— Да. — не жива не мертва ответила ему. — О каких показаниях идет речь, кто свидетельствовал, могу узнать?
— Можете. Основными свидетелями были Дарина Пирс, Максимильян Одервуд и Дик Агано. Остались вопросы офзита?
— Нет, благодарю.
— Что ж, приговор будет исполнен завтра в полдень. — Мужчина вздохнул и посмотрел на меня с жалостью, понизив голос он добавил. — У вашей подруге такой же приговор, она притворялась безликой. К сожалению, корпорация такого не прощает. Да помилуют Вас Боги. — в воздухе он нарисовал знак полумесяца дважды. Интересный жест. Зифас развернулся, а я встрепенулась.
— Что с зифасом Рено?
— С ним еще хуже. Впервые в истории корпорации приговорили зифаса к казни. Но он исчез в пустыне, может уже сгинул.
— Спасибо и пусть берегут вас и вашу семью Боги. — Повторила жест за ним, нарисовала в воздухе полумесяц. Зифас кивнул, грустно улыбнулся и ушел.
Одервуд, это всё он. Он разоблачил Рено моими руками, я подвела собственного отца к казни. Как я могла быть такой наивной, как? Он втерся ко мне в доверие, притворился офзи и убедил нас в этом. Да что он, вся его семейка обманула нас, обещали защиту и покровительство, а сами предали нас. Сдали корпорации. Слёзы душили меня, сдерживать не стала и разрыдалась. Сердце разрывалось на части от предательства. Ненавижу, ненавижу тебя Одервуд.
Когда уснула не знаю. Разбудил меня скрежет решетки. Еду что ли принесли? С трудом разлепила опухшие глаза. Передо мной стоял женский силуэт, сфокусировавшись, я узнала Камилу. Она стояла и сверлила меня злым взглядом.
— У вас три минуты зифасита. — проговорил страж, девушка кивнула.
— Ты. — прорычала она ткнув в меня пальцем. — После всего что я для тебя сделала, как ты могла так поступить? За моей спиной соблазнить моего же жениха. Как ты могла отвечай, убожество. — она вцепилась в мои плечи и начала трясти.
— Зифасита Интсли, это не я его соблазнила, это он меня использовал и не собирается на вас женится. Либо и об этом мне врал. — Выплюнула ей в лицо.
— Да как ты смеешь, тварь? — Щёку обожгла пощечина, я упала на колени.
— Мне уже нечего терять Камила, через три дня я буду брести безликой по пустыне. А ты останешься здесь такой же самовлюбленной дурой. Которая привыкла, что все её обожают и любят. — зло ответила ей. — Но я тебе открою секрет, зифасита. Никто тебя не любит. Подружки просто боятся впасть в немилость твоему роду, а Макс использует вас на пару с отцом.
Она наклонилась ко мне близко, близко, мы смотрели прямо друг другу в глаза. Секунда и выражение её лица сменилось со злого на печальное, рассматривая меня она что-то вложила мне в ладонь. Похоже на записку. Секунда злость снова на её безупречном лице.
— Это мы еще посмотрим. — распрямилась, резко развернулась на каблуках и покинула клетку.
Я подождала, когда все стихнет и раскрыла ладонь. Это действительно была записка несколько раз сложенная в квадратик, я аккуратно её развернула и начала читать:
«Тебе введут треть дозы зифы завтра, Дениз тоже. Неделю либо две будешь безликой. Придешь в себя в пустыне, не пугайся. Я уговорила отца поспособствовать в практике для первокурсников. Найду тебя, постарайся оставлять какие-то знаки, чтобы знала в каком направлении скакать. Мне ради тебя придется даже на верблюда сесть! Надо же было попасться. Ты моя должница! Записку уничтожь»
Я расплакалась, сердце защемило от надежды. И кто её мне принес? Заносчивая и самовлюбленная Камила. Кто она на самом деле? Превзойденная актриса, вот кто. Может это способ поиздеваться на до мной? Всё может быть, но душа моя уйдет в надежде вернуться. На моих губах скромно расцвела улыбка.
Подняла взгляд и столкнулась со фиолетовыми глазами молодого зифаса стража. Как я его не услышала? Испугаться не успела, как он тихо приказал:
— Съешь. — взглядом указал на записку. Послушно затолкала её в рот и легла на матрац. Некоторое время спустя тишину нарушил стук, я подпрыгнула, осмотрелась, никого. Потом заметила на полу возле решетки кружку. Подошла взяла, вода. Беззвучно поблагодарила темноту за решеткой. Записка по правде застряла в сухом горле. С жадностью осушила сосуд.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вернувшись к лежанке я задумалась. Как интересны выверты судьбы. Одервуды обещавшие опеку и заботу, предали. А заносчивая зифасита не отпускавшая меня банально в столовую и запрещавшая пользоваться своей уборной, пытается спасти. Даже этот мальчишка страж, легко мог меня сдать, отобрать записку. Они бы сразу поняли кто адресат и полетели бы головы. Но нет, он промолчал.
Конечно мир зифасов жесток и несправедлив. Но всё равно есть место чуду и состраданию.
Я уснула с улыбкой, чтобы новый день встретить с достоинством.
На утро мне принесли более-менее сносный завтрак. Не жижу, как обычно. Яичницу, жаренную, ой ещё и бекон с воздушной булкой. Мммм… вместо воды компот. Красота. Кушала я медленно, смакуя каждый кусочек. Еще не скоро мне придется есть такую вкуснятину. Если Камила не обманула, придется питаться змеями и ящерками в пустыне, а если обманула, то это последняя моя пища.
За мной пришли через пару часов по ощущениям. Три зифаса, среди них был тот, кто вынес мне приговор и тот, кто вчера меня не сдал. Приятно знать, что рядом добрые люди. И ведут меня на обезличивание только из-за необходимости приказа.
Мы долго шли, поднялись на два этажа и меня привели в огромный зал. Здесь стояли в ряд несколько огромных кожаных кресел белого цвета. Возле них столики, на которых лежали шприцы с темно-фиолетовой субстанцией, зифой. Многие кресла уже были заняты офзи. Как нас много, и всех обезличат? Дениз пока не видно. Меня провели к пустующему креслу, привязали ремнями и оставили.
Через несколько минут привели Дениз и тоже усадили, привязав к креслу. Потом еще двоих офзи. Один из зифасов вышел перед нами и проговорил:
— По разным правонарушениям вы все проговариваетесь к стиранию личности. Пусть это послужит уроком для остальных. — он махнул рукой и стражи направились к нам. Возле меня стал зифас, который вчера огласил приговор. Он взял шприц, наклонившись тихо сказал:
— Пусть тебя ждет лучший мир. — и ввёл шприц мне в вену. Зифа разнеслась по сосудам. Я чувствовала её, липкая и противная, с привкусом железа. Прочь из моего тела, прочь… Темнота заволокла сознание.
******
Жарко, как же жарко. Дышать невозможно, сам воздух пышет жаром. Как же хочется пить. Первые мысли ворвались в сознание обезличенной офзиты. И я впервые осознала действительность.
Я иду по пустыне. Голову налево, безликие офзи. Направо, тоже они. Впереди и сзади они. Нас толпа, безликих бесцельно бредущих по пустыне навстречу смерти. Я рухнула на колени и рассмеялась. Она не обманула!
Конец первой книги.
