сельскохозяйственных орудий (непременная деталь новогоднего праздника), различные маски чудовищ, используемые во время новогоднего праздника в префектуре Акита (северная часть о-ва Хонсю) и на юге о-ва Кюсю (в Кагосима и других районах), украшения для лодок с гигантскими веерами, коллекции «священных кукол» (
о-сирасама) — все эти и многие другие многочисленные экспонаты дополняются картами, красочными фотографиями. В видеотеке музея представлены этнографические фильмы, посвященные предновогодним и новогодним обычаям и обрядам в префектурах Акита (порядковый номер фильма в каталоге видеотеки — 10345), Иватэ (№ 10405), Аомори (№ 10064, 10344), Аити (№ 10404), Идзумо (№ 10567), в Нара (№ 10565).
Третью группу источников составляют иконографические материалы. Пожалуй, одним из самых ранних памятников такого рода является настенная живопись гробницы Такамацу (VIII в.), открытой японскими археологами в 1972 г.[516]. По мнению японских ученых, жанровые сцены, изображенные на стенах гробницы Такамацу, в которых участвуют молодые красивые женщины и молодые мужчины, облаченные в парадные, красочные одеяния (в расцветке тканей превалируют радостные тона — зеленый, желтый, красный), отражают церемонии, связанные с празднованием Нового года.
В XVII–XIX вв. обычаи и обряды новогоднего праздника привлекали внимание художников школы укиё-э. Наиболее известные гравюры, связанные с данной темой, представлены в 13-томном собрании «Большая энциклопедия гравюр укиё-э, воспроизведенных в цвете оригиналов» («Гэнсёку укиё-э дай хакка дзитан»). В томе 5 этого уникального издания, озаглавленном «Нравы и обычаи» («Фудзоку»), собраны гравюры, отражающие новогодний праздник[517]. Среди отобранных работ гравюры таких прославленных мастеров, как Харунобу (1725–1770), Киёнага (1752–1815), Утамаро (1753–1806), Тоёхиро (Тоёкуни) (1763–1828), Хиросигэ (1797–1858) и многие другие. Предновогодним и новогодним обычаям и обрядам посвящена 21 гравюра, в которых в общей сложности показано более 50 различных элементов этого важнейшего праздника года. Среди них такие, например, как предновогодняя уборка жилища (гравюра Утамаро), обряд разбрасывания бобов в канун праздника Начала весны (гравюра Харунобу) или запуск воздушных змеев в Эдо (гравюра Хиросигэ).
Большой интерес представляют гравюры художников XVII в. Ёсида Хамбэй и Макиэси Гэндзабуро, которые иллюстрировали новеллы Ихара Сайкаку. На их гравюрах можно видеть и кадомацу, украшавшие дома горожан, и сцены уборки жилищ перед Новым годом, и приготовление моти, и предновогодние базары и торги[518].
Новогодний праздник и связанные с ним обычаи и обряды привлекают внимание и современных японских художников. Так, во время пребывания в Японии (в 1980–1981 гг.) нам посчастливилось познакомиться с художником Имэй Футоси, живущим в г. Химэдзи, в творчестве которого народные праздники, в том числе и праздник Нового года, занимают важное место[519]. Выполненные в другой, более экспрессивной манере, гравюры Имэи Футоси также повествуют об обычае мальчиков запускать воздушного змея в первые дни Нового года, о традиции разбрасывания бобов в день Начала весны.
Четвертую группу источников составляют собственно этнографические наблюдения. Первым русским ученым, проводившим этнографические исследования в Японии, был Н.А. Невский. Для нашей темы особенно важны его записи и исследования песнословий норито, особенно изучение культа О-сирасама в деревнях северо-восточных провинций Хонсю в 20-х годах XX в.[520].
Материалы о календарных праздниках вообще и о Новом годе в частности собирались советскими этнографами во время научных командировок в Японию (С.А. Арутюнов, М.В. Крюков, Р.Ш. Джарылгасинова и др.), когда советские ученые побывали и на Хоккайдо, и на Хонсю, и на Кюсю, и на Сикоку[521].
Однако наиболее ценные материалы о традициях и обычаях новогоднего праздника были собраны во время научной командировки М.В. Крюкова и Р.Ш. Джарылгасиновой в Японию в ноябре 1980 — январе 1981 г., когда они работали в Японском государственном этнографическом музее в г. Осака. Во время этой командировки дирекция японского музея предоставила советским ученым возможность встречать Новый год в японской деревне[522].
Для изучения старинных новогодних обычаев и обрядов была выбрана деревня Цугэмура, расположенная высоко в горах, к югу от г. Нара (префектура Нара), на древней земле Ямато. Местные жители полагают, что многие святыни их деревни насчитывают более чем тысячелетнюю историю. Так, считается, что один из синтоистских храмов селения, храм Суйбун-дзиндзя, был основан еще в период Асука (VI–VIII вв.). Испокон веку живут здесь люди. В деревне, раскинувшейся отдельными кварталами среди рисовых полей и холмов, покрытых частными плантациями, сохранилось много старинных построек. Во многих семьях в течение нескольких поколений, живущих на родной земле, соблюдаются традиционные обычаи и обряды. Целью поездки советских ученых во главе с проф. Като Кюдзо в деревню Цугэмура было знакомство с Иманиси-сан, с членами его семьи и его родственниками. Иманиси-сан, один из старейших жителей деревни, родился здесь и прожил большую часть своей жизни в доме, который был построен его отцом еще в период Мэйдзи, более 70 лет назад. Старинные постройки его усадьбы с черепичными крышами расположились у самого подножия холма, покрытого густым многовековым лесом.
В доме Иманиси-сан советским ученым была предоставлена возможность ознакомиться с подготовкой к Новому году, с обычаями и обрядами первого дня Нового года.
Надо отметить, что работа в Японии (с 9 ноября 1980 по 8 января 1981 г.) была в высшей степени благоприятной для изучения предновогодней и новогодней обрядности японцев. Ценным было приглашение присутствовать на старинном празднике Он-мацури в храме Вакамия, находящемся на территории знаменитого храма Касуга-тайдзя (г. Нара) и входящем в его состав. Праздник Он-мацури, отмечаемый ныне 16–18 декабря, генетически связан с древними празднованиями периода зимнего солнцестояния. Была возможность наблюдать подготовку к Новому году в городах Токио, Киото, Осака, Нара, Химэдзи. В первый день Нового года можно было видеть, как совершается обряд хацумодэ, или хацумаири («первое паломничество»), — непременное посещение синтоистского храма: и в маленьком храме в деревне Цугэмура, где собралось всего несколько десятков односельчан, и в больших знаменитых храмах, таких, как Мивамёдзин, Исоноками-дзингу, а также в буддийских храмах Якуси-дзи и Тосюдай-дзи, которые посещают сотни тысяч человек.
Дневниковые записи этой поездки, а также фотографии и слайды содержат важные материалы и служат ценным источником для изучения традиционных обычаев и обрядов новогоднего праздника японцев.
Из истории изучения.
Изучение новогоднего праздника в советской и западноевропейской литературе неразрывно связано с описанием и общей характеристикой традиционной японской культуры, в том числе и календарной обрядности (например,[523]).
Работ, специально посвященных обычаям и обрядам Нового года, пока очень мало. Здесь надо упомянуть статью Ю.А. Касала, посвященную празднику Начала весны[524], и статью Г.Е. Светлова о Новом годе в Токио[525].
Японская литература о календарных праздниках вообще и о новогодних торжествах в частности богата и разнообразна.
В новейшее время одним из зачинателей изучения календарных праздников стал Янагида Кунио (1875–1962), которого считают основоположником японской этнографии. Ряд лет
