Отклоняю голову как можно дальше назад, чтобы избежать поцелуя. Извиваюсь. А он одной рукой теперь держит мои запястья, другой беззастенчиво лапает, задирает платье и, кажется, только удовольствие получает от происходящего.
— Пусти немедленно! — уже не ожидая от Максима какой-либо адекватности ору. — Тамада! Да кто-нибудь! Помогите!
— Давай уедем отсюда. Вместе, сейчас. Я знаю, ты все любишь меня, — бормочет Максим. Как завороженный, туманным взглядом смотрит на мои губы. — Знаешь, что я с тобой сделаю, как только останемся наедине?
Что именно он сделает, Максим не договорил, получив мощный удар в челюсть. Это не я сделала, хотя и примеривалась, чтобы лбом залепить. Это вернулся Демид. Ударил молча. Максим сразу отлетел, упал, схватился за лицо. Гости закричали, заохали, повскакивали.
На лице Демида играют желваки. Выражение глаз… страшное, словно он готов убивать. Громов делает шаг к жениху, но Максим живо начинает отползать. Хватаю Демида за руку.
— Стой, стой, не надо, — прошу я. Из глаз брызнули слезы, какое облегчение, что шеф здесь. Меня трясет. Больше боюсь за Демида. Еще полицию вызовут, или гости солидарные накинутся. Тут сейчас многим море по колено, а идеальный босс у меня только один. — Нечего об эту тварь руки марать. Пойдем отсюда.
Демид не сдвинулся с места, напряжен, сейчас как камень, я чувствую, что дико зол, и хочет еще кое-кому врезать, останавливают пока только мои мольбы. К нам как бы невзначай подходит фотограф. А к Максиму уже подтягиваются его друзья. Обстановка опасная.
— Вызывайте полицию! — громко рыкнул Максим, поднимаясь. — Пусть забирают этого.
Ах, ты гаденыш. Моего Идеала обидеть хочешь? Отпускаю Громова. Рванула к столу, к клатчу. На ходу попалась всклокоченная ведущая. Вырвала из ее рук микрофон.
— Подождите, — произношу я в отнятый у ведущей микрофон. Встаю рядом с шефом. — Мы уже собираемся уезжать. Поздравляем молодых со свадьбой и…
— Никуда ты не поедешь, — жестко произносит Максим и машет рукой друзьям, те начинают наступать на нас.
Быстро достаю из сумки перцовый баллончик и выставляю руку с ним вперед, словно держу не его, а заряженный пистолет.
— Еще один шаг к нам твоих дружбанов и я распылю баллончик. Хочешь закончить свою свадьбу так?
Судя по выражению лица Макса, ему абсолютно плевать на то, как закончится свадьба, но тут в зале появляются мои родители с тетей и Кристиной. Невесте быстро что-то сказала ее подружка, что была нашей с Демидом соседкой по столу. Крис среагировала молниеносно. С рыданием бросилась на шею Максиму.
— Максим, Максим, это правда? Ты что, обнимался с Марой? Ты меня не любишь? А как же наша малышка? Ай, больно! Живот!
Кристина закатывает глаза и начинает сползать по Максиму на пол, но сползает очень медленно и аккуратно. Молодец, предусмотрительная.
Макс подхватывает новобрачную. Лицо растерянное, мрачное. Между нами встает папа.
— Так вот, — говорю я в микрофон. — Максим, если у тебя какие-то претензии в к моему спутнику…
— Я подам на него заявление за избиение, — мстительно произносит Макс, прерывая меня.
— Ну давай, а я позвоню на твою работу и расскажу, как ты ради должности подставил своего коллегу. Как он был уволен из-за того, что наворовал и накосячил ты. Позвонить? Все доказательства у меня есть.
Ага, прикусил язык? Музыка больше не играет, гости перешептываются. Убираю баллончик. Тяну Демида за локоть, намекая, что нам пора уходить. Ах, да.
Достаю конверт и кидаю под ноги молодоженам.
— Еще раз поздравляю с бракосочетанием. Живите вместе долго и как угодно, главное, других не трогайте. В конверте подарок. Сертификат на покупку вещей для дома в одном очень крупном торговом центре. Кристин, займись обустройством гнездышка, тогда, может, и Максим уже остепениться, — разворачиваюсь, чтобы уходить, делаю шаг к выходу, но затем останавливаюсь и оборачиваюсь. Кидаю холодно, А, да, магазин торгует очень хорошими и только фирменными вещами, правда подержанными. Бывшими в употреблении. Но тебе ведь не привыкать, да?
Все. Спокойно и неспешно уходим вместе с Громовым. Нас провожает отец. В зале полная тишина, если не считать щелканья от вспышек камеры фотографа.
На улице, неподалеку от входа, уже ждет знакомая и не столь приметная машина шефа. Артем приветственно машет нам рукой. к папе.
— А где Инна с мужем? Неужели согласились уехать?
— Да, я сказал, чтобы ноги их тут больше не было, иначе полицию вызову, поругал за то что скандал на чужой свадьбе вздумали устраивать.
— Меня, может, тоже за что ругать собираешься?
— Да ну что ты, Марьяш, — папа тяжело вздыхает. — Извини, что так уж все вышло. Звони мне хоть иногда, не пропадай. Тебе деньги нужны? Полина, конечно, ужасно поступила. Хотела так тебя удержать. Думала, что без денег быстрее вернешься. Но… если у тебя все в порядке, лучше не возвращайся. Ну их. Я и сам подумываю куда-нибудь съехать из этого дурдома. Но внучку будущую жалко, да и некуда особо.
— У меня все хорошо, деньги не нужны, — говорю я, прикусывая губу. Папа никуда не уедет. Только говорит так иногда при любом конфликте с мамой, почти столько, сколько я себя помню.
Демид за руку попрощался с моим отцом. В целом, расстались на позитивной ноте. Папа нотаций не читал, ничего больше не спрашивал, наоборот, сказал, что все правильно сделала, и вообще красавица, а Максим дурачок, но от него уже никуда не деться — все-таки папа Кристининой дочки.
Сажусь в салон. Дверь порывался открыть Артем, но его оттеснил Демид. Сам шеф предпочел сесть вместе со мной сзади.
В крови все еще кипит адреналин. Настроение боевое, но воевать больше не с кем.
— А где та машина, на которой мы приехали? — уточняю у Демида.
— Я ее уже на стоянку отогнал, затем сюда вернулся, — за босса весело отвечает Артем.
Замечаю, что на переднем сиденье рядом с водителем стоит большая белая коробка.
— А там что? — тихо спрашиваю у Демида и киваю на коробку.
— Торт, — невозмутимо отвечает начальник.
— Какой торт?
— Который мы украли со свадьбы.
