меня из телеги и водрузили на ноги. – Не поминайте лихом мэтра Тике. Удачи!
Я решительно не знал, что сказать в ответ на вполне искреннее пожелание, сделанное при таких обстоятельствах: проклинать за то, что не отрубил голову, было бы столь же глупо, как и благодарить за то, что доставил с одной казни на другую. Впрочем, мэтр Тике и не нуждался в моей реакции, он спокойно вернулся к своей неказистой лошадке, ухватил ее под уздцы и продолжил путь. Я так понимаю, ему нужно было похоронить казненных сегодняшним вечером преступников. Бр-р, ох и работенка!
Через минуту я остался один на опушке леса в компании трех молчаливых фигур, кутающихся в черные плащи. Это обстоятельство меня не радовало, вкупе с тем, что я был не только без оружия, но еще и со связанными руками, онемевшими уже настолько, что я их совершенно не чувствовал.
– Ну, здравствуй, Кристиан! – произнесла одна из фигур, делая шаг вперед и позволяя луне осветить свое лицо.
– Да чтоб меня! – только и смог промолвить я в ответ, потому что такого развития событий никак не ожидал.
– Неожиданно? – усмехнулся Родриго, старший из моих кузенов де Вилья.
– Более чем, – настороженно ответил я.
Чего ожидать от такого поворота событий, было совершенно непонятно. Хорошо, если Этьен тоже здесь, тогда у меня будет хотя бы один заступник. Не думаю, что его слово много значит для старших братьев, но вряд ли он сможет безропотно наблюдать, как меня убивают.
– Чего так напрягся? Испугался, что ли? – сверкнув белозубой улыбкой, Марко, второй из братьев, подошел ко мне, вальяжно поигрывая обнаженным ножом. – Давай свои руки!
– Вечерок у меня был еще тот. – Веревки упали наземь, вслед за чем мои затекшие руки безвольно повисли вдоль тела. – Уже и бояться устал.
– Ну извини, – снова усмехнулся Родриго, всколыхнув во мне давнишнюю неприязнь к нему. – Во-первых, не мог отказать себе в удовольствии, устроив тебе все это, а во-вторых, ты вляпался в такую историю, что по-другому вытащить тебя просто не представлялось возможным.
– Поверь, Крис, – наконец подал голос и Этьен, – другого выхода не было.
– Да уж, еще неделю назад я бы палец о палец не ударил, узнав о приключившемся с тобой, – Марко спрятал нож и легонько подтолкнул меня в направлении едва видневшейся в ночи лесной тропинки, – но долг платежом красен. Если бы не ты, Этьена сейчас с нами не было бы.
Мы углубились в лес. Дорогу показывал Этьен, мне в спину дышал Родриго, Марко замыкал шествие. Конечно, я предпочел бы иметь за спиной младшего из кузенов, но право выбора мне не предоставили, так что приходилось довольствоваться тем, что есть, и стараться поскорее вернуть рукам чувствительность.
– Не спрашиваешь, куда идем? – Старший брат неожиданно положил руку мне на плечо, заставив непроизвольно вздрогнуть. – Да расслабься ты! Не для того мы вбухали такие деньги в твое спасение, чтобы прирезать в лесу!
Родриго тихо рассмеялся, а мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы подавить нарастающее раздражение.
– Хотя за ту охоту, что ты устроил за нами в Кантадере, – донесся сзади голос Марко, – можно было бы и прирезать.
– Какую охоту? – возмутился я. – Я честно вызов посылал!
Ответом мне послужил дружный смех всех троих родственников.
– Ты хоть обратил внимание, что в последние полгода в Кантадере количество желающих связываться с тобой радикально сократилось? – поинтересовался Родриго. – Твое умение владеть шпагой вызывает уважение, а мы не настолько глупы, чтобы оспаривать его, рискуя жизнями.
– Дед очень гордился тобой, – добавил Этьен.
– Ага, все уши нам прожужжал: посмотрите на Кристиана, вот с кого вы должны пример брать! – фыркнул Марко.
– Ого! – только и смог вымолвить я в ответ. Слышать о таком интересе к себе старого барона было неожиданно и очень приятно.
– Да, дед у нас был человеком старой закалки! – на удивление серьезным голосом подхватил старший де Вилья. – Жалко только, что смерть наших родителей его сильно подкосила. Чудил основательно в последние годы жизни.
– Точно. Мог завещание по пять раз на дню переписывать, – со вздохом добавил Марко, – а у нас потом головная боль была перехватывать посыльных.
– Вот какой-то вариант завещания проскочил-таки в Кантадер, из-за чего после смерти деда тебя вызвал нотариус, – вздохнул Этьен.
Несмотря на мирное течение беседы, доверия к родственничкам у меня не было никакого, а то, что идти впереди доверили самому младшему брату, заставляло постоянно ожидать удара в спину. Но все время оборачиваться значило бы показать дражайшим кузенам свой страх, а мне этого очень не хотелось. Так что я, на всякий случай, ускорил шаг и стал постоянно наступать на пятки самому младшему де Вилья, заставляя и того идти быстрее. Результат не заставил себя долго ждать: пытаясь не отстать от нас, Родриго запнулся о торчащий корень и, чтобы не упасть, вынужден был совершить небольшую пробежку. Естественно, это сопровождалось отборной бранью, что, вкупе с отчаянным топотом, дало мне законный повод развернуться и взглянуть на происходящее у меня за спиной. К моему большому удивлению, ни шпаг, ни обнаженных ножей в руках Родриго и бросившегося к нему на помощь Марко я не увидел. Черт побери, они действительно не собираются меня убивать!
– Куда вы так бежите?
– Кстати, куда мы вообще идем? – решил я сразу переменить тему разговора.
– Куда-куда, на постоялый двор, конечно! – буркнул Родриго. – Куда же еще?
– Откуда же мне знать ваши планы?
– Давайте уже выйдем туда, где сможем нормально поговорить, – раздраженно бросил Марко де Вилья. – Здесь мы и слышим друг друга плохо, и ноги переломать в темноте можем.
Дальше шли молча. К моим рукам вернулась чувствительность, что позволило мне ощущать себя немножко увереннее. Но как же, однако, я привык к оружию! Без него чувствую себя… не полностью одетым, что ли… Не готовым появляться на люди в таком виде.
Вскоре деревья расступились, открывая нашим взорам участок той самой дороги, по которой я несколько дней назад въезжал в Уэску в карете де Флоресов. У дорожного изгиба на самой окраине леса располагался постоялый двор с незамысловатым названием «Три дуба». При виде такой вывески обычно начинаешь крутить головой по сторонам в поисках объектов, давших название заведению. Но здесь если и имелись где-то поблизости те самые выдающиеся дубы, то на фоне других деревьев они никак не выделялись, потому название казалось ничем не обоснованным. Впрочем, вряд ли это сильно заботило посетителей, в конце концов, дубы могли пойти на пиломатериал для постройки постоялого двора, а могли сгореть в его каминах в особо холодную зиму.
Несмотря на позднее время, окна трактирного зала были освещены, а из-за закрытых дверей слышался гул голосов. По всей видимости, заведение было весьма популярно у путешественников, застигнутых темнотой на подъезде к Уэске.
Идти внутрь, где среди посетителей вполне могли
