и, потянув девушку за руку следом, совершенно неожиданно закинул ее себе на плечо. – Нас же никто не торопит.
– Эй… – Нера упрямо ударила своим маленьким кулачком в его широкую спину. – стой! А ну поставь меня обратно!
Но как бы не так! Ведь едва эльфийка выразила свой протест, орк, вместо того чтобы поставить ее обратно, тут же направился в сторону озера.
– Что, опять?! – Простонала Нера, едва поняв это.
– К чему валяться в траве, когда рядом есть такой заманчивый водопад?
– Ульд! Нет! Стой! Уль…
Глава 24
– Ульд, нам надо поговорить. – Сказала Нерандиль сосредоточенно глядя в глаза своему отражению в быстром речном потоке.
Оно кривилось, то улыбаясь, то насупливая брови из-за гальки, которую едва покрывала вода. И это совершенно не настраивало на серьезный лад.
– Кхм… ладно, не так. – Девушка на миг прикрыла руками лицо и, резко выдохнув, попробовала снова. – Эй, клыкастый! Знаешь что?
Широкая улыбка в отражении пошла волной, превратившись в безумный оскал, что в купе с блеском в глазах, являло собой действительно пугающее зрелище.
– О, Лантишан, да за что же мне это… – Простонала Нера и наотмашь шлепнула своему отражению по щеке, но то даже на миг не исчезло из-за скорости речного потока. И вот, уже снова смотрело на нее снизу вверх, взволнованно и даже с укором.
С того дня у водопада минула, казалось, целая вечность! А она оказывается до сих пор не научилась ему доверять. Ведь, казалось бы, чего проще – как обычно подкрасться к нему сзади, не особенно таясь, чтобы дать ему возможность сыграть удивление, а не в полной мере отработать на ней воинские рефлексы, обнять за шею и, сладко прикусив чувствительную кожу за ухом, тихо прошептать: "Ульд, я…"
Хруст сломанной ветки за спиной заставил Неру резко обернуться и привстать, схватив с земли острогу. Было раннее утро и, пока Ульд не проснулся, эльфийка отправилась к быстрой речке чтобы поймать немного рыбы. И побыть в одиночестве, чтобы подумать. Потому что после встречи с голодным лесным котом, мужчина перестал отпускать ее в лес одну. И даже когда она полностью восстановилась после растяжения и ожога не изменил решения! Разумеется, то мало было способно остановить Неру, когда ей вот так, как сегодня, нужно было побыть наедине с собой, но… Эта чрезмерная опека немного раздражала. Хотя может и не зря?
Девушка вся обратилась в слух, но со стороны кустов и деревьев, отступавших речной берег до нее больше не донеслось ни звука. Только где-то далеко-далеко, в лесу, пели птицы и дятел под корой искал себе завтрак, ритмично отбивая быстрое тук-тук-тук-тук.
Нет, лесной кот не смог бы так хорошо затаиться. Его выдала бы прошлогодняя листва или нетерпеливый характер. А про других хищников и вовсе говорить нечего! Медведь бы сразу пошел в атаку, а волк выдал бы себя голодным рыком.
Девушка аккуратно подняла с земли связку наловленных рыбешек и, закинув добычу на плечо, на всякий случай выудила из ножен кинжал Ульда, с которым мужчина запретил ей расставаться.
Пожалуй, все это нервы и ветку сломал какой-нибудь кролик. Который сам же того испугавшись, юркнул в нору или забился под корни деревьев. К стати по пути домой, нужно будет проверить расставленные Ульдом силки. Как знать, может один из трусишек и туда успел попасться. Тогда Нера выпустила бы беднягу, потому что нечего трогать пушистых, когда она уже на сегодня наловила довольно рыбы. Ведь Лантишан не велит убивать животных в пищу про запас, потому что каждому милостью своей даст довольно пищи, стоит ему лишь попросить.
Жаль только этого не объяснить Ульду, который, отстроив самый настоящий дом, зачем-то взялся готовить зимние запасы солонины, а также всякого копчёного и вяленого мяса.
Одно слово – варвар.
Идя по лесу к дому, Нера невольно улыбнулась и эту глупую совершенно счастливую улыбочку не так-то просто оказалось убрать с лица. Хоть домой не иди, честное слово! А то Ульд увидит и обязательно в чем-то ее заподозрит.
В счастье? В абсолютной влюбленности в него? А может быть в том, как ей нравится вот эта его немного грубая забота и абсолютное желание оберегать Нерандиль от того, от чего она сама бы хотела его уберечь?
Например, несколько дней назад девушка имела неосторожность сказать что ей хочется сладкого. Вот только она то намекала на то, что пора бы уже сделать очередную вылазку в эльфийское поселение! Ведь те уже наверняка насушили на зиму ягод и наварили варенье. Так что пропажи пары горшочков со сладким даже и не заметили бы… А что же Ульд? Вместо того чтобы признать что Нера достаточно ловкая чтобы не попасться и отпустить ее, неизвестно откуда принес ей медоносные соты. С пчелами, разумеется, которых эльфийке пришлось отгонять от него магией! А потом ещё и лечить сурово претерпевавшего болезненные укусы орка, от печальных последствий. Ну, неужели нельзя было догадаться, что дикие пчелы совсем не то же самое, что домашние и делиться не станут, чем ты им не грози?!
И так во всем.
Порой, от такой абсолютной заботы эльфийка начинала чувствовать себя принцессой и даже отдавалась этой безусловной власти над мужчиной, который сам себя предлагал ей в слуги и защитники. Но все чаще ей все же хотелось ущипнуть Ульда, да побольнее. И в который раз напомнить, что она все же не нежный цветок с бело-розовыми лепестками, на который даже дышать не стоит, чтобы не завял раньше времени.
Страшно представить, что надумает Ульд, когда узнает…
Что-то было не так и сердце Неры поняло это ещё до того, когда она вышла на тропинку, протоптанную ими к дому в лесной чаще.
Было ещё раннее утро, но Ульд уже должен был проснуться и сейчас с недовольным выражением лица помешивать угли в разведенной костре, ожидая прихода своей непослушной эльфийки с добычей в руках. Но костром не пахло. А ещё было очень тихо…
Небольшой дом, сколоченный из крепких толстых бревен, с крышей перекрытой дерном, встретил Нерандиль какой-то отчаянной пустотой в своих небольших окнах. Ее нельзя было увидеть, ведь все выглядело как обычно – большая корзина, сплетенная только на половину, которую Ульд не успел закончить вчера, сухие ветки и дрова заготовленные им для сегодняшнего дня и аккуратно сложенные у кострища над которым они готовили пищу.
Пока стояли теплые осенние дни топить печь устроенную в доме не хотелось, в хорошо подготовленном к долгой зиме жилищье
