В этом зареве ветровом
Выбор был небольшой,
Но лучше прийти с пустым рукавом,
Чем с пустой душой.
В центре полосы нашей обороны - в районе Могилева, где находилась 172-я стрелковая дивизия генерала М. Т. Романова,- положение оставалось устойчивым (о действиях защитников Могилева я расскажу далее более подробно). Однако на флангах, где Гудериан ввел в сражение основные силы своих 46-го и 24-го танковых корпусов, обстановка все более обострялась. Танковым частям 46-го корпуса удалось 14 июля прорваться в Мстиславль, хотя они, как признается и сам Гудериан, понесли в тяжелых боях большие потери, особенно в артиллерии{53}.
Серьезный урон врагу нанесли также воины 20-го и 45-го стрелковых корпусов. 20-м корпусом, управление которого прибыло только 13 июля, командовал генерал-майор С. И. Еремин. В 20-й корпус вошли 132, 137 и 160-я стрелковые дивизии. Часть их сил и средств находилась еще в пути, а многие подразделения до прибытия С. И. Еремина пришлось использовать в составе 45-го корпуса, так что они понесли серьезные потери. Тяжелым было положение 110-й стрелковой дивизии и остатков 20-го механизированного корпуса, которые подвергались непрерывным атакам врага.
Маршал С. К. Тимошенко понимал, что у нашей армии нет больше никакой возможности сохранить оперативную устойчивость на флангах. Свежими силами, однако, Западный фронт не располагал. В этих условиях Семен Константинович вынужден был пойти на крайние меры и вновь бросить в горнило сражения 4-ю армию, сравнительно недавно выведенную в резерв и еще не успевшую полностью доукомплектоваться. Она готовила оборону по рекам Проня и Сож. Армии, которой временно командовал полковник Л. М. Сандалов, было приказано нанести контрудар в районе Чаусы, Пропойск, Чериков по прорвавшемуся в Мстиславль немецкому 46-му танковому корпусу{54}. Но сложившаяся обстановка не позволила полностью выполнить этот приказ.
15 июля к нам прибыл новый командарм генерал-лейтенант В. Ф. Герасименко. До этого Василий Филиппович командовал 21-й армией. Это был опытный военачальник, хотя ему исполнился всего 41 год. Он служил в Красной Армии с 1918 года, активно участвовал в гражданской войне. В партию вступил в 1920 году. А в межвоенный период получил хорошую военно-теоретическую подготовку в 1931 году окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе. Перед войной командовал войсками Приволжского военного округа. Приказ о новом назначении вырвал его, что называется, из гущи ожесточенного сражения, которое в целом успешно вела 21-я армия.
8 июля 21-я армия отразила несколько попыток врага форсировать Днепр. После того как противнику все же удалось овладеть плацдармами южнее Орши и севернее Быхова, армии было приказано наступать вдоль шоссе Жлобин - Бобруйск с рубежа Гадиловичи, Стрешин, причем 66-й корпус, занявший исходное положение на участке Стрешин, Белый Берег, имел главной задачей охват Бобруйска с юга.
Поскольку армия не имела в своем составе инженерных частей и табельного переправочного имущества, переправа через Днепр производилась с помощью подручных средств и несколько затянулась. Тем не менее наступление началось в назначенный срок. Действия первоначально развивались успешно: к 20 часам 13 июля основные силы армии преодолели водную преграду и продвинулись за Днепр на 8-10 километров. Передовые отряды гитлеровских частей, которые вышли ранее в этот район, начали отход, прикрываясь дымами и разрушая мосты. Боевые порядки наступающих войск подвергались непрерывному воздействию артиллерийского и минометного огня. В этот момент В. Ф. Герасименко и был направлен в нашу армию.
В течение следующих двух дней соединения 21-й, преодолевая упорное сопротивление врага, продвинулись вперед еще на 4-6 километров и к исходу 16 июля достигли рубежа Веричев, Заболотье, Рудня. В этом районе находились авангарды 1-й кавалерийской дивизии 24-го танкового корпуса 2-й танковой группы Гудериана. Дивизия передовыми частями выходила к Новому Быхову. Сбив ее заслоны, 63-й стрелковый корпус форсировал Днепр и освободил города Жлобин и Рогачев.
Потому-то у Василия Филипповича и было первоначально оптимистическое настроение - он предполагал силами 13-й поддержать наступление 21-й армии. Но надо отдать ему должное: как только А. В. Петрушевский и я ввели нового командарма в курс дела, намерения его резко, сообразно с обстановкой, изменились. А оперативная ситуация у нас к этому времени была чрезвычайно сложной. Глубокими охватывающими ударами танковых соединений противник создал угрозу окружения основных сил 13-й армии на рубеже реки Сож. Наши войска вели тяжелые бои. Резервов в армии не было. Не ограничившись заслушиванием докладов, генерал Герасименко побывал в соединениях и утром 16 июля пришел к выводу о необходимости отвода войск армии за Сож. Чтобы организованно осуществить отход, он планировал вначале отвести части на промежуточный рубеж за реку Проня, который занимался к югу от Чаус войсками 4-й армии{55}. Одновременно командарм решил нанести контрудар силами 20-го стрелкового корпуса из района Чаус на север вдоль реки Проня во фланг немецкому 46-му танковому корпусу, прорвавшемуся в Мстиславль.
К этому моменту мы, к несчастью, вновь утратили связь со штабом фронта, так как КП армии, оказавшийся в зоне обстрела вражеской артиллерии, пришлось перемещать в район Кричева. В это же время КП фронта передислоцировался в Ярцево в связи с прорывом противника к Смоленску. Чтобы доложить о принятом решении, генерал Герасименко в полдень 16 июля приказал мне на самолете отправиться на КП фронта.
Наш У-2 удачно совершил посадку около Ярцево, и я тотчас же был принят маршалом Тимошенко. После моей первой встречи с командующим фронтом не прошло и десяти дней, однако за этот короткий срок он сильно изменился. По его усталому лицу и воспаленным от бессонных ночей глазам можно было судить, сколь сложна и ответственна была в те суровые дни 1941 года его миссия. С 10 июля Тимошенко возглавлял главное командование Западного направления, которому были подчинены Западный фронт и Пинская военная флотилия. И в тот же день, 10 июля, началось грандиозное Смоленское сражение. Смоленское направление по-прежнему оставалось наиболее опасным. Здесь действовала главная группировка вражеских сил, предназначенная для захвата Москвы. Прикрывали смоленское направление войска Западного фронта. Семен Константинович в целом твердо управлял ими и принимал все возможные меры к тому, чтобы остановить превосходящие силы противника и нанести ему поражение.
Выслушав меня и задав несколько вопросов, командующий фронтом утвердил решение генерала Герасименко. Особое значение он придавал Могилеву и потребовал удержать его во что бы то ни стало.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
