– Значит, вы больше не будете этим заниматься, – согласился с Таней Макс. – Возможно, в вашем случае так оно и будет. У вас куда больше здравого смысла, чем у прочих тут, и у вас дома есть то, ради чего туда стоит вернуться. Для многих же все главное – здесь. А если кинобизнес захватил вас целиком, то дома становится нечего делать. Мы все заперты на безлюдном острове и не можем с него выбраться. У вас же хватило ума не разрушить ту жизнь, которой вы жили до сих пор. Вы – турист на этом острове, Таня. Мне лично не кажется, что кино когда-либо станет вашей жизнью.
– Надеюсь, что нет. Для меня эта жизнь слишком ненормальная.
– Такая она и есть.
Макс улыбнулся и принялся отдавать распоряжения. Съемки начались через полчаса, как только освещение было установлено и актеры готовы.
Длились они до полуночи, так что Таня звонила Питеру прямо со съемочной площадки, чтобы не беспокоить его среди ночи. Ей пришлось отойти в сторонку, чтобы поговорить с ним, и говорить шепотом. Питер сказал, что день у него прошел хорошо и у девочек все в порядке, а Таня рассказала ему, чем они сейчас занимаются. Когда Таня вернулась на место, оказалось, что у Джин опять проблема с ее текстом. Таня уже раз сто переписывала текст, но Джин он по-прежнему не устраивал.
Таня вернулась в гостиницу лишь к часу ночи. И лишь в два сумела заснуть. День был невыносимо длинным. На следующий день они встретились на съемочной площадке с Дугласом. Дуглас спросил, как прошел праздник, и Таня сказала, что все было хорошо. Сам Дуглас летал на три дня в Аспен, повидаться друзьями. Он приятно провел время.
Дуглас пригласил Таню на прием на вечер четверга – у них было на этот день запланировано короткое расписание, но Таня колебалась. Ей не хотелось никуда идти, ей хорошо было по вечерам в ее бунгало. Выход в свет вместе с Дугласом казался ей делом ответственным, но Дуглас не дал ей уйти от ответа.
– Вам это пойдет на пользу, Таня. Нельзя работать непрерывно. В жизни есть и другие вещи, кроме работы.
– В моей – нет, – с улыбкой отозвалась Таня.
– Значит, должны появиться. Вам понравится. Это предварительный показ нового фильма. Прием будет не парадный, зато там будут кое-какие интересные люди. Вы вернетесь домой не позже одиннадцати, уверяю вас.
В конце концов Таня сдалась.
Дуглас оказался прав, Таня не пожалела, что приняла приглашение. Она увидела нескольких самых ярких звезд Голливуда, двух известных режиссеров и конкурента-продюсера – когда-то он был одним из ближайших друзей Дугласа. К тому же и фильм был отличный. Кормили вкусно, присутствующие были милы, а Дуглас оказался превосходным спутником. Он познакомил Таню со всеми и следил, чтобы она не скучала. Когда он привез Таню обратно, она, решив отблагодарить Дугласа, пригласила его зайти и что-нибудь выпить. Дуглас выбрал шампанское, а Таня заварила себе чай и поблагодарила его за вечер.
– Вам нужно чаще выбираться на подобные мероприятия, Таня. Почаще встречаться с людьми.
– Не вижу смысла. Я закончу эту работу и вернусь домой, мне незачем обретать здесь связи и заводить дружбу с нужными людьми.
– Вы до сих пор уверены, что вернетесь домой? Похоже, Дуглас снова решил ее доставать.
– Да, уверена.
– Очень мало кто возвращается. Возможно, я ошибаюсь, вы из их числа. Уж не знаю почему, но у меня такое ощущение, что в конце концов вы вряд ли захотите возвращаться. Думаю, вы тоже это знаете. Оттого и сопротивляетесь с таким упорством. Возможно, вы сами этого боитесь.
– Нет, – решительно заявила Таня. – Я себя знаю. Она не стала говорить Дугласу, что едва не осталась дома после Дня благодарения.
– Неужто ваш брак и вправду настолько хорош? – спросил Дуглас, осмелев под воздействием шампанского.
– Думаю, да.
– Значит, вы – счастливая женщина, а ваш муж и вовсе редкий везунчик. Я не знаю ни одного подобного брака. Большинство браков расползаются, как желе. Особенно под влиянием разлук и расстояний и всех тех искушений, которыми изобилует Голливуд.
– Возможно, именно поэтому я и хочу поскорее вернуться домой. Я люблю мужа, и мне нравится жить жизнью семейного человека. Я не хочу разрушить наш брак из-за всей этой мишуры.
– О господи! – произнес Дуглас трагически. Но на этот раз он уже не выглядел тем дьяволом-искусителем, каким поначалу ей показался. За это время Таня успела узнать его, пусть и немного. Дугласу действительно была свойственна насмешливость и ирония. Ему нравилось изображать из себя циника. Но он был не настолько опасен, как хотел бы казаться. – Добродетельная женщина! В Библии говорится, что добродетельная женщина ценится дороже рубинов. И уж точно встречается гораздо реже. Я никогда еще не встречал добродетельных женщин, – сказал он, наливая себе еще шампанского.
– Она наверняка показалась бы вам ужасно скучной, – заметила Таня, и Дуглас рассмеялся.
– Боюсь, вы правы. Добродетельность никогда не была моей сильной стороной. Вряд ли я справился бы с подобным испытанием.
– Возможно, вы бы себя не узнали, если бы встретились с подходящей женщиной.
– Возможно, – уступил Дуглас, потом внимательно взглянул на Таню и поставил свой бокал. – Вы – добродетельная женщина, Таня. Я восхищаюсь этой вашей чертой, хоть мне и нелегко это признавать. Ваш муж действительно счастливец. Надеюсь, он об этом знает.
– Да, знает.
Таня улыбнулась. Это был комплимент со стороны Дугласа. Она понимала разницу. Добродетельные женщины не его стихия, Дуглас – игрок. Но теперь, познакомившись с Таней поближе, Дуглас стал уважать ее. Ему нравилось ее общество. Сегодня они оба замечательно провели вечер. У Тани больше не было ощущения, будто Дуглас давит на нее. С того самого дня, когда она отдыхала у его бассейна, а потом они поужинали вместе в ее бунгало, Тане казалось, что они с Дугласом стали друзьями.
Через несколько минут Дуглас поднялся, и Таня поблагодарила его за этот вечер.
– Не за что, дорогая. Хоть мне и не хочется этого признавать, но я думаю, вы на меня хорошо влияете. Вы мне напоминаете о том, что действительно важно: о доброте, честности, дружбе и тому подобных вещах, которые раньше казались мне жутко скучными. Но с вами, Таня, мне не бывает скучно. Напротив, вы оказались на высоте положения, и в вашем обществе мне было куда приятнее, чем со многими моими знакомыми.
Таня была польщена и тронута.
– Спасибо, Дуглас.
– Спокойной ночи, Таня.
Дуглас поцеловал ее в обе щеки и ушел.
Таня взяла телефон, чтобы позвонить Питеру. Было половина двенадцатого, но, к удивлению Тани, оказалось, что телефон Питера переключен на автоответчик. Тогда Таня позвонила на домашний телефон, и Молли сказала, что отец у Алисы. У нее лопнула какая-то труба в подвале, и он помогает чинить. Молли сказала, что подвал затопило, и Алисе нужна помощь. Таня не стала перезванивать Питеру и сказала Молли, чтобы он сам ей перезвонил, когда сможет. Она легла в постель, но не дождалась его звонка и уснула. Проснулась же она, когда уже рассвело, и позвонила Питеру сама. Девочки только-только ушли в школу, а Тане через двадцать минут нужно было убегать на съемочную площадку.
