— Не будет вам чести вдевятером победить одного, — сказал он. — Остановитесь немедленно!
Один из них обернулся и сказал:
— Сэр рыцарь, какое вам дело до нашей ссоры? Ступайте своим путем. А этот человек не уйдет от нас.
— Жаль было бы, — ответил ему Тристрам, — если б столь храброго рыцаря убили трусы. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы его спасти.
Он спрыгнул с коня, чтобы сойтись с врагами в пешем бою. Обнажив меч, он набросился на них как буря, рубя направо и налево, и поверг наземь почти всех. Узрев его силу, девять рыцарей обратились в бегство. Тристрам преследовал их, но они укрылись в замке и заперли большие ворота. Тогда Тристрам вернулся к Паломиду и нашел его сидящим под деревом.
— Ах, добрый рыцарь, — сказал он. — Рад, что вы остались живы.
— Спасибо вам.
— Как ваше имя, сэр?
— Паломид.
— Я так и думал. Сегодня вас спас человек, который больше всех на свете вас ненавидит. Готовьтесь снова сражаться.
— Как же мне вас называть?
— Я ваш смертельный враг. Я — Тристрам.
— Это вы?
Тристрам кивнул.
— Вы сделали мне сегодня много добра. Я не хочу биться с вами. К тому же вы целы, а я ранен. Назначьте другой день. Назовите место. Я не премину явиться туда.
— Хорошо сказано. Прошу вас встретиться со мной на лугу у реки Камелот, там, где стоит Камень Мерлина. Через две недели от сегодняшнего дня. А сейчас я останусь с вами, пока мы не убедимся, что опасность миновала. Слишком уж много у вас врагов.
Они сели на коней и вместе продолжали путь. Вскоре рыцари подъехали к источнику с прозрачной прохладной водой.
— Остановимся здесь и утолим жажду, — предложил Тристрам. — Вода вернет нам силы.
Они спешились и напились воды, а потом увидели огромного коня, привязанного под деревом неподалеку от колодца. Путники подошли ближе и увидели под тем же деревом рыцаря — он спал, положив голову на шлем. Тристрам заметил, что подле него лежал щит, затянутый тканью.
— Этот рыцарь кажется на вид сильным, — промолвил Тристрам. — Почему его щит затянут тканью? Что будем делать?
— Разбудим его.
Тристрам ткнул в спящего рукоятью копья. Рыцарь подскочил и диким взглядом уставился на них. Он надел шлем, сел на коня и взял в руки большое копье. После этого, нимало не медля, он налетел на Тристрама и выбил его из седла. Затем он набросился на Паломида и вторым ударом сшиб на землю и его. Не промолвив ни слова, рыцарь развернулся и поскакал в лес.
Тристрам и Паломид не без труда поймали своих коней и стали советоваться друг с другом, как теперь поступить.
— Я собираюсь последовать за ним, — сказал Тристрам. — Он меня осрамил.
— Прекрасно, — сказал Паломид. — А я останусь здесь.
— Как пожелаете. Но помните, что через две недели мы встречаемся на лугу у Камелота.
— Я не забыл. Я буду ждать вас там, если вы сумеете приехать после того, как догоните этого храбреца.
Они поехали каждый своим путем. Спустя какое-то время Тристрам увидел даму, которая лежала на груди мертвого рыцаря и жалостно плакала.
— Госпожа, — спросил он, — кто убил вашего супруга?
— Навстречу нам выехал рыцарь, — сказала она ему, — и спросил моего мужа, при каком он состоит дворе. Услышав, что мы едем из Камелота, от короля Артура, он вызвал моего супруга на поединок. Он сказал, что ненавидит всех рыцарей короля Артура. Они сразились, и мой супруг пал от удара копья. Вот все, что я могу сказать. Дальнейшее — рыданье.[126]
— Мне очень жаль. Вам что-нибудь известно об этом рыцаре?
— Его щит был закрыт.
На том Тристрам расстался с дамой и поехал дальше через лес. Три дня он не находил места, где мог бы остановиться. На третий день Тристрам наткнулся на сторожку, где поправлялись от только что полученных ран сэр Гавейн и сэр Блеоберис. Он спросил их, что с ними стряслось.
— Мы повстречали рыцаря, — сказал ему Гавейн, — и он одолел нас обоих. Сперва он выбил из седла моего друга. Он слышал, как Блеоберис говорил, что для нас этот противник слишком силен, однако вообразил, будто мы смеемся над ним и издеваемся. И вот он накинулся на Блеобериса и, как вы сами видите, причинил ему немалый ущерб. Затем он принялся за меня и с первого же удара сбросил наземь. Он мог бы и убить нас, но ускакал в лес. В недобрый час мы повстречали его.
— Какой герб у него на щите? — спросил Тристрам.
— Он был закрыт тканью.
Тристрам понял, что речь идет о том рыцаре, за которым он гнался.
— То же самое случилось и со мной, — признался он. — Этот рыцарь спешил всех нас.
— Не гонитесь за ним, — посоветовал ему сэр Гавейн. — Оставьте его покуда — уверен, он явится на ближайший турнир Круглого стола. Не пропустит он такой случай.
— Клянусь Богом, — воскликнул сэр Тристрам, — я не могу так долго ждать, чтобы сквитаться с ним.
Сэр Гавейн спросил его имя.
— Я — Тристрам.
И он уехал. В тот же день он повстречал сэра Кэя и сэра Динадана.
— Приветствую вас, — сказал он. — Какие новости?
— Ничего хорошего, — ответил ему сэр Кэй.
— Поведайте мне. Я ищу некоего рыцаря. Наверное, вы сможете мне помочь.
— Что у него изображено на щите? — спросил сэр Кэй.
— Его герб закрыт.
— Это он! — вскричал Динадан. — Тот самый. Мы жили в домике вдовы поблизости отсюда, и он был среди нас. Когда он услышал, что мы состоим при дворе короля Артура, он обозвал нас трусами и подлецами. Он изрыгал брань на короля и на Гиневру. Конечно, мы вызвали его на бой. Я первым выехал против него, и он сбросил меня наземь. Кэй не пожелал меня защитить и бежал с поля, а тот рыцарь с закрытым щитом уехал.
— Я разыщу его! — сказал им Тристрам. — Обещаю вам.
Он поехал своим путем и в сопровождении своего оруженосца Гувернейла выехал из леса на широкую равнину. Проехав еще немного, Тристрам добрался до монастыря и там провел восемь дней, пока не восстановил силы.
Узнайте о Ланселоте Озерном
Настало время Тристраму отправляться в Камелот, чтобы встретиться с Паломидом. Он сел на коня и поехал к Камню Мерлина. То был камень, с которого отправлялось правосудие. На этом камне совершались жертвоприношения. Некогда Мерлин напророчил, что возле этого камня сойдутся в поединке двое лучших рыцарей, они же величайшие на свете влюбленные. И вышло так, что возле этого камня Тристрам ждал сэра Паломида, но тот не появился, а вместо него на поле выехал рыцарь с закрытым щитом. Он окликнул Тристрама:
— Вижу, что вы исполнили уговор со своим врагом. Но вместо него вам придется сразиться со мной. Готовьтесь.
