монолитными, плотно сбитыми, вблизи же стали расползаться, образовалась брешь, достаточная для проезда автомобиля. Иллюзия впечатляла, а ведь надо было только подойти…
Сердце забилось громче. Пушкарев и Калинченко по приказу Маркуши нырнули в проем. Остальные передернули затворы, ждали. Андрей показал кулак гражданским – чтобы сидели за камнями, не высовывались, сам перебежал, опустился на корточки. Желудок заныл от волнения: неужели ухватились за ниточку? На каменистой почве остались следы протекторов – несколько дней назад здесь проехало что-то тяжелое и габаритное…
Вернулись красноармейцы. Пушкарев доложил: за скалами дорога, повсюду камни, есть ли там люди – хрен его знает, товарищ майор… Они на всякий случай не вставали в полный рост и далеко не ходили. Пусть уж старшие по званию берут на себя ответственность, а их дело маленькое…
– Рядовой Грачев, лейтенант Несмелов, идете со мной… – голос Гордина срывался от волнения. – Остальные остаются здесь…
Многое теперь зависело от умения прикинуться невидимкой. Дорога имела приличный вид, причем расчистили ее недавно. Ею не пользовались очень долго, и куда она вела, неизвестно. Скорее всего, в тупик, здесь повсюду тупики.
Бойцы крались, огибая препятствия. Скалы громоздились повсюду, плавно вздымаясь от обочин, каменные плиты укладывались слоями. Дорога изгибалась, уходила за поворот.
– Товарищ майор, ложись… – сдавленно выдохнул Грачев, и все трое повалились на землю. Глухо чертыхнулся Женька Несмелов, отбивший колено. Грачев приложил палец к губам, сделал страшное лицо. Этот парень не только резво прыгал по скалам, но и имел отменное зрение. Он уловил движение в скалах, быстро сориентировался и теперь вел себя довольно странно – густо побледнел, привстал, прислонив к камню автомат, стал забираться на полутораметровый валун. Потом протянул руку:
– Товарищ майор, давайте сюда…
– Ты чего там увидел? – спросил Несмелов.
– Дымок, – пояснил боец. – Товарищ лейтенант, а вы оставайтесь здесь, нечего там толпиться…
Дымок, стало быть, надо же… Андрей переполз через валун, схватил протянутую руку. Они лежали за расколовшейся слоистой плитой, осторожно выглядывали.
– Дымок там вился, товарищ майор… – взволнованно шептал Грачев. – Табачный дымок, точно… И человеческая макушка виднелась… Могло, конечно, и показаться…
– Ну, знаешь ли… – возмущенно запыхтел майор.
– Помолчите, товарищ майор, вижу его, смотрите… Только не шевелитесь, тогда он нас не засечет…
Скалы тянулись вверх несуразной лесенкой. Раскололся валун, и в просвете между распавшимися частями наблюдалось шевеление. Дымок действительно вился – голубоватый, практически незаметный на фоне серого неба. Потом показалась рука с окурком – недокуренная сигарета, проделав дугу, упала метрах в трех от наблюдателя.
«До конца не докуривают, – мелькнула мысль, – значит, крайнюю нужду не испытывают, сидят всем довольные».
Показалось полевое кепи цвета хаки. Человек приподнялся, чтобы перевернуться на другой бок. Он был одет в защитный комбинезон, позволяющий сливаться с местностью. Судя по всему, это был форпост. Солдат был один и к несению службы относился не очень радиво: ворочался, кряхтел, стал зачем-то вхолостую щелкать зажигалкой. Потом опять приподнялся, вытянул шею – словно вдруг почувствовал чужой дух. Но нет, показалось, – опустился обратно.
– Ясно, ложись, – прошептал Гордин. – А ты молодец, Грачев, глаза на месте.
– Подождите, товарищ майор… Видите щель – вон там, справа? Можно проползти и подобраться к нему с тыла – ну, если вдруг появится желание снять часового… Всем ползти необязательно, я бы один мог смотаться. Сниму бесшумно… ну, или как получится…
– Не газуй, Грачев, успеем. Теперь нам точно нельзя пороть горячку… Смотри, к нашему другу кто-то еще подбирается…
Это было своевременное наблюдение. За камнями возник другой силуэт. Мужчина в похожем комбинезоне осторожно перебирался через камни. Он двигался вприсядку, не разгибая спины, держал наготове автомат. Он возник из глубины скал, делался ближе, отчетливее. Уже угадывались черты лица.
Второй солдат опустился рядом с первым. Андрей затаил дыхание. Доносились приглушенные голоса, негромкий смех. Потом первый стал отползать, привстал на корточки, аккуратно перелез через остроконечную глыбу. «Смена караула, – догадался майор. – Значит, базовый лагерь где-то неподалеку…»
Немец пропал за скалой. Андрей заволновался:
– Грачев, мы сможем его догнать и сесть на «хвост»? Это важно. Но чтобы незаметно. Он приведет нас в их логово…
С веснушчатого носа красноармейца свисала капля пота. Он облизывал губы, горели глаза.
– Можно попробовать, товарищ майор, но за успех не ручаюсь… Спустимся на дорогу, я видел проход неподалеку…
Задыхаясь от волнения, они сползли с валунов на обочину. Несмелов изнывал от нетерпения, нервно поглаживал автоматный диск.
– Ну что там, товарищ майор? Когда уже?..
– Спокойно, лейтенант, – прошипел Андрей. – Слушай вводную. Логово недалеко, здесь пост. Часовой сменился, мы попробуем проследить за ним. Ползи к нашим, только задницу от земли не отрывай. Пусть все остаются на месте, мы скоро придем. Если не придем, действуйте по обстановке, но лучше всего вернуться в город и вызвать подкрепление…
– Товарищ майор, давайте быстрее, уйдет же… – Грачев дрожал от нетерпения, уже готовился нырнуть в соседнюю щель.
– Понял, товарищ майор, – Несмелов пополз прочь.
Гордин протиснулся за бойцом между скалами, молясь, чтобы эта трещина не оказалась тупиком…
И снова удача была рядом. Жгучий пот разъедал глаза. Спина Грачева покачивалась перед глазами. Шли осторожно, чтобы крошка не хрустела, протискивались боком, когда проход сужался. Это продолжалось несколько минут.
Грачев спешил, словно чувствовал, что можно упустить немца. Потом присел на корточки, прижал палец к губам. Майор отступил за ребристый валун. Покатился камень, звякнул металл. До человека в комбинезоне было метров пятьдесят. Не потеряли! Солдат сполз с валуна, отряхнул колени и размашисто зашагал по широкому проходу. И вдруг остановился, втянул голову в плечи и резко повернулся. Он что-то услышал! Небритое лицо нахмурилось, колючие глазки прощупывали пространство. Нет, видимо, показалось. Он забросил автомат за спину, двинулся дальше. Майор облегченно вздохнул, оторвался от камня.
Голова в кепи мелькала между валунами. Потом немец выбрался на открытое пространство и направился к перекошенной скале, напоминающей разъеденного трупными пятнами исполина. Присмотревшись, Андрей обнаружил, что под этой скалой проходит дорога, – очевидно, она огибала по крутой дуге участок, где находился пост.
– Пойдем за ним, товарищ майор? – осведомился Грачев.
– Не пойдем, – принял решение Гордин. – возвращаемся. За скалой их база, там нас сразу засекут. Пойдем в сумерках, не раньше, и всем составом. Если снимем часового, то можно пробежать по дороге, чтобы не ломать ноги в этих камнях. Пошли, Грачев, мы хорошо поработали, до вечера можно отдохнуть…
К своим вернулись уставшие. Голова трещала от постоянного напряжения. Раздвинулись скалы, пропустили уставших путников. Их встретили оживленными голосами. Из-за камня высунулась сосредоточенная физиономия Маркуши, за ним еще двое.
– Все в порядке, товарищ майор?
– Более чем, лейтенант. Поощри
