— Неожиданно, — удивился Герман. — И к каким выводам пришла?
— У всех всё неправильно! Вообще у всех, даже у землян и у Содружества. Но Земля и Содружество меняются, развиваются, а мы с технофанатиками застыли на месте. Впрочем, я сомневаюсь, что у Землян и Содружества, в конце концов, всё будет правильно. И это грустно.
— Грустно, — покивал Герман.
— Что же делать? — Тиана серьёзно посмотрела на напарника. Как будто в самом деле ждала, что он даст ей рецепт, выполнив который любое общество придёт к миру, благоденствию, и вообще вступит в свой Золотой Век.
— Ну, во-первых, не задумываться о таких высоких материях, — ответил Герман. — Я думаю, решить эту загадку человечество, и, тем более, один человек, не в силах. Так что только настроение себе испортишь от чувства собственного бессилия. Но и руки опускать не нужно. Мы с тобой попытались сбежать, но ведь даже если бы не встретили кальмаров, всё равно рано или поздно вернулись бы к людям. Мы — стайные твари, с этим ничего не поделаешь. А развитие будет, ты даже не сомневайся. Вот сейчас с кальмарами воевать станем, киннары и технофанатики изменятся — чем не развитие. Особенно если сможем договориться. Или не сможем договориться, и тогда не станет больше киннаров и технофанатиков. Но останутся Земляне. Или другие какие-нибудь… ты ж не думаешь, что люди только на Земле живут оторванные от метрополии? Наверняка где их только нет ещё! Я верю, однажды кто-нибудь обязательно нащупает правильный путь, каким бы он ни был. А мы можем только помогать тем, кого считаем своими и надеяться на лучшее.
Они ещё долго разговаривали на философские темы. Герман честно признавался себе, что не понимает печали Тианы. Он-то давно привык к мысли, что люди — вид очень несовершенный, поэтому выжить этот вид может только чудом. Однако до почти неизбежной гибели человечества ещё очень далеко, так зачем заранее расстраиваться? Под конец разговора хандра, кажется, слегка отпустила Тиану.
По выходе из гиперпространства они обнаружили крейсер технофанатиков — разведчица оказалась права, бежать никто и не думал. Наоборот, как только ликсы появились в обычном пространстве, от крейсера отошла небольшая шлюпка и направилась к Кусто — так сильно адмиралу не терпелось пообщаться.
— Этот враг оказался гораздо серьёзнее, чем я представлял исходя из ваших рассказов и допроса пленных, — без обиняков начал технофанатик, но был тут же прерван Германом.
— Ты поэтому так странно себя вёл, Железный дровосек? Думал, стоит показать всю великую мощь научной и технической мысли твоего народа и всё, враг разбежится, теряя тапки?
— Я не совсем понимаю некоторые ваши выражения, но общий смысл понял. Я действительно слишком слабо оценил опасность. Особенно вначале боя — по статистике каждый выстрел одного из моих кораблей, достигших цели, надёжно и полностью выводил из строя вражеский корабль. Я был уверен, что потеряв определённый процент живых пилотов, враг отступит, не выдержав напряжения. Ведь в этом их основная уязвимость — они, как и биолюбы, почти не используют автопилотируемые системы! Однако я не учёл их количества. Достичь нужного процента в одном бою не представляется возможным.
— А ещё они религиозные фанатики, — добавил Герман, — А у них этот процент значительно выше. Ведь они верят, что после смерти непременно переродятся, и жить им будет ещё лучше прежнего.
— Эта информация требует дополнительного обдумывания, — после паузы сообщил адмирал. — Но не сейчас. Я принял личное решение. Предложение вашей ветви киннаров о сотрудничестве кажется мне своевременным и разумным. Свои выводы я доведу до тех, кто может принимать решения. Однако обещать, что они согласятся, я не могу. Скажите, вы планируете отправиться на территории моей родины со мной?
— Вообще собирались, — ответил Герман. — Если есть шанс, что нас там, в свою очередь, в плен не возьмут, и память всем не постирают.
— Такой шанс есть, — дипломатично ответил адмирал. — Но не слишком большой. Однако если вы прибудете лично, шанс положительного решения о сотрудничестве также возрастает. Я могу пообещать, что приложу максимум усилий, чтобы вас не посчитали пленными.
— Поехали тогда, — кивнул Герман. Они с Тианой и Лорином уже этот вопрос обговорили, и решение было принято, — Только сначала надо к Ирсу заехать, доложиться. Да и пленных опять забрать, я думаю, вашим не помешают живые свидетели.
Пленных кальмаров они с Тианой после допроса сдали назад по настоянию того же Ирса. Старый десантник был ужасно возмущён тем фактом, что хвалёные специалисты психологи, на чьём попечении кальмары были до этого, так и не смогли никого разговорить, в то время как «вездесущая парочка» справилась буквально за день. Вездесущей парочкой Ирс в последнее время стал называть Германа с Тианой.
Правитель киннаров в эту встречу выглядел ещё хуже, чем раньше. Герман даже сомневаться начал — правильно ли они сделали, что навязали ему руководство целой страной? Мужик прямо зашивается, как бы не помер раньше времени от таких нагрузок!
— Слушай, ты когда в последний раз спал? — спросил его Герман после приветствий.
— Эээ дня два назад, вроде. Или три… какая разница? Ты чего меня сбиваешь? Зато у нас хоть один приличный флот готов! Вот только использовать мы его не можем. Слишком опасно. Слушай, вы же всё равно к тенофанатикам улетаете? Оставь свой чокнутый генератор, а? Хоть какая-то защита. Тебе ведь даже верховного правителя нашего не нужно для этого оставлять, правильно?
— Правильно, он в броню встроен, — кивнул Герман. — Лады, готов поменяться. Я оставляю генератор, будем называть его генератор помех, а ты мне пленных. Мы их технофанатикам демонстрировать хотим.
— Да забирай, толку от них. Наши дебильные психологи их опять разбаловали. Да и рассказали они всё, что знали, всё равно непонятно, чего с ними делать.
— Отлично. Теперь вот ещё какой вопрос, — вспомнил Лежнев о своих мыслях во время боя. — Почему в системе, где тусуются планетоиды, до сих пор всё не засеено следящей аппаратурой⁈ То есть стоп, подожди.
Герману стало стыдно. Бедному Ирсу ни поспать, ни поесть некогда, а он тут этак покровительственно с него отчёта требует.
— Короче, я хотел сказать, что было бы неплохо вот это сделать. Засеять, в смысле. А то мы туда сунулись, а не знали, что они тоже целым планетоидом на разведку куда-то ходили. В общем, хорошо бы знать, что делает противник. Советую отправить подчинённых Лорина, потому что сам Лорин твёрдо собрался с нами к технофанатикам. Ему, кстати, тоже симбионта вырезали.
— Да, — кивнул Ирс, — их и отправлю. И ты прав, это надо было сделать давно, а я просто не вспомнил. И предложить больше было некому. Вообще меня уже которую неделю подмывает мысль заставить всех флотских и десантников симбионтов удалять. Понимаешь, вот как удалишь человеку симбионта, так у него какая-то инициатива появляется, желание что-то делать, идеи новые. А с симбионтом… нет, флотские ещё ничего, некоторые. Но всё равно тяжело.
— Про флотских — хорошая идея, — согласился Герман, — Но тебе бы с твоих помощников тоже симбионтов поснимать. А то ты прости, конечно, но создаётся впечатление, что ты скоро помрёшь от переутомления. Это не нормально, если у тебя достаточно грамотных помощников.
— Вот где ты такой умный раньше был? — скептически ответил Ирс. — Без тебя уже догадался, парень. Они сейчас все на реабилитации, учатся самостоятельно справляться с эмоциями. Поэтому мне так и паршиво. Кстати, насчёт кальмаров — в самом деле куда-то большими силами отрывались?
— Угу, — кивнул Герман.
— Интересно. Их засекали в пустых системах, и в одной шахтёрской, но там были именно разведчики. Небольшие силы. Любопытно было бы узнать, куда они летали.
Герман задумчиво покивал. Нужно будет спросить Кусто и Тиану, не заметили ли они, с какой стороны явились те кальмары. «Вот будет прикол, если здесь поблизости ещё какие-нибудь разумные окажутся. Или они к технофанатикам летали?» Тиана, пока он общался с Ирсом, ходила в архив, выяснять всё, что известно о передвижениях технофанатиков.
