class="p1">Они медленно и почти бесшумно ползли по дуге, стараясь держаться в тени деревьев.
Когда они доползли до куста с плавками, Том аккуратно отпилил пару мешавших веточек, и, сложив шорты так, чтобы яркий рисунок остался с внутренней стороны, запихнул их в правый карман брюк. Тем же маршрутом они благополучно вернулись к проему и вползли в комнату. Том достал шорты и развернул их, влюбленно глядя на попугаев. К нему вернулся его обычный облик. Эрни тоже сбросил воображаемый водолазный костюм.
Солдаты, тем временем, запели песню.
— Эс-ва-айн-идеэльвайс!
— Айн-кляайнес-идеэльвайс!
— Оулаиийаоулахо!
— Ахойлаиийао!
Том присел на край кровати, прижав к сердцу плавки с попугаями.
— Видишь, они поют песни про цветочки. Я же говорил — они безобидны, как маленькие котики.
В паре миллиметров от ноги Тома просвистела пуля. Прострелив уже сломанную ножку кровати и звякнув о пыльный пол, она стала вращаться волчком, пока не врезалась в другую ножку.
— Ну что ж, не всякая пуля по кости, иная и по кровати… — бодро прокомментировал это Том, однако Эрни заметил, что лицо его совсем бледное, а руки дрожат.
Том быстро пришел в себя и направил руку на туман.
— Дивланну! Порс! — произнес он хладнокровно и четко.
Туман исчез, задняя стенка шкафа и полки вернулись на место.
— Это что, заклинание? — не выдержал Эрни.
— Просто старый добрый валлийский. В древних языках больше силы. Но это, конечно, временно. В заклинаниях я не слишком хорош, как ты знаешь.
Том, как обычно, сгреб всю одежду и затолкал её в шкаф единой массой.
Эрни осторожно прикрыл створки шкафа и отправился заваривать свежий чай.
Глава 9. «Больше выходов здесь нет…»
Эрни выключил будильник. Деловитое майское солнце тоже встало пораньше, в комнате было так светло, что свет от ночника был бледным, почти незаметным.
Судя по всему, день обещал быть тихим и теплым.
Мистер По спал на подушке, лежавшей в гамаке, прислонив свой черный бок к плюшевому коту.
Том, укрытый пледом, спал в одежде на застеленной кровати с поломанной простреленной ножкой. Его левая, по счастью, совсем целая, нога сползла с кровати, уперевшись в пол, на котором ещё виднелись следы грязных гусениц немецкого танка из 1941 года. На прикроватной тумбочке безмятежно покоилась крупная пуля, пущенная им вслед молодыми солдатами фашистской Германии, блестевшая в лучах утреннего солнца.
В правой руке Том сжимал спасённые «из плена» плавательные шорты с пальмами и попугаями, в левой — немного привядший за ночь цветок эдельвейса, о котором так славно пели молодые солдаты.
Эрни умылся и оделся, выпил кофе со сливками и съел несколько поджаренных тостов.
Ватман с итоговым заданием по графике, учебники и всё необходимое для сегодняшних тестов он уже собрал вчера и отнес в прихожую.
Нина начала делать своё задание по графике поздно вечером, когда Эрни напомнил ей об этом. Ещё минут двадцать, и нужно будет проверить, проснулась ли она: в последнее время она постоянно просыпала и сильно опаздывала из-за хронической усталости.
Эрни поджарил ещё несколько ломтиков хлеба, нарезал сыр и включил кофеварку: Том всегда был бодрее и веселее ранним утром, если его будил запах кофе. А тосты и сыр делали его самым миролюбивым человеком на свете.
Эрни написал сообщение Нине: «Доброе утро! Не забудь задание по графике, учебники и всё для тестов. P.S. Не надевай свитер, днём будет жарко».
Ответа не последовало.
«Эй, ты там не спишь?»
Снова молчание. Придется позвонить ей.
Нина сняла трубку и сразу бросила.
Эрни вдохнул и выдохнул и позвонил ещё раз.
Нина прокричала в телефон сквозь шум воды: «Да встала я, встала!» — И снова бросила трубку, не дожидаясь ответа или извинений.
Эрни положил телефон в сумку, выключил кофеварку и налил кофе в кружку с Обеликсом. Том что-то пробормотал во сне и повернулся на бок. Эрни проверил его будильник: он был заведён и должен был зазвенеть, точнее, очень противно задребезжать, через десять минут.
Он как раз успеет дойти до дома Нины.
Мать Нины чуть не сбила Эрни, выворачивая на большую дорогу на своей чистой розовой машинке. Конечно, она не остановилась поинтересоваться, всё ли с ним в порядке, только нервно прибавила газа, обгоняя осторожный пригородный автобус.
Эрни ждал Нину у ворот. Было пора идти, но он не решался снова звонить ей. Наконец послышались торопливые шаги и калитка распахнулась. Нина вскрикнула и выронила ватман и ключи.
— Мог бы хотя бы предупредить, что зайдешь!
Эрни поднял её вещи.
— Прости, просто не хотел отвлекать. И, знаешь, вообще-то я не думал, что, увидев меня, ты заорешь так, как будто встретила привидение.
Нина рассмеялась и поправила наплечную сумку. От её ещё немного влажных волос сильно пахло фруктовым шампунем.
— Пойдем скорее, мы опаздываем, — уже совсем серьезно сказала она, заметив, что Эрни «завис», разглядывая её распущенные волосы.
Нина и Эрни сели за соседние парты в конце кабинета. Учитель математики, вроде бы, ничего не имел против. Он начал раздавать варианты с итоговым тестом с другого конца кабинета. К ним он подошёл в самом конце. Подойдя к Эрни, он сказал так, чтобы никто, кроме Нины, не слышал:
— Решаете один вариант и ведёте себя очень тихо.
Нина покраснела, но промолчала. Эрни почти шепотом сказал: «Спасибо». Он понимал, что спасибо нужно говорить Полю. Впрочем, за него это уже сделал Том.
С тестом по биологии всё произошло точно так же, только учительница ничего не сказала.
Со скульптурой и графикой проблем у Нины, по счастью, не возникло. Они благополучно сдали свои ватманы на проверку и слепили по отличной вазе из глины. Учитель, как обычно, остался ими доволен. На сегодня тесты закончились.
— Зайдём в кафетерий?
Эрни успел проголодаться как волк.
— Мне пора на работу, — угрюмо и категорично отрезала Нина.
— И во сколько ты освободишься?
— Моё дело. — Нина снова «включила самооборону».
— Конечно, но завтра нужно сдать итоговое задание по живописи. Оно большое. Ты хотя бы начинала?
Нина побледнела, но продолжила упрямо держать оборону.
— Сделаю как-нибудь, — нервно пробурчала она и «вылетела» в вестибюль.
«Конечно, сделаешь: будешь страдать над ним полночи, а завтра опять всё провалишь и проспишь», — мысленно ответил Эрни.
Хорошо, что в непосредственной близости от школы находился небольшой магазинчик, в котором можно было купить всё, что необходимо «начинающему художнику». А Том всегда следил за тем, чтобы у Эрни не заканчивались карманные деньги.
Эрни купил большой ватман, набор акварельных красок, в комплекте с нежно-розовой пластмассовой палитрой, и пару новых
