– Если связи нет, как вы собираетесь руководить войсками?! – заорал Сталин.
Жуков промолчал и, стиснув зубы, торопливо вышел из совещательной комнаты. Следом выбежал Молотов. Через несколько минут начальник Генштаба вернулся. Кое-как обсуждение продолжилось. Сталин предложил отправить на Западный фронт для оценки ситуации маршала Кулика.
Быть может, именно этот драматический эпизод в Наркомате обороны породил впоследствии один из самых знаменитых анекдотов о войне:
Жуков выходит от Сталина и в сердцах роняет: «Сволочь усатая!» Через минуту об этом Сталину докладывает Берия. Сталин приказывает догнать Жукова и вернуть.
– Вы кого имели в виду, товарищ Жуков, когда сказали «сволочь усатая»?
– Разумеется, Гитлера, товарищ Сталин!
– А вы, товарищ Берия?..
К этому трагическому времени относится еще одна легенда о Жукове. В разговоре с Павловым начальник Генштаба, вспомнив полугодичной давности штабную стратегическую игру, посвященную отражению агрессии именно там, где сейчас гибли и отступали советские войска, не выдержал и закричал: «Я же тебе показывал, как надо воевать!»
ФРАГМЕНТЫ СТЕНОГРАММЫ РАЗГОВОРА НАЧАЛЬНИКА ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА ЖУКОВА С КОМАНДУЮЩИМ ЗАПАДНЫМ ФРОНТОМ ПАВЛОВЫМ
6 часов 45 минут
30 июня
Жуков. Мы не можем принять никакого решения по Западному фронту, не зная, что происходит в районах Минска, Бобруйска, Слуцка. Прошу доложить по существу вопросов.
Павлов. В районе Минска 44-й стрелковый корпус отходит южнее Могилевского шоссе; рубежом обороны, на котором должны остановиться, назначен Стахов – Червень.
В районе Слуцка вчера, по наблюдению авиации, 210-я мотострелковая дивизия вела бой в районе Шишецы.
В районе Бобруйска сегодня в 4 часа противник навел мост, по которому проскочило 12 танков.
Жуков. Немцы передают по радио, что ими восточнее Белостока окружены две армии. Видимо, какая-то доля правды в этом есть. Почему ваш штаб не организует высылку делегатов связи, чтобы найти войска? Где Кулик, Болдин, Кузнецов? Где кавкорпус? Не может быть, чтобы авиация не видела конницу.
Павлов. Да, большая доля правды. Нам известно, что 25 и 26 июня части были на реке Щаре, вели бой за переправы с противником, занимающим восточный берег реки Щары. Третья армия стремилась отойти по обе стороны реки Щары. 21-й стрелковый корпус – в районе Лиды. С этим корпусом имели связь по радио, но со вчерашнего дня связи нет, корпус пробивается из окружения в указанном ему направлении. Авиация не может отыскать конницу и мехчасти, потому что все это тщательно скрывается в лесах от авиации противника. Послана группа с радиостанцией с задачей разыскать, где Кулик и где находятся наши части. От этой группы ответа пока нет. Болдин и Кузнецов, как и Голубев, до 26 июня были при частях.
Жуков. Основная ваша задача – как можно быстрее разыскать части и вывести их за реку Березину. За это дело возьмитесь лично и отберите для этой цели способных командиров.
Ставка Главного Командования от вас требует в кратчайший срок собрать все войска фронта и привести их в надлежащее состояние.
Нельзя ни в коем случае допустить прорыва частей противника в районе Бобруйска и в районе Борисова. Вы должны во что бы то ни стало не допустить срыва окончания сосредоточения армий в районе Орша – Могилев – Жлобин – Рогачев.
Для руководства боями и для того, чтобы вы знали, что происходит под Бобруйском, вышлите группу командиров с радиостанцией под руководством вашего заместителя. Немедленно эвакуируйте склады, чтобы все это не попало в руки противника.
Обреченный Павлов
30 июня Жукову в Генштаб позвонил И. В. Сталин и приказал вызвать в Москву командующего Западным фронтом генерала армии Павлова. Его принял Жуков и едва узнал пытавшегося оправдаться генерала – так тот изменился за первые восемь дней войны. Но в течение этого, казалось бы, небольшого срока Западный фронт понес тяжелые потери – свыше трети миллиона погибших солдат и офицеров, разгромлены 24 советские дивизии из 44.
Сталин, вызвавший Павлова, отказался его принять и отдал приказ возвращаться «туда, откуда приехал». Скоро Павлов, отправившийся обратно в Белоруссию, был арестован и 22 июля приговорен Военной коллегией Верховного Суда Союза СССР к расстрелу. Через шесть дней появился «Приказ народного комиссара обороны СССР с объявлением приговора Верховного Суда СССР по делу генерала армии Д. Г. Павлова…», подписанный Сталиным. В тексте говорилось, что Павлов и несколько бывших высших командиров – начальник штаба генерал В. Е. Климовских, начальник связи генерал А. Т. Григорьев, начальник артиллерии генерал Н. А. Клич, командующий 4-й армией генерал-майор А. А. Коробков – расстреляны. Приказ надлежало «объявить всему начсоставу от командира полка и выше».
Таким было суровое назидание Народного комиссара обороны СССР И. Сталина всем красным командирам, особенно высшим: невзирая на звания, они будут персонально отвечать за свои неудачи в борьбе с врагом.
Распоряжение о ночных рейдах против немцев
1 июля 1941 года Георгий Жуков от имени Ставки Главного Командования издал директиву, предписывающую командующим фронтами организовывать ночные рейды против немецких моторизованных частей. Надлежало скрытно выводить на позицию маневренные группы, атаковать под прикрытием темноты и уходить на базу до рассвета. «Боевыми действиями против танковых и моторизованных частей противника установлена неспособность немцев отражать внезапные ночные атаки на танки, бронемашины и мототранспорт… – говорилось в директиве. – Немцы боятся вступать в рукопашный бой…» По свидетельствам участников Великой Отечественной войны, на тех участках фронта, где удавалось применить эту тактику, она производила очень сильный деморализующий эффект на противника.
Сражение за Смоленск
В то напряженное время Жуков практически не общался с семьей – в своей квартире на Берсеневской набережной он бывал редко. Фактически жил в Генштабе, спал по несколько часов в сутки в комнате рядом со служебным кабинетом. Но иной раз приходилось обходиться и без сна, поскольку остановка на фронтах менялась стремительно, и очень часто сведения приходили угрожающие.
Очередным ключевым пунктом, вокруг которого разыгрывались жестокие сражения, стал Смоленск – город на берегу Днепра в верхнем его течении. От Смоленска до Москвы – меньше 400 км. А это означало, что, смяв боевые порядки Западного фронта около Минска и выйдя к Смоленску, германская армия оказывалась на дальних подступах к столице СССР. Натиск немцев одновременно происходил в направлении на Смоленск, Великие Луки и Рославль, там шли яростные бои. 2-я танковая группа вермахта переправилась через Днепр, 3-я прорвала оборону Западного фронта в районе Витебска и обе группы устремились на Смоленск, чтобы снова окружить части Западного фронта. По замыслу германского военного руководства, выполнение этой задачи открывало прямой путь к Москве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
