епархию лезу? — понял начальник центра — так нужно было лучше службу организовывать, чтобы подобного в принципе не происходило. А раз обгадился, то терпи. И мой внимательный интерес, и детские вопросы, а то вдруг вы и здесь недоработали?»
— Так точно! — не моргнув глазом ответил Шпилевский и пояснил — После происшествий в учебных аудиториях контроль за курсантами был ужесточён, в том числе и путём увеличения количества патрулей. Именно так группа капитана Блокова оказалась на тренировочной площадке, где проходили занятия новобранцев.
— Утверждаю — кивнул генерал-майор, обдумав услышанное — Здесь вы себе бумажки подстелили, а вот что по поводу здания комендатуры? Не увидят ли члены прибывшей комиссии на его стенах нечто большее чем обычный пожар? К примеру, результаты действия заклинаний?
— Никак нет, ваше превосходительство — доложил ответственный офицер — Только следы пожара.
Некоторое время начальник центра смотрел на подполковника, а затем произнёс.
— Идите к зданию бывшей комендатуры и контролируйте работу подчинённых. Всё должно быть как положено!
После того как уже второе должностное лицо покинуло кабинет без последствий, оставшиеся незаметно для начальника центра выдохнули, полагая, что гроза миновала. Однако жёсткий тон командира быстро их в этом разубедил.
— Господа! Ну и что это за театр? На кой чёрт вы притянули их сюда⁈ Чтобы я что? Был удовлетворён вашей предусмотрительностью?
— Ваше превосходительство! — начал было Шпилевский, но генерал-майор его остановил.
— Хватит! Мне неинтересны оправдания, которые вы приготовили для комиссии корпуса! Как и другие малозначительные детали! Вновь что-то упустите, отправитесь следом за уволенным вчера куратором. Вам всё ясно?
— Так точно! — произнёс начальник собственной безопасности, и его руки сжались в кулаки.
— Тогда ответьте мне на вопрос! Что именно произошло в комендатуре? Какой ночной бой? Неужели это очередной провал операции по ослаблению безродных?
— Так точно, ваше превосходительство! — вместо главного безопасника ответил порученец генерала, за что удосужился от стоящего по соседству офицера не самого приятного взгляда — Позволю себе заметить, что это непросто очередной провал, а самый серьёзный провал за последний год.
— Барррон! Я попрошу вас… — едва ли не прорычал Шпилевский, но ощутив на себе тяжёлый взгляд хозяина кабинета, сумел сдержать рванувшее наружу раздражение — Не вводить его превосходительство в заблуждение! Имело место лишь…
— Что⁈ — резко перебил полковника порученец, которого напоминание о более низком титуле заставило опасно прищуриться — Неужели прямое предательство⁈ Или саботаж?
Взгляд начальника службы собственной безопасности потяжелел.
— Барон, я советую вам не сотрясать воздух в этом кабинете!
— Господа! — вклинился в разговор голос Залесский — Вы, случаем, не забыли где находитесь? Или вам напомнить⁈
Выслушав отрицательные ответы подчинённых, начальник центра обратился к порученцу.
— Полковник Егоров. Докладывайте. Чего я не знаю.
— Ваше превосходительство! В связи давлением, оказываемым кураторами учебных подразделений на безродных курсантов, а также с нарушением порядка задержания и ареста обучаемого, которое было зафиксировано на видеокамеру телефона, в имперский филиал корпуса и международную штаб-квартиру было направлено не менее пяти десятков рапортов с требованием разобраться в происходящем и обеспечить возможность обучения в центре подготовке в соответствии с подписанными контрактами. Информация проверена, непосредственно перед совещанием поступила мне от двух источников.
Шпилевский парировал.
— За вчерашний день комендатура задержала одного безродного и тридцать курсантов из аристократических семей! Всех за использование магии в неположенном месте или за спарринг с применением заклинаний! Так что проблемой ни видеозапись, ни рапорта не станут! Ко всем отношение одинаковое! К тому же офицера, нарушившего дисциплину и устроившему беспорядки, начальник центра своевременно уволил. Необходимые меры приняты, так что пусть попробуют нас упрекнуть!
— Только вот проблема в том, что таким образом мы не решаем возникшие вдруг проблемы, а лишь пытаемся скрыть собственные просчёты! — произнёс Егоров жёстким тоном и не дав Шпилевскому вставить слово, продолжил — отдел собственной безопасности, который негласно курирует снижение количества безродных и перевод их в тыловые подразделения, по инициативе лейтенанта Крапивина подготовил ряд мероприятий, направленных на работу против пятерых членов учебной одной из учебных групп. Однако не добившись успеха силами обучающихся бояр, офицер вызвал одного из безродных на спарринг, в котором потерял голову и использовал заклинания, повредив в том числе, материальную часть центра. Благо убить курсантов он не успел, и был остановлен раньше, пусть и ненамеренно.
Рогозин с некоторым недоумением слушал события вчерашнего происшествия, но молчал. Если порученец посчитал важным начать именно с этого, значит, так нужно. Да и Шпилевский вместо того, чтобы привычно огрызаться почему-то молчал и лишь сочащиеся ненавистью глаза говорили о том, как он относится к словам Егорова, который продолжал говорить.
— После неудачи уже и Крапивина в дело вмешался капитан Блоков имевший определённые инструкции от отдела собственной безопасности опасавшегося очередного сюрприза безродных, которыми недавно стали светошумовые гранаты. Поэтому после ареста курсанта Ладова в комендатуру, за каких-то два часа, поступило ровно тридцать человек благородного происхождения. Ночью планировалось отключение видеонаблюдения и открытие камер, чтобы наказать всего одного безродного. Результата вам известен.
— И что⁈ Неужели всё это из-за одного человека⁈ — не выдержал начальник штаба — Что за мистификации полковник?
— Никак нет — покачал головой офицер — Пока курсанта не достал некий барон Левенши, он, оказавшись неплохим рукопашником, успел избить семерых бояр. Однако стоило ему зашататься и электричество вдруг пропало. После этого никто из очевидцев ничего внятного мне так и не сказал. Почему они начали использовать заклинания? Кого атаковали? Не знаю. Мне определённо известно лишь одно — служба собственной безопасности бездарно спланировала операцию, по результатам которой нами заинтересовались не только вышестоящие структуры, но и канцелярия его императорского величества. Сразу два серьёзных происшествия на территории центра за столь короткое время. Вкупе с предыдущими странностями история может окончиться скверно.
— А с безродным что? Мне о погибших не докладывали — отвлекая командира от невесёлых мыслей, спросил начальник штаба.
— Получил серьёзные ожоги рук и груди, а также надышался газом. Благо был вынесен из огня дежурной группой спасателей. Если бы не это, то ситуация
