Абернети бесцеремонно оборвал излияния старца. Он прорычал:
— Прошу тебя, колдун, избавь нас от своего красноречия! Нам уже до слез наскучило перечисление твоих страданий, больше мы не вынесем!
Советник, оскорбленный бестактностью придворного писца, набычился. Бен улыбнулся, несмотря на уныние.
— Надеюсь, что не войду в число этих королей-неудачников, которых вы только что описали, советник, — сказал он.
Колдун не сводил укоризненного взгляда с разгневанного Абернети.
— Увидим.
— Отлично. Тогда расскажите мне еще кое-что. Можем ли мы полагаться на слово, данное Каллендбором? Советник перевел взгляд на Бена:
— Что касается дракона — да. Он поклялся. Бен кивнул:
— Значит, мы должны найти способ избавиться от дракона.
Молчание затянулось. Бен чувствовал, как в темноте все смотрят друг на друга.
— Есть какие-нибудь предложения насчет того, как это лучше сделать? — поинтересовался он. Советник покачал головой:
— Такого еще никто не делал.
— Все когда-нибудь бывает в первый раз, — небрежно бросил Бен, тут же подумав о том, кого он пытается убедить. — Вы говорили, что избавиться от дракона можно только при помощи волшебства. Кто может помочь нам найти это средство? Советник задумался:
— Ночная Мгла, конечно. Она самая могущественная из тех, кто пришел сюда из мира фей. Но она так же опасна, как сам дракон. Я думаю, стоит попытать счастья с Владыкой Озерного края. Уж он-то хотя бы прежде был верен королям Заземелья.
— А он тоже порождение магии?
— Был, давным-давно. И он до сих пор хранит кое-какие знания магии. Как раз к нему я собирался предложить пойти после Зеленого Дола — даже если бы лорды принесли присягу.
Бен кивнул:
— Заметано. Завтра же отправимся к Владыке Озерного края. — Он потянулся, потом завернулся поплотнее в одеяло и, поколебавшись немного, произнес:
— Хочу поблагодарить вас всех за то, что вы рядом.
Послышалось довольное бормотание и возня — все закутывались в свои одеяла. Некоторое время ничего не было слышно, кроме шума дождя и тихого посвистывания ветра.
Потом Абернети заговорил:
— Ваше Величество, не покажется ли вам чересчур смелой моя просьба — давайте больше не останавливаться в хлевах? Мне кажется, что в этой соломе блохи. Бен расплылся в улыбке и провалился в сон. На рассвете дождь кончился и лучи солнца пробились сквозь густой туман и облака. Маленькая компания продолжала свой путь по долине Заземелья, повернув на сей раз на юг, к Владыке Озерного края. Весь день они двигались вперед: Бен, советник и Абернети верхом, кобольды пешком. Сапожок вновь побежал вперед, чтобы объявить об их приближении. К полудню они оставили позади последние поместья лордов Зеленого Дола и их просторные луга и пашни, а с наступлением сумерек оказались в холмах Озерного края.
Бен заметил, что вокруг все изменилось. Цвета стали ярче и отчетливее, словно здесь не так ощущалось угасание волшебства. Это был край озер и рек, извивающихся во впадинах между холмов, садов и рощ, разбросанных на пологих склонах, трав и папоротников, колышущихся на ветру, словно морские волны. Туманы здесь стали гуще, они скапливались в низинах, словно упавшие облака. Но зелень деревьев и трав, синева озер и рек были ярче, чем в Зеленом Доле, а розовые, лазурные и алые цветы не были такими поникшими, как повсюду на равнине. Даже Лазурные Друзья не были такими больными, хотя темные крапинки все же портили местами их красоту.
Бен спросил советника, почему.
— Владыка Озерного края и те, кто служит ему, ближе к древним истокам, чем другие. Они все еще владеют обрывками магических знаний. Волшебства, которым они владеют, хватает на то, чтобы сохранять чистыми свои земли и воды. — Советник огляделся вокруг и пожал плечами. — Волшебство здешнего Владыки еле-еле справляется с общим упадком магии в нашей земле. И здесь уже заметны признаки болезни и увядания. Владыка края и его соплеменники лучше всех сражаются за свою землю. Однако она тоже приходит в упадок, как и все остальные.
— И все это оттого, что в Заземелье нет короля? — Бен все еще не мог уловить связи между подобными вещами.
— Не было короля, Ваше Величество, — его не было двадцать лет.
— Полагаю, что тридцать два неудачника не в счет?
— Разве под силу им было справиться с таким упадком магии, какой вы видите? Бесполезно. Вы первый, кто чего-то стоит.
Может, да, может, нет, мрачно подумал Бен, вспомнив о поражении, которое потерпел в Зеленом Доле.
— Я и в самом деле не понимаю — неужели никто не знает, отчего все беды. Я хочу сказать, люди видели, как умирает их земля, и все потому, что они не могли продержаться вместе достаточно долго, чтобы дождаться короля!
— Я не думаю, что они именно так оценивают происходящее, Ваше Величество, — тихо сказал Абернети, подскакав ближе.
Бен оглянулся:
— О чем это вы?
— Он говорит о том, что связь между утратой короля и потерей заземельской магии — единственная, которую я могу отыскать, — перебил его советник, заметно раздосадованный замечанием писца. — Он хочет сказать, что никто не понимает этой проблемы так, как я.
Бен нахмурился:
— Ну а что, если они правы, а вы ошибаетесь? Лицо советника сморщилось.
— Тогда все, что мы с вами пытаемся делать, — всего лишь колоссальная потеря времени! Но может быть и так, что они не правы, а я не ошибаюсь! — Советник бросил взгляд на Абернети и отвернулся. — У меня было двадцать лет, чтобы все обдумать. Я наблюдал и изучал, я применял всю магию, какой владел, чтобы проверить свое предположение. Со всей уверенностью я заявляю, что Заземелью нужен король, чтобы выжить!
Он был так несокрушим в своем убеждении, что Бен промолчал.
Молчание нарушил Абернети.
— Если вы закончили оправдываться, советник, может быть, позволите и мне вставить слово и объяснить, почему я сказал, что другие понимают все иначе, чем мы. — Он посмотрел на советника поверх очков, колдун лишь выпрямился в седле, но не обернулся. — Что я на самом деле хотел сказать, так это то, что люди не согласны не столько с предположением, отчего пошли все несчастья, сколько с тем, как все это изменить. Большинству вполне понятно, что магия начала угасать после смерти старого короля. Но никто не согласен с тем, что коронация нового короля непременно решит проблему. Одни считают, что должны быть наложены строгие ограничения. Другие полагают, что следует искать иное решение. А третьи уверены, что решения вообще нельзя найти.
— Никакого решения? Кто так думает? — недоверчиво спросил Бен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
