очень тщательно. Нужна была какая-никакая возвышенность и наличие воды. Опять помогли наши проводники, так что наконец после долгого марша, мы остановились и привычные к этой работе опционы стали кольями обозначать, где нужно будет копать, где будет находиться колодец, отхожее место, а где будут стоять шатры. На разметку ушло не более получаса и уже вскоре все, кроме дежурных когорт, взялись за шанцевый инструмент. Видя деревянные лопаты, плетёные корзины, куда грузили землю и остальной крайне примитивный инструмент, я каждый раз хватался за голову, но выбора у меня не было, металла было просто не напастись ещё и на это, а потому приходилось пока просто мириться с текущим положением дел. Делая себе многочисленные заметки в голове для будущих походов. Опыт, пусть и путём ошибок, приобретался колоссальный и я даже был рад, что от меня ушли все полководцы. Благодаря этому я вынужден был вникать во все особенности армейского быта, снабжения и организации. В голове копилась целая куча нововведений и улучшений, для легионов новой формации.
Объезжая строящийся лагерь, я изредка делал замечания и гонцы тут же убегали к центурионам, чтобы они исправили недочёты. Наконец ров, насыпь и заграждения были выкопаны и установлены, можно было вздохнуть чуть спокойнее, поскольку теперь легионы уходили внутрь уже укреплённой территории, чтобы заняться внутренним устройством лагеря и нас просто так с наскока взять уже было нельзя.
Успокоиться можно было только под вечер, когда шатры были установлены, а костры с топливом из сушёного говна овец и ослов загорелись, согревая солдат. С деревом в округе были огромные проблемы по вполне очевидным причинам. Большая армия, стоящая в оазисе неподалёку, просто уничтожила всю растительность в нём самом и теперь была вынуждена отправлять фуражиров уничтожать кустарники, акации и деревья на километры вокруг. Казалось мне и делать ничего не нужно было, только подождать, когда у египтян закончится золото для их содержания, а у наёмников терпение. Мысль была привлекательная, но нежизнеспособная. Мне бы этого не дали сделать они сами. Ведь меня явно тут ждали и только то, что я сам пошёл в их сторону не спровоцировало их на атаку раньше. Ведь гораздо лучше сидеть в оазисе с водой и едой, если враг сам идёт в тебе.
К тому же я пришёл на эту территорию с целью уничтожить как можно больше кочевых племён, угрожавших Египту, морально готовясь бегать за ними по равнине и пустыне, а тут они сами так удобно собрались в одном месте. Ещё и ханаанцев позвали на веселье. В общем плюсы оттого, что все враги собрались в одном месте были и для меня, и я не собирался просто так давать им и разойтись.
— Мой царь, — в шатёр заглянул Хопи, — Неси вернулся.
— Зови его скорее, — обрадовался я, отодвигая от себя проклятые бумаги с расчётами провизии, снаряжения, а также письмами от иудеев, отчитывающихся о готовности принимать рабов в больших количествах. Их египетские каракули я понимал с трудом, но Рехмир читал сначала каждое сам, так что было мне было проще разбираться.
Вошедший нубиец осунулся, похудел, но глаза были всё так же умными и внимательными.
— Мой царь, — он попытался встань на колено, но я отмахнулся, — рассказывай скорее!
Он кивнул.
— Войско из тридцати разных кочевых народов собранно действительно огромное мой царь, мы насчитали сорок пять тысяч воинов, двести колесниц местных кланов и восемьсот колесниц из Ханаана. В основном там присутствуют князья из Мегиддо и Кадеша.
— Кто им платит? Чем собрали такое количество воинов? — посерьёзнел я, поскольку цифры были колоссальные.
— Жрецы Амона руководят в лагере, они же и платят всем, обещая ещё больше после победы над моим царём, — хмуро ответил он, — ведь все знают, какие богатства царь Менхеперра захватил при завоевании царства Керма, так что наложить на них руку, хотели бы многие.
— Что ещё?
— Поставками продовольствия для всего войска занимаются четыре богатых фиванских рода, как я слышал, они недавно начали ими заниматься, до этого сотрудничая с Его величество Менхеперра, — сказал он, а у меня зубы невольно заскрипели от ярости. Кто-то решил стать ещё богаче.
— Из самого срочного это всё мой царь, я готов показать расположение вражеских племён в оазисе.
— Это не срочно, — покачал я головой, — отдохни, завтра всё сделаем.
— Мой царь, — он склонил голову и поняв, что на этом пока разговор окончен, вышел из шатра, а я погрузился в раздумья, как правильно построить грядущую битву.
***
Утром Рехмир принёс мне рисунки, нарисованные им под диктовку Неси, позволившие мне лучше понять расположение всех племён в оазисе, а также местность вокруг него. Нубиец молча стоял рядом, ожидая моего решения.
— Мой царь, — в шатёр заглянул Хопи, — парламентёры.
— Спроси сам, что им нужно, — я даже не дёрнулся, чтобы встать с места, — и можешь разговаривать так дерзко, как захочешь.
На чёрном лице раздвинулись губы, показав белые зубы.
— С удовольствием мой царь, — ответил он и с поклоном вышел.
— Рехмир, — я поднял взгляд на парня, — собери центурионов, пусть ознакомятся с картой и выделят людей на осмотр местности, как лучше нам будет подойти к оазису, особенно в ночное время, не привлекая к себе внимание врага.
— Слушаюсь, — склонил тот голову.
— Ты и твои люди им помогут, — обратился я к нубийцу.
— Повинуюсь мой царь, — ответил серьёзный Неси.
Отправив их по делам, я стал ждать возвращения Хопи. Он вернулся через полчаса, с широкой улыбкой на лице.
— Главы племён, которые приехали на переговоры, предложить свои условия нашей сдачи и весьма сильно оскорбились, что Его величество послал какого-то безродного человека, — доложил он, — я как и хотел мой царь, не стал сдерживаться, объяснив им их место по сравнению с моим царём.
— Избавь меня от подробностей, — отмахнулся я, — каких условий они желали?
— Чтобы мой царь отдал им всю казну и оружие воинов, — ответил Хопи, — на этих условиях они нас отпустят.
Я тупо посмотрел на него, Хопи кивнул, подтверждая, что это не шутка.
— Они считают меня идиотом? — удивился я, — как только мы сложим оружие, нас тут же всех убьют.
— Не знаю, на что они рассчитывали вначале мой царь, но после моей речи желания их поменялись, — хмыкнул он, — меня пообещали кастрировать, вырвать язык и разрубить на части.
— Жрецы показывались?
— Нет мой царь, с ними не было ни одного, — покачал он головой.
— Соблюдают политес, — иронично улыбнулся я, — оно и понятно. Им нужно, чтобы меня победили кочевники.
— Они сказали готовить войско, поскольку в полдень придут за нашими жизнями, — закончил Хопи
