Командир одного из горских взводов получил пулю в шею, и теперь неизвестно было, выживет ли он вообще, но его заместителя, десятника, Хорг предпочел с собой не брать, поэтому шли мы вчетвером. Уже темнело, улицы были по-прежнему пусты, хотя из харчевен доносилась и музыка, и пьяные крики – кто-то все же праздновал победу Дикого Барона. Прошли мимо борделя, в котором, судя по звукам, происходил или погром, или праздник высочайшего накала, но в окна никто не вылетал и с криками не выбегал, так что суть происходящего так и осталась тайной. Попался патруль местной городской стражи. Стражи порядка направились было навстречу, но отступили в сторону после того, как разглядели нас, а точнее наши шемахи.
Здание городской ратуши было занято штабом барона Вергена, вокруг стояли посты «волков», но сам барон, насколько мне успел сообщить Злой, находился с войсками на севере, у перевалов.
Затем мы снова углубились в веселый квартал и остановились у дверей вполне респектабельно выглядящей харчевни под названием «Пьяное откровение», куда и вошли, толкнув тяжелую дубовую дверь.
В зале царил полумрак, нарушаемый лишь масляными лампами на стенах и огнем в очаге. Большинство из полутора десятков столов были пусты, но за некоторыми все же сидели люди. Среди них я узнал Тесака с Голодным, а остальные были им под стать. Круглый Арио сидел за большим, «компанейским» столом у самого очага, вместе со Злым, призывно махнувшим нам рукой. Оба выглядели спокойными и даже какими-то благостными, словно в предвкушении праздника, хотя я искренне сомневаюсь в том, что «приказчик купца Зарама» мог кого-то позвать просто так, а не по делу. Не тот человек.
Едва мы поздоровались и расселись вокруг стола, откуда-то с кухни прибежала круглолицая и неумеренно задастая девка с большим подносом, уставленным кувшинами с вином и кружками. Старательно улыбаясь в тридцать два белых и ровных зуба, она начала быстро и сноровисто расставлять все это по столу, и едва успела закончить, как Арио нагнулся, вытянул руку и с треском шлепнул ее по выпяченному заду. Девка взвизгнула и подскочила от неожиданности, кувшины на столе дрогнули. Кто-то захохотал, со стороны других столов послышались шуточки, но Арио заполошно замахал пухлыми руками и сказал:
– Стоп-стоп-стоп! Ты куда, княгиня тучных пастбищ, а?
Рванувшая было от стола девица испуганно остановилась, выпучив глаза и явно опасаясь продолжения развлечения подгулявших гостей.
– Я проверить хотел, а ты своим визгом… – недовольно сказал Арио. – Ну-ка нагнись!
Выпучив от страха глаза и зажав рукой рот для того, чтобы похоронить за сомкнутыми устами рвущийся наружу визг, девица осторожно нагнулась, так, что из-под мелкосборчатой юбки выпятились холмы могучих ягодиц. Арио сделал вид, что целится, даже один глаз прикрыл, а потом отвесил девке такого шлепка, что звук эхом раскатился по залу и отразился эхом от стен. Та лишь промычала что-то и моментом выгнулась в обратную сторону, схватившись руками за пострадавшую часть тела.
Арио же между тем подул на отбитую ладонь, помахал ею, словно пытаясь остудить, и сказал:
– Да-а… гранит! Если бы из таких задниц сложили бастионы Речного форта – мы бы до холодов там бились. Снаряды бы отскакивали и обратно летели.
Зал грохнул, девка покраснела так, что даже в полутьме заметно было.
– Не завидую трактирщику Вайту, – продолжал между тем Круглый. – Такую на кухне прижать – сам рискуешь, вдруг сядет сверху случайно – как капусту под гнетом сплющит.
Он махнул рукой, отпуская подавальщицу, и добавил:
– Или, наоборот, завидую. Иным, чтобы столько добра сразу прижать, надо трем шлюхам платить, а он одной обходится.
Зал снова покатился со смеху от немудрящей казарменной шутки, кто-то свистнул.
Несмотря на публичное осмеяние, девка вынеслась из кухни всего лишь через минуту, вынеся немалых размеров кастрюльку с кипящим оливковым маслом, разместила ее над бронзовой спиртовкой, стоявшей посреди стола. Затем схватила длинную лучину, подожгла ее от настенной лампы и сунула разгорающийся на кончике желтый огонек к этой самой спиртовке, и язычок синего прозрачного пламени начал облизывать дно котелка.
Следом за девицей прибежал коротконогий и тоже задастый толстяк в белом фартуке, поставивший посреди стола огромное блюдо с мелко нарезанным мясом, по виду говядиной, а рядом с ним еще одно, с нарезанными овощами. Тарелки уже стояли перед нами, у каждой лежало по длинной двузубой вилке.
– Вообще это место славно своей «масляной баней» из оленины, – сказал Арио, подцепляя вилкой кусок мяса и опуская его в сразу забурлившее масло. – Но трактирщик Вайт, да длят боги его жизнь столько, сколько у них это получится, сослался на то, что поставщик его подвел из-за войны, и балует нас сегодня всего лишь говядиной. Угощайтесь.
И с этими словами взялся разливать красное вино по кружкам. Запахло виноградом и… ужином. И только сейчас я понял, что зверски голоден.
Гарнир к мясу был немудрящий: крупно нарубленные мясистые листья салата, наструганная морковь, сырые шампиньоны, которые тоже можно было опускать в масло, а главное – мясо, добротная, без единой жилки, говяжья вырезка. На самом деле расстарался трактирщик, сомнений нет, случайному человеку такого мяса не подадут.
Компания расхватала вилки и наперегонки взялась совать куски мяса в кипящее масло, запивая его хорошим молодым вином, с ним тоже не обманули. Широкозадая дева, на прелести которой уже никто не покушался, только и успевала подносить крошечные плошки с разными соусами, которые едоки расхватывали в момент и в которые макали кусочки мяса.
Когда примерно половина мяса с большого блюда исчезла, а первый, самый острый голод был утолен, Арио спросил у Хорга:
– Как в форте прошло? Основное знаю, мне твое мнение интересно.
Сухорукий пожал плечами, подумал, затем сказал:
– Начали правильно, план хороший. Никто нас не ждал, все шло как надо. Разведка подвела.
– В чем? – уставился ему в глаза Арио.
– У них в цитадели батарея бомбометов была, от них все проблемы пошли. Пушки на первой батарее побили, а мы их захватить планировали. Потерь много. Если бы взводный Арвин, – он кивнул на меня, – не придумал дельное, нас бы из потерны выбили, а там кто знает…
– Понятно, – кивнул «старший приказчик». – С этим нехорошо вышло. Сколько людей у тебя в строю?
– Шестьдесят семь на сегодняшний вечер. Двадцать два раненых в госпитале.
– Много потеряли, – протянул Арио.
– Немало, – подтвердил Сухорукий.
– Ладно, без того все равно никуда, – негромко сказал Арио, оглядев всех сидящих. – Отряд новый, для иных дел создан, но в главном все равно вас проверить надо было. Воевать умеете, не боитесь, а это от вас и требуется. Теперь впереди дела другие. Поважнее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
