в себе. Может, ревновать не станет, пожалеет бедняжку. В наложницы она ко мне захотела! Только этого еще не хватает! И зачем только одобрили именно её кандидатуру? Из-за внешних данных? Лучше бы по характеру выбирали. Надо будет потом навести об Инге справки, жаль, сразу не догадался перекинуться с начальником парой слов.
В коридоре блаженная тишина южной ночи, окна распахнуты, веет холодом. Днем у нас жарко, а ночью то и дело хочется накинуть на себя плед. Не напрасно в моих покоях мерцает огонь в камине, с ним намного уютнее. Я переступил босыми ногами по каменному полу, зябко поёжился, даже собрался снова застегнуть рубашку. Слуг, как назло, на глаза не попалось. Где, хотел бы я знать, Элиос разместил Лейлу? Замок постепенно превращается в подобие борделя. Одна – опороченная невеста, вторая – просто редкая стерва. Еще пара таких девиц в моем замке, и я сам полезу на стены.
Гулкое эхо донеслось со двора. Чей-то кулак или магический выплеск опустился на мои ворота. Неужели стражи заранее не увидели чудаков? Не предупредили меня? Вдруг, это король пришел по наши души. Он мог подкрасться к моему логову незаметно. Не себя наплевать, главное, спрятать Эрику, и будь как будет. Прорвусь! А если нет, то и ладно. Только бы она выжила. Она и мои дети.
- Элиос! - выкрикнул я и рванул в покои за мечом. Ножны, пояс потуже затянуть. Ну? Где отверстие в ремне? Счет идет уже на секунды. Щит бы взять. Впрочем, чем он поможет против дракона?
- Хозяин, к вам гости, - бесшумно возник на пороге эльф.
- Спрячь Эрику. Если что-то случится, береги ее и двоих малышей, которые живут в поместье моей матери. За них ты отвечаешь жизнью.
- Господин, там всего горстка эльфов. Прикажете их изловить?
- Кого? Эльфов? Пусть ждут. Я выйду на стену башни.
- Они пришли спросить вас о Лейле. Дело срочное.
Глава 24
Лейле выделили удобную спальню. Перед сном служанки наполнили для нее кадку теплой водой, помогли умыться, привести в порядок длинные чёрные волосы. Еще совсем не большой, но округлый живот выделяется под нижней сорочкой. Скорей всего, у нее будет сын. Я немного завидую, вдруг у меня больше не получится забеременеть? Всякое бывает, а так хочется вновь почувствовать движения крошечных ручек и ножек в своем чреве. Насладиться новорожденным ребенком, своей главной победой, приложить махонькие губки к набухшей груди. Я соскучилась по ощущению материнства. Тому, самому первому, когда еще только привыкаешь к новому человечку. Сначала ощущаешь себя моллюском с драгоценной жемчужиной внутри, ужасно боишься её потерять. Потом, после долгого ожидания, берешь на руки плод своей любви, наслаждаешься его совершенством, ищешь подвох, ощупываешь ручки и ножки, головку в мягком пуху, не находишь и вдыхаешь, наконец, счастливо.
Я безумно скучаю по Софии и Мареку, истосковалась по ним, мечтаю обнять, прикоснуться губами к их светлым макушкам, объяснить, как так у нас всё с их отцом получилось. Но все же, мне очень хочется взять на руки еще одного малыша. Пусть бы наши с Адрианом ночи были плодотворны. Любовь приносит женщине страсть, а потом и величайшее счастье, если помогут боги.
Лейла прижимает ладонь к своему животу, будто хочет спрятать его от служанок, прикрывает глаза, немного качает головой. Ее губы в отчаянии шепчут
- Как же мне страшно.
Я почти ненавижу ее, за все то, что она с нами сделала, за то, что чуть не украла отца у моих детей, исковеркала наши судьбы. И все-таки понимаю её сейчас как никто другой. Мне и самой страшно за неё и будущего ребенка. Может, зря я отношусь к ней с такой добротой? Но иначе у меня не выходит.
- Выйдите вон, я сама помогу одеться госпоже Лейле, - служанки не хотят выходить, но перечить мне опасаются еще больше.
Адриан отдал приказ потакать всем моим прихотям, это греет мне душу. Девушки забирают кадку, кувшины, пушистые полотенца и почти выбегают из комнаты. Их торопливые шаги и звон кувшинов постепенно стихают за дверью. Лейла тоже прислушивается, она бледна, по щеке скользят слезы, которые она спешит вытереть пухлым кулаком. Эти девичьи руки совсем не привыкли к работе, впрочем, как и сама магичка. Не представляю, как она дойдет темной ночью по тракту одна до таверны, как сможет выбрать надежную лошадь. Я была сильней и смелей тогда.
- Стражи окружают весь замок кольцом, у ворот стоят двое всю ночь напролет. Нет ни пяди земли вокруг, которая была бы им незаметна. Ты знала об этом?
- Знала, - киваю я ей охотно.
- Зачем тогда давала надежду? - её глаза мгновенно высохли, Лейла подобралась, будто дикий зверь, готовый наброситься. Ее взгляд прошелся по острой шпильке, которая лежит на столике, - Адриан тобой дорожит. Дракон любит единожды в жизни. И полюбил он, похоже, тебя. Он не допустит, чтобы ты погибла, - рука девушки потянулась к столу.
- Есть другой способ выбраться. Надежный.
- Какой? - почти закричала она, - Я хочу жить. Я хочу, чтоб родился в срок наш ребенок. Если даже сиятельный вернет меня родителям, этого не случится. Меня силой опоят зельем, после чего ребенка отторгнет мое чрево как грязь, я никогда не возьму на руки плод своей страсти. И саму меня навечно запрут в обители. Никогда больше я не смогу увидеть своих старших детей, никогда не увижу личика своего нерожденного малыша! Даже не буду знать, мальчик там или девочка!
- У меня есть способ увести тебя отсюда. Только ты должна принести клятву, что никому не расскажешь о том, кто я.
- Клянусь сохранить тайну твоей сути, - Лейла схватила со стола шпильку, впилась ею в свою ладонь. Кровь магички подернулась дымом, так и не проступив на руке бурыми каплями, - После чего девушка направила острие шпильки в сторону моей шеи. Лейла опытный, обученный маг, она легко может убить меня.
- Я - метаморф, - спокойно произнесла я. Лейла расхохоталась.
- Лжёшь! - громко выкрикнула она. За дверью раздался топот стражей. Услышали крик, идут нас разнимать. Я спешно принялась читать бабушкин заговор. Шпилька скукожилась в руке у магички, приобрела форму маленького цветка, без острия, только камень остался в ее вершинке, его я не стала трогать.
- Видишь? - хмыкнула я.
- Ты – метаморф! - округлила глаза Лейла и испуганно
