Патриция, демангел протянул мне зажженную сигарету.
— От меня?.. — злиться расхотелось. По телу разлилось блаженное тепло, и я внезапно понял, что мир — даже такой тусклый, как Лимб — совсем неплохое местечко.
— Ты же сам рассказал, что башня принадлежала Лилит. А мы с ней — да-а-а-авние знакомые, — то, каким тоном он это сказал…
— Вы с ней что, тоже?.. — я пошевелил в воздухе пальцами.
Денница покосился на меня, а потом фыркнул. Не выдержал, и расхохотался в голос.
— Тише ты, — я покосился на Патрицию. — Разбудишь.
Почему-то мне казалось очень важным посидеть с Денницей вот так, вдвоём, передавая друг другу бутылку и пуская дым.
— Эту? — демангел вытер набежавшие слёзы. — Не парься. Пока она спит — можно сбрасывать Ини на вражеские города. В качестве водородной бомбы.
— Значит, и с Лилит ты тоже успел, — я глубоко затянулся и медленно выпустил дым.
— А я тебе говорил, что мы похожи, — пожал плечами Денница. — Во всяком случае, вкусы у нас одинаковые. Образ жизни, одежда. Женщины.
Я покачал головой.
— Не знаю, Дэн. Мне как-то не нравится облапошивать всех и вся.
Демангел фыркнул, затем отхлебнул виски и протянул мне бутылку.
— Можно тебя спросить, Макс? Только обещай ответить честно.
— Валяй, — я тоже отхлебнул. Усталость и напряжение уходили в землю, как электричество из оборванного провода. Я уже чувствовал себя почти живым.
— Скажи пожалуйста: а чем ты сам занимался всё это время? Я имею в виду, с тех пор, как провалился в Сан-Инферно?
Я честно задумался.
— Ну… решал проблемы.
— Так, — благосклонно кивнул демангел.
— Помогал людям.
— Похвально.
— Очень много бегал…
— А когда дон Коломбо решил, что ты должен жениться на его дочке?..
— Ну я… — чтобы собраться с мыслями, я сделал ещё один могучий глоток, и затянулся. Медленно выпустил дым… — Ну я придумал способ этого избежать.
— Ага, — кивнул Денница. — Ясненько. И с Эросом Аполлоном ты сделки не заключал… И не выигрывал в результате стриптиз-клуб… Он тебе так всё подарил. За красивые глазки.
— Эй, чтобы получить "Чистилище", я пахал, как проклятый!
— Да ну? А все остальные, чтобы что-то получить, просто смотрят на Задницу и загадывают желание.
Я опрокинул бутылку в горло и не опускал, пока виски не кончился.
— Ой, извини, — помахав пустой тарой, я виновато пожал плечами. — Ты — мастер задавать неудобные вопросы. Вас что, этому специально учат? В какой-нибудь академии для демонов-дошколят?..
— Пустяки, — демангел потянулся к рюкзаку и вытащил ещё одну бутылку, точно такую же. — У меня ещё есть.
— Ну просто праздник какой-то.
Демангел бросил на меня косой взгляд.
— Макс, а ты в курсе, что у тебя довольно злой язык?
Я поперхнулся.
— У меня?.. Да я же — сама милота! Это ты у нас — великий и ужасный…
— Ну давай, договаривай. Как ты там меня называешь?
И тут я кое-что понял. Всегда это говорил: спиртное великолепно прочищает мозги. И чем крепче — тем лучше прочищает.
— Так ты из-за этого на меня взъелся? Услышал, как я называю тебя деман… ну в общем…
Денница молча глотнул виски. Его желтые, слегка раскосые глаза подёрнулись мягким налётом расслабленности, на губах блуждала лёгкая улыбка.
Я набрал воздуху в лёгкие и с шумом выдохнул.
— Слушай, прости меня. Нет, правда. Честно говоря, мне и в голову не могло прийти, что тебя это обижает. Ну в смысле… что ты об этом когда-нибудь узнаешь. Я не со зла.
— Ты себе не представляешь, Макс, СКОЛЬКО всего люди делают не со зла. Просто не представляешь.
Вдруг стало светлей. Небо, до этих пор обложенное плотной завесой грязного смога, вдруг очистилось и приобрело призрачно-сероватый оттенок. Сначала я решил, что это рассвет, но подняв голову убедился, что до утра ещё далеко.
На небо, как пьяный на четвёртый этаж, вползала бледная до синевы луна. Она была круглой, изрытой кратерами, и совсем не походила на милый аппетитный спутник, к которому я привык на Земле.
Это небесное тело было совсем другим. Более коварным, что-ли. Если так уместно говорить о ночном светиле…
— Понимаешь, — я сделал ещё одну попытку. — Термин демангел я придумал для того, чтобы совместить две твои ипостаси. Ну… — я бросил неуверенный взгляд на его макушку. — Ты же имеешь рога. И в то же время, носишь нимб. Я не представлял, что простая констатация факта может быть обидной.
— Ладно, проехали.
— Спасибо.
— А как же тогда мадам Люсинда?
Я вспомнил сморщенные поджатые губки, аккуратные, словно скрученные из алюминиевой проволоки, букольки вокруг мерзкой шляпки, острый, словно бы насильно вытянутый нос и… да. Кружевные перчатки без пальцев. Они, наверное, были хуже всего.
— М… А что с ней?
— ВОТ ЭТО, Макс! — Денница запустил в меня сигаретной пачкой. — ЧТО ты сейчас о ней подумал?
— ПОДУМАЛ?.. — голос дал петуха, и я покосился на Патрицию. Та сопела в две дырки. — Так ты всё-таки читаешь мысли?
— Скорее, угадываю, — поморщился дем… Денница. — С моим опытом это не так уж сложно. Итак?..
— Да не думал я ничего плохого! Я же не виноват, что она так выглядит. Ты только ВСПОМНИ этот её чопорный вид, благообразное платье и похотливые, будто раздевающие тебя глазки.
— Тут ты прав, она ужасна, — усмехнулся Денница. — Вся проблема в том, что она ЗНАЕТ, что ты о ней думаешь.
— О Господи.
— Да. Он тоже.
— Наверное, и Серпент… — я вспомнил, как с первой секунды, как только мы встретились, возненавидел меня главный городской маг.
— Ты в курсе, что его зовут Алоизий Гадес?
— Нет. А разве…
— Серпент — это прозвище. Обидное прозвище, обычно так его зовут за глаза.
— Но прозвище, — медленно сказал я. — Как правило отражает внутреннюю суть того, для кого предназначено. Вот я, например, Безумный Макс. И нисколько не обижаюсь, когда меня так называют. Потому что это — правда. Кукуха у меня давно отъехала.
— С чего ты взял?
— Я в другом измерении, сижу под мостом, весь облепленный грязью, как настоящий бомж, и бухаю с демоном и ангелом в одном флаконе. Да расскажи я эту историю любому психиатру, меня поместят в мягкую комнатку до конца жизни. И привяжут. Во избежание рецидива.
— Согласен, обычно люди предпочитают более прозаический образ жизни. Но пихать за это в психушку — перебор.
— А если я скажу, что при всем этом я — принц, и мне практически принадлежит самая богатая страна во Вселенной?
— Думаю, справка, а также антидепрессанты тебе будут обеспечены.
Я рассмеялся. Денница, глядя на меня, тоже.
И какое-то время мы посветили этому нехитрому занятию: хихикали, вроде бы успокаивались, затем смотрели
