тоненьким детским голосом заявил сын, закинув туда максимально возможное количество серьёзности.
— По поводу твоих новых ощущений? — предугадал я.
— Да, — он даже не удивился, что отец в курсе. Как-то уже привык, что я знаю вообще всё и обо всех.
— Давай присядем… Не пугайся, сейчас я тебе кое-что покажу, — обратился к сыну, едва мы оказались на диване.
Лёгкое прикосновение к его разуму — мы оба оказываемся в моём сознании. Никакой атаки, ни в коем случае, простая беседа, которая здесь займёт куда меньше времени, чем в реальном мире. Да и продемонстрировать можно намного больше. Дети же в таком возрасте кинестетики, надо всё потрогать, понюхать и осознать.
— Ух ты! — восторженно заявил он, осматриваясь вокруг.
Мне же пришлось за очень короткое время изменить слишком многое в своём сознании. Скрыл оборонительные позиции, поменял огненные реки на обычные. Даже русалки теперь выглядят как сказочные персонажи, пусть они и пытаются сейчас привыкнуть к своему новому облику без острых зубов и шипов на краю хвоста. Не хватало мне ещё сына напугать…
Три недели спустя
Расшифровка записей слегка затянулась, из-за чего не получилось вложиться в те четырнадцать дней, что мы планировали изначально. Из-за этого мы и с ремонтом задержались, поэтому к следующему полёту сумели подготовиться лишь через двадцать один день.
Всё это время, кстати, занимались весьма полезным делом. Осознали, что нет никакого смысла приземляться обратно в цех, где собирали корабль. Там уже следующий собирать начнут завтра, если мы удачно в космос выйдем. Поэтому и подготавливали основную площадку, на которую будем приземляться и с которой будем взлетать.
Тоже не самоё простое дело. Надо же не только вернуть кораблик на землю, но и проводить осмотр, ремонты, разгружать, когда мы будем лунный грунт с собой забирать.
Времени на то, чтобы построить многоуровневую парковку для одного корабля не хватило, тут ещё дней двадцать потребуется, но временную стоянку соорудили. На неё и будем приземляться, освобождая место для закладки следующего космического судна.
Кстати, всё это заставляет меня задуматься о превратностях судьбы и развития человечества. Вспоминаю свой предыдущий мир, который на довольно долгое время замедлился в техническом развитии из-за того, что не получалось отыскать новый источник энергии, аналогичный существующему в этом мире.
Да, клепали электромобили, которые заряжаются по четыре-пять часов, имея совсем небольшой запас хода. С наступлением холодов, из-за особенностей аккумуляторов, ещё подобные автомобили в два-три раза меньше могут проехать.
Всё равно летали в космос, многие бредили желанием стать космонавтом. Спутники, коммерческие полёты, немаленькие средства на всё это спускали.
Тут же всем было плевать, пока я этим не занялся. Уверен, если бы не моё видение человека с другого мира, то ещё лет тридцать-сорок никто бы и не задумывался о покорении космоса. А сколько ещё есть моментов, которые я, по своей неопытности, просмотрел. Даже страшно представить…
«Поехали!», вроде всего во второй раз отдаю команду, но она уже какой-то родной стала. «Первый» легко отрывается от земли, неспешно поднимаясь в воздух.
На этот раз на высоте десяти километров решили не останавливаться. Добрались до тридцатки, после чего на некоторое время зависли, проводя тестирование.
Всё нормально — поднимаемся до шестидесяти и вновь останавливаемся, проверяя работоспособность всех систем. Тут уже основной упор делаем на состоянии обшивки. Надо удостовериться, что герметичность не нарушена, прежде чем окончательно в космос выйти. Сейчас ещё можем вернуться обратно, если возникнет хоть какой-нибудь намёк на проблему.
Тоже никаких незапланированных моментов не было обнаружено. Что ж, осталась мелочь — выйти на высоту трёхсот пятидесяти километров над уровнем земли. Полёт не форсировали, останавливались каждые тридцать километров. Даже перестраховкой это не назвать, ибо уж такой у нас полётный план.
Если бы не предвкушение успешного выполнения задуманного мною плана, то всё прошло бы максимально скучно. Обычная рутина, сидишь себе в кресле, отслеживаешь все показатели. Нет времени и возможности даже взглянуть, что происходит снаружи.
Как и в первом нашем вылете не обошлось без эксцессов. Слава Вселенной, что разгерметизации не произошло, ибо всё остальное поправимо. Пару раз почему-то сбоила связь, на несколько минут оставляя нас наедине с собой. Быстро получалось вернуть её к жизни, но это уже неприятный звоночек. Разок пришлось даже на четвёртый дублирующий контур переключиться, ибо рации на всех остальных тупо перестали работать. Причём завязаны-то они не на магию, что можно было бы списать на вакуум.
В конце концов мы добрались до нужной отметки и зависли в открытом космосе. Ещё раньше ощутил на себе, что такое невесомость. Из-за этого пристегнуться пришлось, дабы от показаний не отвлекаться. Сейчас же откинул ремни и немного полетал. Слегка необычно, да, но эти чувства мне и так знакомы. Примерно подобным образом я и летаю, когда перекидываюсь в форму огня или дыма.
«Есть о чём подумать, кстати. Не получается ли так, что магия не толкает меня вверх и вперёд, а меняет вектор силы притяжения?», даже призадумался я, прежде чем выбросить эту мысль из головы. Слишком сложно, пусть об этом учёные думают, ибо в докладе обязательно всё отражу.
На самом деле я слегка недоволен. Искусственное покрытие, что не даёт мане покинуть пределы корабля, очень сильно мешает моим ощущениям. Вообще понять не могу, что чувствую, ибо тут такая мешанина, что невозможно разобраться. Придётся, видимо, слегка скорректировать наши планы, ибо выход человека в открытый космос планировался лишь во время следующего полёта.
Не могу усидеть, любопытство так и гонит вперёд, мешая оставаться в трезвом уме. Из двух костюмов выбрал тот, что не покрыт изоляционным материалом. Даже если мой резерв начнёт очень быстро пустеть, проблем быть не должно. Мы такое количество камушков с маной запаслись, что мне хватит пятьдесят раз полностью восполнить своё хранилище энергии.
««Первый-один» «Центру», собираюсь на выход в открытый космос. Выбран костюм номер тридцать девять, датчики исправны, сигнал видите?», связываюсь с Романовым, который опять прилетел в Хабаровск.
««Центр-один» «Первому», датчики видим, сигнал хороший, выход разрешаем», ага, не разрешил бы — всё равно вышел бы, что Никита отлично понимает, поэтому и решил не дурить мне голову.
Что ж, вроде всё готово, можно стартовать. Перехожу в отдельное небольшое помещение, которое отделяется от остального корпуса корабля мощной заслонкой. Она не пропускает воздух, так что угрозы разгерметизации быть не должно.
Да, мы не просто так делаем упор именно на это. Мы
