался понять, есть ли возможность временно заблокировать источники Ярослава, дабы он не натворил чего-нибудь.
— Нет, я этого точно делать не буду. Всё безумно хрупкое, нет никаких шансов, что я не лишу его магии на постоянной основе, — довольно быстро открестился от этих планов, изучив ауру сына.
Занятный момент, кстати. Раньше не было у меня ни времени, ни возможности изучить ауру детей. Сейчас же смотрю и удивляюсь, насколько сильно она отличается от того, что есть у взрослых. Будто за время взросления какая-то трансформация происходит не только с телом, но и душой, которая уже оказывает влияние на ауру. Очень и очень интересно, а у меня ещё и есть возможность наблюдать за этим с первого ряда.
Залазить же в голову семилетнего сына мне тоже не хочется. Там вовсю идёт развитие, хрен его знает, к чему может привести любое моё вмешательство. Любую мелочь, каждую промашку и неудачу, что будет у него в последующем, я обязательно буду списывать на своё воздействие, если решусь его провести. Да и жёны такого же мнения, так что пришлось нам отказаться от всего, что могло бы ограничить Ярика.
— Папа, нам надо поговорить, —
