ей наряде из жемчужного цвета шерсти. С высоко убранными волосами и в подвеске моей работы. Ивонн так и впился глазами в украшение. Мы объяснили ей ситуацию. Жанна разглядывала девушку:
— Мадмуазель Илона, пройдемте в мой кабинет — графиня была серьезной и собранной. И ошибок по набору персонала повторять больше не собиралась.
Мы ждали около часа, я держала паузу. Ивонн мне был нужен, ну просто очень, он знал местонахождение купцов, которые привозят из-за моря ювелирные каменья. Но и отпускать по вечерам домой я его просто не могла. Он слишком много мог знать и видеть у меня в мастерской, где-то, что то сболтнет по наивности. Пусть лучше будет на глазах.
Графиня вышла с девушкой, и мы все пошли к сеньоре Пломмии:
— С сегодняшнего дня мадмуазель Илона поступает в ваше распоряжение сеньора, с испытательным сроком в месяц. Определите ей комнату на женской половине, объясните девушке круг ее обязанностей, нужно по размеру завтра на рынке закупить для нее одежду. И накормите их завтраком, пожалуйста.
Мы с Ивонн переглянулись, я улыбнулась, и мы пошли к мужу сеньоры Пломмии. Я ему озвучила примерно то же самое. Только поселить попросила Ивонна на мужской стороне, выдать пока что есть из рабочей одежды, накормить и отправить ко мне в мастерскую.
На следующее утро с охраной в крытом экипаже я поехала к купцам. И таки нашла то, что мне было нужно. Бриллиантовая крошка, да она была в наличии, у одного купца. Я искала однородные бриллианты примерно миллиметров трех, хорошей чистоты, без желтизны. Мы с Ивонн выбирали наиболее крупные из всей крошки, что нам предоставили, и их набралось не мало, купец же удивлено махнул рукой, типа дешёвка. Так же увидела белый металл, похожий на серебро. Оказалось, что это платина и стоила она по цене серебра, как бросовый металл, забираю всё, и еще немного меди. А потом спросила за жемчуг.
И там пришлось повозиться, долго перебирая жемчужины, Ивонн очень помог мне в этом, глаз у него был намётанный. Работать мне с этим купцом понравилось. Договорились, что буду приезжать к каждому двадцатому числу, после очередных поставок. Спросил, что меня интересует, я ответила, что в следующий раз его сориентирую, а сейчас уже времени в обрез. И потом снова мы ехали через весь город обратно, и я видела в глазах юноши тот же блеск предвкушения, с которым встречалась в зеркале каждое утро, перед тем как идти в мастерские.
Над гарнитуром работали мы уже втроем и последний месяц не отрывались от работы. В итоге результатом были довольны все.
Жемчужное ожерелье из круглого жемчуга белого цвета, не крупного, но самого превосходного качества с подвеской из самого крупного сапфира в обрамлении бриллиантовой крошки было просто восхитительно, серьги с такими же сапфирами и бриллиантами вокруг, но с подвеской из маленькой жемчужины в форме капли смотрелись единым целым с ожерельем.
Все было выполнено из белого золота, хотя изначально планировалось в желтом цвете, но купленный мной небольшой слиток платины воодушевил на эксперименты. Обручальные перстни были практически одинаковы, только для сеньоры Адории перстень был более изящным и нежным.
И в последний момент мы решились на маленькую диадему со вставками из сапфиров из Индии, потрясающей чистоты и бриллиантовой крошки. Диадема должна была прижать и закрепить белую вуаль невесты к прическе.
Глава 25
И этот день настал. Всё было готово к торжественному венчанию: свадебный торт, и достойный банкетный стол, на котором в белизне накрахмаленных скатертей и салфеток выделялась богатая сервировка и цвели вазы со всевозможными фруктами и сладостями. Украшен белыми цветами наш внутренний двор, Зал для приёмов, отшиты великолепные наряды. Дом блистал чистотой и уютом. Большой Зал для приема ждал жениха и невесту, графиня Жанна готовила трогательное поздравительное слово. Виконт с кольцами отправился в церковь Сен — Сюльпис, с охраной, и гостями, для того чтобы всё подготовить для церемонии.
Мы же с утра искупали невесту, её ждали настоящие спа процедуры. Смущённая девушка была не готова к массажу и разным видам маскам красоты. Тем не менее, привели ручки и ножки в порядок, высушили волосы, сделали красивую причёску. Прекрасная сеньора Адория одела свой свадебный наряд, чулочки и перчатки, туфельки и накинула вуаль.
Лицо девушки в обрамлении иссиня — чёрных волос, с изогнутыми тонкой формы бровями, выразительными карими глазами было полно гармонии и внутреннего счастья. Она как будто светилась изнутри. На губах игривым ветерком блуждала волнительная улыбка. Рукава свадебного наряда обволакивали изящные руки. Хрупкий стан и тонкую талию подчёркивали пышные юбки. Всё было просто великолепно.
Ивонн торжественно улыбаясь, внес в гостиную стойку. На ней разместилась ювелирная коллекция, покрытая золотистой вуалью, настал торжественный момент. Мастера — ювелиры очень волновались, вы несомненно догадались про кого эта фраза. Но результат превзошёл все ожидания.
Гарнитур предстал перед зрителями, возглас восторга раздался в комнате, все придвинулись ближе, рассматривая украшения, лежащие на чёрном бархате. Будущая виконтесса была прекрасна в сапфирах и жемчуге, бриллианты подчёркивали совершенную красоту драгоценностей, играя в лучах солнца своими гранями.
Мы вышли через парадную дверь, прохожие останавливались и с восторгом смотрели на донну Адорию. В ее руках был маленький букетик, из розовых нежных цветочков, завернутый кулечком в кружево ручной работы. Наша охрана верхом на белых лошадях окружила экипаж. Мы с графиней помогли устроиться невесте, затем сами присоединились к ней и отправились в церковь.
В этом святом месте как всегда было много народу, и конечно донна Адория привлекала к себе много внимания. Медленно поднялись по лестницам, а затем вошли в храм, заиграл орган. Мы с графиней Жанной торжественно и плавно, одна за другой скользили по центральному входу. Слышался треск зажжённых свечей, встали возле дона Рикардо, скромно опустив головы, дабы не затмить своим ликом прекрасную сеньору. Все ждали главное действующее лицо — невесту. Она не шла, а просто плыла по главному входу с покрытой белой вуалью головой, медленно и торжественно, а церковь набивалась любопытными горожанами. Шёпот и восторженные вздохи звучали повсюду. Дон Рикардо не сводил глаз с любимой.
А затем была прекрасная торжественная служба, и было трогательное:
— Да.
И были надеты обручальные кольца, даны нерушимые клятвы перед святыми ликами.
И народ, что стоял в церкви ахнул, когда была поднята вуаль для поцелуя и невеста стояла прекрасная и гордая в свете свечей. А сапфиры сияли, в обрамлении бриллиантов, подчеркивая всё ее великолепие.
Дон Рикардо смотрел на возлюбленную, и я думаю, что до последнего не верил в свое счастье. И назвали их мужем и женой и призвали
