— Аня, там почтовая шкатулка мигает, наверное, письмо тебе. Посмотри, шкатулка же на тебя настроена.
— Хорошо, после обеда посмотрю.
Да, а наш опыт сыроварения предварительно был признан удачным. Предварительно потому, что пока настоящих твердых сыров ещё не было, они только дозаривались в специальном помещении с вентиляцией и нужной температурой. А вот плавленый сыр первый ушел влет, не всем и досталось даже. Полутвердые сыры тоже хорошо пошли, они уже ближе к истинным сырам, хотя и без долгого созревания. Местным жителям тоже очень понравилось. Я угощала таким сыром Аниту и Тарда, и нашего галантерейщика, тот аж глаза закатывал от восторга и цокал языком.
В шкатулке было письмо, адресованное лично мне. Открыла письмо, прочитала и не слишком обрадовалась. По всем признакам, впереди нас ждали сложности и проблемы — к нам ехал с визитом глава Тайной службы лорд Дариан, герцог Саммерс. Что ему от нас нужно?
Грядущими неприятностями я поделилась со своими за ужином. Информация никого особо не обрадовала, мы ещё по своей земной жизни твердо знали — от карающих органов надо держаться подальше, целее будешь. Попытались прикинуть, чем нам грозит визит безопасника, выходило, ничем, только не надо афишировать магию у всех, кроме меня. Договорились, что будем говорить, что все наши артефакты заряжаю я, вот такая вся мощная, как Братская ГЭС.
— Аня, а где этот местный Дзержинский будет жить? — Коля, как всегда, подходил к вопросу практически.
— Очень хочется надеяться, Коля, что в местном отеле или у терца в гостях.
— А если он пожелает остановиться у нас? — Варя тоже не горела радостью от возможного гостя.
— А если пожелает — примем. Вот только куда его поселить? Гостевые покои не готовы, никого из вас стеснять не хочу. Только один вариант — предоставлю свои, а сама пока тихо посижу в недоделанных гостевых. Парни, что там по сантехнике?
— Часть уже стоит у нас в мастерской, частично ещё ждём. — Петя как обычно, немногословен.
— Но на один комплект хватит? Если срочно установить ко мне в ванную?
Парни переглянулись, что — то безмолвно порешали и Петя кивнул:
— Хватит. Если мы с утра все дела бросим, то после обеда установим и подключим. Разводку от водопровода в помывочной, мы тогда сразу после ужина сделаем, трубы канализационные выведем вниз, в общий сток. Вентиляционная шахта у тебя уже стоит. Завтра сантехнику занесем и подключим. Раз так, надо успеть. Митрич, помоги завтра нам?
Петя повернулся к Митричу — Чугунную ванну тащить наверх — пупок развяжется, и все углы на лестнице вынесём. А так окно у Ани в спальне откроем, и ты воздухом поднимешь.
— Конечно, помогу, я уже наловчился с этим даром управляться. Аня, мы наши покосы выкосили, нам бы еще, где найти… спроси Максима (так Митрич попросту переименовал тира Максимуса, на что он не возражал, смеялся, что ему даже нравится), он же все тут свободные пространства знает, может, купить или арендовать у кого?
— Да, я с ним поговорю, тем более что у нас тут другая проблема нарисовалась.
И я изложила всем хлебный и молочный вопрос. Думали не слишком долго, решили — отдавать такие проекты на халяву — а вот фиг вам! Сами займёмся этим делом, откроем пекарню! Строим отдельно стоящее здание, устанавливаем оборудование, нанимаем персонал, главная Линда. Я нервно хихикнула — как попаданка, так сразу открывает пекарню, таверну, гостиницу, кондитерскую. Осталось нам только мыло начать варить. Ладно, все равно будем советоваться с тиром Максимусом.
Решив так и поступить, все разошлись. Парни сразу же помчались готовить себе на завтра фронт работ. Я, как временно бездомная, захотела прогуляться по двору, саду, парку. Компанию мне решила составить Варя и совместить это с прогулкой с дочкой.
Маруська за это время изрядно подросла, бодро крутила головкой, рассматривая мир вокруг, и вполне осмысленно таращила круглые глазенки и отчаянно улыбалась всем окружающим беззубым ротиком. Устоять перед обаянием этой малышки было невозможно, и ее любили все в доме — и мы и прислуга.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
И теперь мы неторопливо шли, катя коляску с жизнерадостной Маруськой по гладким дорожкам. Молодец Бор! Столько работы провернул! И теперь у нас отремонтированная ограда, чистые, гладкие дорожки, построенный новый мост через речку. Строил мост Бор при помощи Рима и магии наших мужчин. Зато теперь можно ходить по мосту спокойно, не рискуя каждый раз принятием неплановых водных процедур.
Только вот не все задуманные беседки успел Бор построить, вмешалась наша "перестройка века". Хотя можно и Рима привлечь, он в последнее время научился неплохо управляться с плотницким инструментом. И вообще, из леноватого и хитроватого мужичка превратился во вполне неплохого мастера на все руки. Заодно и перголы сделает вдоль дорожек во дворе для будущих посадок хмеля. И тень будут давать и сырье для дрожжей. Мимо нас прошёл Митрич, направляясь к пруду. Варя хихикнула:
— Пошел своим рыбкам сказку на ночь рассказать.
Мы прошли дальше, ближе к клумбам, присели на скамейку. Яркие, разноцветные цветы петунии хорошо гармонировали с разноцветной плиткой, огораживающей клумбы. Солнечные глазки эшшольции уже закрылись на ночь, зато над всем плыл одуряющий запах маттиолы — вечерницы. Невзрачные, мелкие лиловатые цветки, а какой запах стоит в округе!
— Варя, а ты не знаешь, почему местные не сажают садовые цветы?
— Я спрашивала у местных, говорят, что всегда так было. Мол, в лесу цветов хватает, зачем ещё дома сажать? Но я думаю, что дело здесь в другом. Когда переселенцев сюда переместили и подчистили память, они не помнили прошлого и жили достаточно трудно первое время, тут не до цветов было, хлеб успеть вырастить. А последующие поколения не знали другого, и приняли это как данность. Вот и весь секрет.
Мы сидели на скамейке в тишине и спокойствии вечера, мысли текли неторопливо, не хотелось решать никаких глобальных проблем. Но все — таки я задала давно мучающий меня вопрос:
— Варя, прости, если неудобный вопрос, но я всё-таки спрошу — ты не тоскуешь по нашей жизни на Земле?
Варя, не открывая глаз, пожала плечами:
— Да знаешь, не особо. По комфорту, так какой комфорт в деревне? Такой же, как и здесь. Зато здесь экология лучше. Да и у меня сейчас у меня столько возможностей появилось! Мне нравится возиться с землёй, растениями. Тем более, работаем мы сейчас на себя, а не на какого — то хозяина колхозного. Нет, мне тут каждый день интересно! Вот прям с утра и до вечера. И вообще, Аня, для меня хорошо там, где моя семья — Маруська, Петя. Мне с ними везде будет хорошо — хоть на Земле, хоть в Валенте. А ты сильно переживаешь?
Теперь настала моя очередь пожимать плечами:
— Только вот по детям своим соскучилась. Но все — таки они у меня давно самостоятельные, со своими семьями, отрезанные ломти. А больше вроде бы и скучать особо не по чему. И ты права — здесь в самом деле интересно, тем более что знаешь, что лично ты можешь изменить, что — то в этом мире. Коля вот, пожалуй, скучает по матери, но старается не показывать виду. Но когда — нибудь встретит свою девушку, создаст семью и все устроится. Ты смотри, Митрич наш, каким живчиком носится, прям моторчик, как у Карлсона.
Так мы сидели, любовались окружающим видом, дремала в коляске Маруся, и наслаждались абсолютно заслуженным отдыхом.
Прирастаем землями.
Утром меня подняли самым бесцеремонным образом — просто заволокли какую — то железяку и грохнули со всей дури на пол. На мой ошалевший перепуганный визг невозмутимо заметили:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну и что, что только половина седьмого утра? Сама же хотела пораньше начать. Так что одевайся и двигай отсюда, щас окно откроем, ванну заносить будем, Митрич уже внизу стоит.
Подхватив свои вещички, я вышла с видом оскорбленный добродетели. Правда, долго дуться, находясь в ночнушке и тапках, было как — то не с руки, так что пришлось, зевая и трясясь от утренней свежести, одеваться и плестись на кухню. Там меня поймут, пожалеют и дадут чашку чая. С булочкой.
