отразились в японском фольклоре — в песнях и сказках.
Ценнейшие материалы по предновогодним и новогодним обычаям и обрядам, характерным для различных исторических эпох, содержатся в классических произведениях японской литературы, начиная с сочинений Ки-но Цураюки (X в.), Сэй-Сёнагон, Мурасаки Сикибу и включая произведения современных японских писателей, таких, например, как Токутоми Рока (1868–1927) и Кавабата Ясунари[503].
Свидетельства, которые мы находим в произведениях классической японской литературы, помогают воссоздать историю развития новогоднего праздника, понять его истоки и особенности. Так, об обычаях и обрядах Нового года в хэйанскую эпоху (IX–XII вв.) мы узнаем из таких сочинений, как «Дневник путешествия из Тоса» («Тоса никки»), написанный в 935–936 гг. выдающимся японским поэтом Ки-но Цураюки[504], и дневник Сэй-Сёнагон «Записки у изголовья»[505].
Один из основоположников японской литературы, поэт и прозаик, составитель поэтической антологии «Собрание старых и новых песен» («Кокинсю», или «Кокинвакасю»), Ки-но Цураюки принадлежал к знатному, аристократическому роду. Ряд лет он был губернатором отдаленной провинции Тоса (о-в Сикоку). Возвращаясь из Тоса в Киото, Ки-но Цураюки вел лирический дневник. Путешествие продолжалось с 21-го числа 12-го месяца 935 г. по 6-е число 2-го месяца 936 г. Для нашей темы особенно важно, что дневник охватывает период новогодних праздников. И хотя автор и его спутники встретили Новый год, совершая морское путешествие, а может быть, именно благодаря этому обстоятельству, они очень часто вспоминали о том, как обычно проходил этот праздник в столице, обращали внимание на обычаи других районов страны. В дневнике появились записи об обычае украшения домов на Новый год ветками вечнозеленых растений, воспоминания о ритуальной еде первого дня Нового года, о праздновании 7-го дня и 1-го дня мыши, о еде 15-го дня. Многие из этих свидетельств — самые ранние в источниках упоминания о тех или иных новогодних обычаях.
Лирический образ четырех времен года и календарных праздников эпохи Хэйан воссоздала Сэй-Сёнагон. Примечательно, что первые строки ее дневника «Записки у изголовья» посвящены временам года. Поэтично ее восприятие природы. Красоты каждого времени года: «Весною — рассвет. Летом — ночь… Осенью — сумерки… Зимой — раннее утро»[506] — великолепно переданы Сэй-Сёнагон и оказали огромное влияние на эстетику и литературу Японии. Третий дан «Записок», названный «Новогодние празднества», выражает присущее хэйанской эпохе понятие красоты, воспринимаемой через красоту природы и праздника. О многих торжествах и праздниках года пишет Сэй-Сёнагон. Часто упоминаются новогодние празднества и связанные с ними традиции. Белее 30 различных обычаев и обрядов новогоднего цикла, существовавших в X в., запечатлено в сочинении Сэй-Сёнагон.
Особенности празднования Нового года в период Камакура (1185–1333) отразились в поэзии Сайгё (1118–1190)[507] и в философских эссе «Записки от скуки» («Цурэдзурэгуса») Кэнко-хоси (1283–1350)[508].
Для изучения обычаев и обрядов предновогоднего и новогоднего циклов, характерных в XVII в. для горожан и представителей других сословий Японии периода Токугава (1603–1868), важнейшим источником являются новеллы Ихара Сайкаку (1642–1693)[509]. Ихара Сайкаку открыл новый этап в развитии японской литературы. Он вывел на страницы своих произведений рядовых горожан, сельских жителей, монахов и купцов со всеми их заботами, бедами, страстями. Уроженец Осаки, он много путешествовал по стране, собирал предания, легенды, описывал нравы и обычаи разных областей Японии, ставшие той канвой, на которой он ткал свои узоры. Нравы, обычаи и обряды Японии XVII в. ярко и выпукло встают со страниц произведений Ихара Сайкаку — своеобразной энциклопедии жизни тогдашнего японского общества.
Сказанное в полной мере относится и к календарным праздникам. В новеллах Ихара Сайкаку события нередко развертываются вокруг новогоднего праздника. Обычаи разных мест, торжества, заботы и беды должников, приготовление новогодних угощений, красочные картины предновогодних базаров, развлечения праздничных дней, другие традиции — все это передано Ихара Сайкаку удивительно жизненно, красочно и метко.
В японской классической литературе XIX–XX вв. обращение к обычаям и обрядам новогоднего праздника очень часто сопряжено с философско-эстетическими и гражданскими раздумьями писателей о судьбах традиционной японской культуры и ее своеобразии, о природе Японии. В этих размышлениях, выраженных в старинном жанре дневниковых записей, новогодний праздник представляется уже как символ традиционной японской культуры, как выражение национальной специфики и самосознания (см., например[510]).
Среди огромного множества произведений литературы на русском и западноевропейских языках, написанных людьми, посещавшими Японию в XIX–XX вв., для данной темы наибольший интерес представляют сочинения, в которых имеются свидетельства о праздновании японцами Нового года. Здесь, наверное, необходимо упомянуть сочинение французского дипломата Эме Гюмбера «Живописная Япония»[511]. В 60-х годах XIX в. Гюмбер, будучи посланником, несколько лет провел в Японии. О своих впечатлениях он рассказывал на страницах парижских журналов. По мере публикации очерков они появлялись и в русском переводе. В 1870 г. полный перевод книги был опубликован в Петербурге. Находясь в Японии, Гюмбер имел счастливую возможность наблюдать встречу нового, 1864 г. в Эдо. Этому событию он посвятил две главы своей книги[512]. Кроме того, свидетельства о новогоднем празднике, а также о других календарных обычаях и обрядах, играх и развлечениях японцев в изобилии содержатся в других главах этого интересного сочинения.
Ценным источником для изучения новогоднего праздника японцев в конце XIX — начале XX в. является книга русского дипломата Григория де Воллана «В стране Восходящего солнца. Очерки и заметки о Японии»[513]. В 90-х годах XIX в. по долгу службы Григорий де Воллан шесть лет прожил в Японии. Его впечатления о стране, ее культуре, нравах и обычаях публиковались сначала на страницах русских журналов в 1893–1897 гг., а в 1903 г. вышли отдельной книгой.
Календарные праздники японцев привлекали внимание и советских ученых, журналистов, дипломатов, в разные годы работавших в Японии. Богатый материал об истории многих новогодних обычаев и обрядов обобщен в книге советского писателя и дипломата Н.Т. Федоренко «Японские записки»[514]. Книга начинается с описания встречи Нового года в доме японских друзей автора. Беседы о традициях, обычаях и обрядах новогоднего праздника и их судьбах в наши дни дали настрой всему содержанию книги.
Вторая группа источников — музейные коллекции. Интересные материалы, связанные с новогодним праздником, хранятся в Музее антропологии и этнографии имени Петра Великого (МАЭ) в Ленинграде и в Государственном музее искусства народов Востока (ГМИНВ) в Москве. Однако особенно ценным было знакомство с коллекциями музеев Японии, и, прежде всего, с материалами Японского государственного этнографического музея (ЯГЭМ) (Нихон кокурицу миндзокугаку хакубуцукан, сокращенно — Миннаку) в Осаке[515].
В экспозиции Миннаку новогоднему празднику отведено значительное место. Здесь богато представлены разнообразные виды новогодних украшений, имеющие свои особенности в каждой префектуре страны: симэнава, мотибана, убранства для новогоднего алтаря (о-сёгацу-тана, тосигами-но дза). Наборы миниатюрных
