Домашние дела тоже отнимали достаточно много времени и сил. И ремонт был в самом разгаре — коробки будущих санузлов уже были готовы в жилых комнатах моей семьи, сейчас делали их в гостевых покоях. Мою ванную выложил плиткой Бор, теперь он работал в других готовых помещениях. С плиткой для стен ванной была целая заморочка, местные мастера — гончары никак не могли понять, зачем нам глазировка плитки, зачем ее лепить на стены. Кое — как добились желаемого результата, действуя уже по принципу — нрав у меня такой, ему не перечь!
Сейчас напарни готовили трубы и соединения, чтобы сразу подсоединить к имеющимся коммуникациям. Сами ванны, солидные, чугунные, стояли в мастерской, Коля и Петя их грунтовали, готовили к эмалировке, что — то, химича с разными красками, лаками, то нагревая их, то остужая, во всяком случае, воняло возле их сарая знатно.
Сейчас меня больше напрягали кухонные вопросы. Во — первых, выпекаемого хлеба стало не хватать, тем более, когда добавилась выпечка различных пирогов в духовом шкафу, печенья. Торты мы решили печь только по выходным или праздникам типа дней рождения. И все равно, шкаф был занят целый день, остывал только ночью.
Нет, мы не стали есть хлеба больше. Желающих купить хлеб работников стало больше, а точнее, все желающие. Как я подозреваю, хлебом снабжались не только семьи моих работников, но и их родственники, друзья, соседи. Какая же должна быть семья, чтобы ежедневно съедать пять булок хлеба? Именно столько мне озвучила вчера наша экономика заявку на хлеб от одного из работников.
И если раньше я закладывала в цену хлеба лишь цену продуктов, то теперь пришлось добавить в цену стоимость работы Линды, ей в ведь тоже плачу зарплату. Но все равно, стоимость булки хлеба была невысока по местным меркам.
Примерно та же проблема стояла у нас по молоку и продуктам молокопереработки. Если вначале мы отдавали излишки молока и творога своим работникам, то после появления сепаратора, маслобойки излишков не было, да ещё сыроварение добавилось. Желающих воспользоваться работой нашего сепаратора и маслобойки среди наших сотрудников тоже было много, что также не облегчало работу кухни.
Надо советоваться с управляющим. Тир Максимус все — таки перешёл к нам на службу, работал он хорошо, но все равно, вначале надо было самой продумать общее обоснование очередной задумки и воплотить в реале, а управляющий будет контролировать процесс и вести бухгалтерский учет.
Так, после ремонта в сапожной лавке у нас получился шикарный по здешним меркам обувной салон — с большой витриной — окном, чистым помещением для посетителей, удобной мастерской. Продавцом — приемщиком заказов стала жена нашего мастера Тарда, общительная и приятная Анита. Она немного разбиралась в работе мужа и могла и посоветовать модели обуви и подобрать размер и фасон. Даже привередливые заказчики оставались довольны. Некоторые модели обуви пошли на "ура", — например туфли — балетки, кроссовки, детские туфельки и сандалики, а вот модельная обувь, типа туфель на шпильке и мужских классических туфель, пока что заказывалась с осторожностью и только местным бомондом. Хотя это и понятно — не на повседневную носку эта обувь рассчитана.
Тир Максимус четко следил за движением финансов и контролировал продажи и закупки. По его словам, затраченные мной деньги на этот проект, стали уже возвращаться.
Сегодня с утра был запланирован визит нашего галантерейщика. Мы его уже называли нашим, так как торгаш отлично уловил наши желания по тканям и отделке и закупал всегда, что — то новенькое. Трикотажное полотно мы у него скупили все, зато теперь не знали проблем с нижним бельем. Даже женскую часть нашей прислуги обеспечили труселями и бюстгальтерами. Тира Нера, смущаясь и краснея, тихо попросила и ей тоже такое белье сшить. Очень уж девчонки хвастались.
Сегодня галантерейщик привез новые образцы тканей и кружева, которые он закупил на недавней ярмарке в морском городе — порту Мирине.
— Проходите, садитесь уважаемый Маян, не хотите ли чаю?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я была сама вежливость, тем более знала, что галантерейщик охоч до нашей выпечки. Принимала визитёров я теперь как настоящая владетельная хозяйка, в своем кабинете. Никей вслед за прошедшим в кабинет лавочником сразу отправил горничную с подносом с чаем, только что испеченным печеньем и сливочником.
Пока Маян наслаждался чаем с печеньем, я просматривала альбомы с образцами тканей (кстати, моя идея). Раньше он просто приносил лоскуты тканей, было трудно, что найти, а теперь все лоскуты были аккуратно закреплены на кусках картона, собранных в некоторое подобие альбома.
В этот раз я нашла атласную ткань нескольких цветов, очень нежную органзу и великолепный, с радужными переливами шелк. Как раз для нового вечернего платья. Ещё несколько рулонов гобеленовой ткани, хочу заказать новую мебель в гостевые комнаты, вот для обивки и надо будет. Сразу же подобрала кружева и прочую мелочь для шитья.
Эх, как я страдаю по земным замкам — молниям и пардон, трусовой резинке! Сколько читала книжек про попаданок, так они там сразу и к уйме пуговичек привыкали и к корсету и к панталонам на веревочках… неправильная я попаданка видимо. Уже в самом конце альбома увидела лоскут страшно знакомой ткани. Боже, да это же знакомая до боли марля!
Вот! Вот оно решение моей старой проблемы — прокладки и памперсы! Одноразовые. Трусы — прокладки, конечно, отлично прошли испытания, но это изделие чисто штучного, личного направления, да и некоторый психологический дискомфорт присутствовал. А марля тут как раз и заменит распушенную целлюлозу и верхний бумажный слой. Так что вполне для одноразовок подойдёт. Только цену бы не заломил.
— Уважаемый Маян (вежливость — наше все, а ещё покер фейс), вот эти ткани я возьму у Вас точно. Вот эта, последняя, как — то сомнения вызывает, что из нее можно шить, даже не знаю.
— Да я и сам не знаю, Тесса Анна, мне ее купцы заморские просто предложили как в добавку к тем тканям, что я у них купил. Тоже смотрю, чудная ткань — то какая. Никто и не берет.
— Ну, я бы попробовала бы взять, может, сгодится в хозяйстве где. — Так, равнодушнее, равнодушнее, без заинтересованности.
— Так я Вам, Тесса Анна, всю и привезу, цену возьму только ту, что потратил за доставку.
Засуетился купчик. Ну а я согласилась.
Вот надо ещё подумать — если все получится, то может, мне самой сходить на ту ярмарку в портовый город к заморским купцам? Портальные камни у меня есть, можно попробовать договориться об оптовых закупках. Опять надо думать, эксперименты устраивать с тканью. Считать.
А на обед у нас было давно обещанное Варей блюдо — отварная молодая картошка, посыпанная сверху укропом! Сметана и масло прилагались. Все шумно сглотнули слюну при виде этого блюда, по которому мы все соскучились. После первых восторгов и одобрительного мычания с набитым ртом, я спросила:
— Варя, ну и как там урожай картошки, сколько выкопала, чтобы эту кастрюлю сварить?
Варя засмеялась:
— А я и не выкапывала. Я ее аккуратно подкапывала рукой сбоку куста и выбирала самые крупные клубни. Представляете, даже я не ожидала, что клубни будут уже такие крупные и их много в кусте! Я всего пять кустов так «подоила», оставила мелкие клубни на доращивание. И то хватило на два ведра. И это ещё не предел размерам клубней, думаю, будут ещё больше и недели через три можно будет выкопать этот урожай, отсортировать, удобрить землю и ещё раз посадить. До осени как раз и успеет созреть следующий урожай. Да и ягод картофельных я набрала на семена, саженцы буду сеят на на наь на семена.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Варя у нас свое дело знает, на нашем столе появилась и зелень, и огурцы, и морковь молодая и ранняя капуста.
— Да, кстати, завтра приступаем к уборке зелёного горошка. Что с ним будем делать? Для гороха на зерно рано, мы его позже будем снимать.
Решили, консервировать. Рецепт консервации молодого горошка у меня был, тару найдем. Новая забота кухне.
Тут отозвался Коля.
