его в куб, который поставил поодаль от Сюэ. Немного подумав, я его поместил в отдельную комнату, так, чтобы он не видел Сюэ. Подобный приём мне пригодится в будущем, когда буду вести допрос. Узнает, что здесь есть кто-то ещё, и сразу начнёт увиливать, а я так давно не пользовался своими способностями распознавать эмоции, что могу и ошибиться.
Присев на созданный стул, я снял перчатки и активировал дар «парализующего шипа». Процесс неприятный, но что поделаешь, шипы закончились, а количество пленников с невероятной силой растёт и оставлять их просто так, мне бы не очень хотелось.
Юй! — я подозвал к себе охотника, — Приказ тот же, — я выдал ему ещё два шипа, — Увидишь, что парень просыпается, воткни их ему в плечи.
— Слушаюсь, господин, — Юй поклонился мне.
Это хорошо, что он так ответил, значит, что-то для себя решил. Посмотрим, что будет дальше, может, и убивать не придётся. Но, пока, мне надо до конца разобраться с солдатами. Они не должны расползтись по окрестностям как тараканы, да и Хриплый с Давидом, наверняка, где-то поблизости. Было бы здорово, если бы они свалили к городу, но питать иллюзий раньше времени я не хотел. К тому же все их вещи остались здесь, и они наверняка захотят их как минимум забрать, а как максимум могут и реванша потребовать. В идеале надо бы всех деревенских вместе с солдатами отсюда увести, чтобы они под раздачу не попали.
А ведь точно, если отсюда всех увести, то Хриплому и смысла оставаться не будет. Заберут кое-какие вещи и свалят к городу сами. Думаю, на этом плане можно будет остановиться.
Я решил не откладывать план в долгий ящик, время уже работало против меня, так что надо поторапливаться. Я отправился в глубину тоннеля и становившись примерно по середине, начал его расширять. Я примерно представлял, сколько народу находилось на главной площади и если сюда добавить солдат, то получится приличных размеров камера.
Камера… Я хмыкнул. А ведь я и правда делал для них что-то вроде временной тюрьмы. Единственное, что меня оправдывало, так это то, что вариантов развития дальнейших событий только два. Первый, я держу их в заложниках, пока не разберусь с заданием, и второй, мне придётся всех убить. Брать лишнюю кровь на свои руки я не собирался, так что пусть готовятся. И вообще, с какой стати я должен копать?
Туннель уже был прорыт до стены, так что мне не составила труда добраться до ближайшего переулка в деревне и там устроить выход. Выбравшись на поверхность, я направился в главной площади, где бурлила жизнь.
Перепуганные деревенские всё ещё держались обособленно от солдат, которые пытались им помочь по моему приказу. Вот только эту помощь они воспринимали с крайней осторожностью. Староста тоже был здесь. К нему я и направился.
— Старик! — я поманил его рукой, — Разговор есть.
Также я подозвал к себе и парня, которого назначил старшим.
— Слушайте сюда, — начал я, — Ситуация следующая, мы столкнулись с крайне сильным противником. Который может с лёгкостью всех вас уничтожить.
— Что же это такое твориться, — старик стиснул кулаки, — Как же нам быть?
— Всё очень просто, — я приподнял указательный палец в перчатке вверх, получилось не очень, ведь на нём ещё и коготь был, — Сейчас собираете все свои пожитки и отправляетесь вон тоннель, что находиться вот в том тупике, — я указал тем же пальцем на два дома, между которыми имелся проход.
— Тоннель? — старик удивился, но там же никогда не было…
— Теперь есть, — я перебил его, — А ты, — я обратился к парню, — Ты берёшь сейчас магов с земляной стихией и идёшь со мной делать в нём убежище, всё понятно?
— Слушаюсь, господин, — синхронно ответили они и поклонившись, побежали выполнять мою волю.
С этим разобрались. Что дальше? А дальше я решил расставить своих марионеток вокруг деревни. Да, их всего шесть, и они уже начали серьёзно вонять, но пусть будут. Меня в первую очередь интересовала дорога и возможные дезертиры. Правда, со вторыми я буду разбираться чуть позже, ближе к ночи, заодно и Хриплого попробую найти.
Дальше у нас началась стройка века. Добравшись «радаром» до пленников, так, чтобы я мог их отчётливо видеть, сразу же перекрыл тоннель, образовав здесь тупик. Теперь я смогу и за пленниками следить, и в случае чего добраться до них за несколько минут. Солдаты тем временем стали копать и трамбовать землю, расширяя тоннель. Лихо начали, не экономя энергии, в какой-то момент даже пришлось вскрывать запасы.
Оказалось, что у отряда имелись в распоряжении самоходные телеги, которые подпитывались от энергетических кристаллов. Я, когда их увидел, даже присвистнуть хотел. У нас в Российской Империи подобного транспорта не имелось. Были кареты, запряжённые лошадьми, это да, но, чтобы деревянные телеги, которыми даже управлять почти не требовалось, это нонсенс. Надо будет взять на вооружение.
Как пояснил мне заведующий тылом, запасов этих хватит на недели две или три. Вот и отлично, думаю, этого времени мне хватит с лихвой. Я нахмурился, какие, к чёрту, две-три недели? У меня нет столько времени! Одна нога там, другая на точку эвакуации и срочно в Красноярск! Срочно!
(Новосибирск, Центральный Зоопарк, Первый Исследовательский Центр под покровительством Его Величества)
Преображенский ворвался в зал с множеством застеклённых камер, за которыми сидело множество разнообразных тварей. От самых примитивных, в виде слизняков, до достаточно опасных, похожих на машины смерти, у которых все части тела отвечали только за то, как уничтожить своего противника.
— Кисса у себя? — он подбежал к сотруднику, который сидел в середине этого зала за большим офисным столом.
— Нет, она рыбу ловит в водном павильоне. Такими темпами, скоро всю выловит, — усмехнулся мужчина средних лет, развалившийся на кресле.
— Так дай задание, чтобы ещё привезли! — гаркнул на него Преображенский, — Для моей Киссоньки только всё самое лучшее!
— Геннадий Николаевич, что-то стряслось? На вас лица нет, — сотрудник перестал усмехаться и сел ровно.
— Саша, срочно, поднимай всех, к нам привезли «Сумеречного Охотника», — объявил новость руководитель с радостным и даже слегка безумным выражением лица.
— Серьёзно? — Александр тяжело вздохнул и закатил глаза, — Не было печали!
— Не преувеличивай, — отмахнулся от него Преображенский, — Ты и сам знаешь, что это значит!
— Самец?
