— Один Шесть, ты где сейчас?
— Я на бреющем, держу три один пять градусов. Чо у тя?
— Один Семь упал в зоне высадки — сказал Синор. — Видишь его дым?
Я вошел в правый разворот на бреющем и облетел зону высадки, где мы изначально посадили «Хьюи» АМСВ. На крайнем северо-западном краю небольшого участка открытой местности я увидел клубы дыма, вздымающиеся там, где Уиллис угробил свою птичку. Я не видел пламени, но нос птички зарылся в землю и хвостовая балка торчала почти прямо из слоновьей травы, глядя на мир, как огромный садовый дротик[22].
Когда я проходил мимо места крушения, я увидел Рода и Кена Штормера, его борттехника, выбравшихся из вертолета и деловито вытаскивавших свое снаряжение. Я посигналил им, что увидел их, зайду и подберу.
Я включил интерком и сказал Перкинсу о своем плане. Я уверен, он понял, что мы будем перегружены, с четырьмя людьми в маленьком «Вьюне», плюс вес минигана. Но он кивнул, зная как и я, что OH-6 это чудо-машина. Вертолет мог вытерпеть грубое нарушение правил, когда это было необходимо и все равно дать вам девять копеек на сдачу с вашего гривенника.
Итак, с Перкинсом и Уиллисом сзади и Кеном Штормером на левом переднем сиденье, я полетел прямо на ближайшую базу АРВН. Джим Брутон сможет перегнать запасной вертолет из Фу Лой.
Высадив Рона и Кена, я поспешил вернуться в район воронки, чтобы увидеть, как дела у Харриса. Четыре Шесть сказал мне, что если кому-то не удастся прорваться к нему в ближайшее время, ему придется планировать ночной прорыв.
Мы оба знали, что это будет последним средством. ВК в своем базовом лагере были хорошо знакомы с каждым дюймом земли. Знание местности давало им огромное преимущество в течении дня и это преимущество резко возрастало с наступлением темноты. Ночной отход был крайне рискован.
Через двадцать минут Уиллис и Штормер вернулись. Мы кружили около тридцати минут, прежде чем сделали еще один заход над территорией базового лагеря. Уиллис следовал за мной и я быстро прошел, держась над деревьями и разогнавшись до семидесяти узлов. Когда мы промчались над воронкой, Род вызвал меня.
— Эй, чувак, они там, наверное спят или пустые. Никто в меня не стрелял.
— В меня тоже — ответил я — Так что давай немного замедлимся, сделаем еще один проход и посмотрим, кто будет брыкаться.
На этот раз мы зашли с другого направления и сбросили скорость до сорока узлов. Мы были почти над воронкой Харриса, когда базовый лагерь ожил огнем, очевидно прибереженным, во время нашего предыдущего высокоскоростного захода.
Я не слышал и не чувствовал никаких попаданий по машине, но как раз в этот момент радио снова затрещало.
— Я под огнем… Я подбит. Я падаю!
Я оглянулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Один Семь проходит мимо моего хвоста, начинает дымить и снова направляется к зоне высадки.
Я не мог в это поверить. Уиллис снова сбит! Он прошел справа от моего хвоста и направился в зону высадки, почти на то же самое место!
— Ты в порядке, Род? — завопил я ему. — Вы сможете дотянуть? Сажайте ее и я прикрою вас с флангов своим миниганом, чтобы Чарли не зашли вам в спину. Не беспокойтесь.
Все, что я услышал в ответ было:
— Поторопись, чувак, эти парни знают дело. Падаем!
Я следовал за Уиллисом, пока он не оказался на земле. Он и Штормер выскочили из машины и начали вытаскивать свое снаряжение, пока я прошелся по обоим флангам, поливая огнем из минигана.
Пока я прочесывал район, я вышел по радио на командирскую машину, сказав, что мне снова нужна их помощь. Я попросил их зайти в зону высадки, подобрать Уиллиса и Штормера и, раз уж они будут там, забрать майора Мура и лейтенанта Аллена.
Связная машина заявила, что они будут прямо тут.
— ОК, Два Девять, — сказал я — Отвезите всех обратно в Фу Лой. И скажите Уиллису, что если он и Штормер не сильно пострадали, пусть залезут в другой «Вьюн» и возвращаются сюда, так быстро, как только смогут.
Когда Уиллис ушел, у нас все еще остался Один Три, Один Ноль, мы и четыре «Кобры» на сцене. Но никто из нас не мог придумать, как вытащить АМСВ из бардака, в котором они оказались. Было около четырех часов дня и у Четыре Шесть оставалось все меньше времени.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
После нескольких кругов, я снова связался с командирским вертолетом и майором Муром. К тому времени, они приближались к Фу Лой.
— Темная Лошадка Шесть, это Один Шесть. День закончится, майор, если мы не сможем помочь этим ребятам, пока еще есть свет. Если ли поблизости броня, которую Вы можете задействовать?
Шестой ответил:
— ОК, Один Шесть, висите там, оказывая помощь, которую можете дать. Поддержите Четыре Шесть, прикройте его как можно лучше. Я сейчас приведу броню.
Через несколько минут Шестой вернулся по рации.
— Хорошо, Один Шесть, у нас скоро будет броня. Они уже в пути и будут там прямо сейчас. Они идут по дороге от Дау Тянг и вы должны отправить кого-то, чтобы встретить и провести их к базовому лагерю.
Слушая сообщение Шестого, я оглянулся и увидел Уиллиса, теперь уже во «Вьюне» номер три, отжигающего среди деревьев с очевидной безрассудностью. После сегодняшнего дня Уиллис действительно будет известен как «вражеский ас». Я передал ему по рации:
— Один Семь, мне нужно, чтобы ты добрался до дороги на Дау Тянг и подобрал колонну бронетехники. Они уже близко, и им нужно, чтобы ты привел их в базовый лагерь. Убедитесь, что они знают в кого стрелять, когда они придут туда. Наши товарищи уже получили свою долю дерьма на сегодня.
Через несколько минут Роб вернулся с механизированной пехотной ротой и приданным им взводом танков М48А3, ведя их к южной части базового лагеря. Тем временем мы обозначили вражеские позиции красным дымом как можно точнее, чтобы танкисты знали, куда стрелять.
В ту же секунду, когда колонна бронетехники вошла в базовый лагерь, ад вырвался на свободу. Деблокирующая колонна попала под ужасающий огонь из бункеров. Уиллис и я были над воронкой АМСВ, пытаясь отметить позиции дружественных сил, когда вражеский огонь, казалось, слился в базовом лагере в один огромный пылающий шар. Повсюду летали пули. Я слышал, как они попадали в мою машину, когда я уводил «Вьюна» оттуда. Но не раньше, чем я услышал уже знакомый мне вызов по радио.
— Вот де-е-е-ермо-о-о-о! Я подбит… Я падаю!
— Черт возьми — заорал я — Опять Род!
Он упал. С дымом из хвоста.
Боб Дэвис вышел по радио, когда увидел третий OH-6, лежащий в зоне высадки.
— Почему бы тебе просто не оставить этого сукина сына внизу? У нас нет больше вертолетов, которые он мог бы разбить!
Я попытался взять на себя наведение танков в лагере, но не смог заставить рацию работать на FM. Итак, со сбитым Уиллисом и моим неработающим FM радиопередатчиком, я передал на UHF инструкции командирской машине, которая, в свою очередь, передала их танкистам внизу.
В считанные секунды броня начала сносить все к черту. Они буквально взорвали себе путь в базовый лагерь, для подхода к АМСВ в воронке. Двигаясь вперед, М48-е опускали ствол орудия и подводили дула к амбразурам бункеров, после чего нажимали на спуск. В результате картечные снаряды разносили верх бункера, разбрасывая повсюду обломки и полностью уничтожали все внутри.
Холокост продолжился, и я увидел, что фланговые и передовая группы Четыре Шесть, наконец, выходят из тех мест, где их прижали, и ползут по пластунски обратно в воронку к основной группе АМСВ.
Примерно через сорок минут яростной битвы базовый лагерь внезапно замолчал. Чарли, очевидно, дошли до своего предела. Танки прекратили огонь, и механизированная пехота двинулась вперед, зачистить район и посмотреть на попавшихся АМСВ.
Все еще кружа у них над головой, я наблюдал, как люди Харриса начинают вставать, двигаться и стряхивать обломки со своих тел. Несмотря на то, что они выглядели полностью измученными дневными переживаниями, они все еще могли улыбаться и хлопать друг друга по спине, благодарные, что их окружение наконец закончилось. После беглого осмотра развалин бункеров вьетконговцев, которые держали их в осаде большую часть дня, воздушные стрелки начали отходить обратно из базового лагеря и возвращаться к зоне высадки.
