— Достаточно. — В голосе Хаоса была слышна ненависть. — Твои слова бессмысленны.
— Только чудо способно разорвать эту бесконечную петлю… — глаза Сингулярности сверкнули, а на ее лице появилась хитрая ухмылка. — Я готова отказаться от всего… от этого тела, от человечности, от самой себя… все ради того, чтобы доказать тебе, что ты ошибаешься… а что насчет тебя, первозданный хаос? На что готов пойти ты?..
Прежде, чем Хаос смог ей ответить, тело Сингулярности растворилось в ничто, а на ее месте осталась лишь ее собственная фигура, переливающаяся черным и белым — цветами Сингулярности. С неба протянулся плотный луч, переливающейся все теми же цветами, и на месте Сингулярности появилась императрица, Авелина. Сингулярность с самого начала почувствовала, что она была где-то рядом, но не могла найти ее… именно поэтому, она приняла решение насильно призвать ее, ценой собственного тела.
Сингулярность и Авелина все еще были связаны, несмотря ни на что, и именно поэтому она отдала ей всю себя, не сказав ничего — весь магический потенциал Сингулярности растворился в Авелине, превращаясь в колоссальное количество магический энергии. Авелина и Сингулярность стали единым целым, и теперь императрица сама могла использовать магический круг, созданный ими же на протяжении этого долгого путешествия.
Авелина и Хаос взглянули друг на друга, после чего она достала меч бесконечности и вонзила его в скалу, тем самым создав последний маяк, необходимый для круга.
Хаос немедленно атаковал Авелину, пронзив ее грудь клинками своих когтей. Не сказать, что это было частью плана Авелины, ведь она сполна ощутила боль, пронзившую ее тело. Так же Авелина почувствовала, что магические силы покидают ее, ведь это было истиной целью Хаоса — он просто собирал достаточное количество магической энергии, чтобы погрузить мир в хаос, тем самым позволив ему переродиться.
— Твоя наивность погубила тебя, императрица… — загнав лезвия еще глубже, злорадствовал Хаос. — Такое представление… и ради чего? Все напрасно…
— Ничто не напрасно… — схватив первозданный хаос за руку, Авелина кашлянула кровью, прилившей к горлу. — Ни одна из наших жертв… не была напрасной.
— Тогда почему же ты умираешь в моих руках, императрица?..
— Все конечно, Хаос… — отпустив его руку, сказала Авелина. — Ты уже проиграл.
Он понял значение ее слов лишь тогда, когда почувствовал, что его грудь пробило лезвие меча, которым сражалась с ним Элеонора некоторое время ранее. Королева была сильно ранена, но не побеждена — воспользовавшись ситуацией, она подобралась к первозданному хаосу сзади, и вонзила в его физическую оболочку клинок смертных.
Клинок смертных создан, чтобы разрывать магические цепи существ и забирать магический потенциал его жертв, чтобы передать его своему владельцу. Таким образом, Элеонора не только отобрала у Хаоса силы, которые он забрал у Авелины, но она так же отобрала в принципе все, что у него было — всю магическую энергию, которую он скопил. Вся эта сила, все жизни, которые забрал Хаос… все они были в ее руках.
— Нет! — взревел Хаос, оттолкнув Элеонору назад. — Да как ты смеешь!..
Не теряя ни секунды, Элеонора перевернула меч и вонзила его в саму себя, упав на колени и свернувшись в клубок. Меч треснул и сломался прямо внутри ее тела, отдав всю его силу доспеху, что был надет на Элеоноре. Вся сила, хранившаяся в Хаосе и Элеоноре, оказалась в доспехе, послужившим в данном случае сосудом для хранения силы. Королева поставила на кон все, и отобрала силу первозданного хаоса своим мечом.
— Давай, Жнец! — крикнула Элеонора, закрывая рот от выливающейся крови. — Полагаюсь на тебя! — замахнувшись рукой, Элеонора разбила сферу на перчатке и выпустила силу Сингулярности Винтера наружу, передав ее тем самым Пожирателю.
Ровно в тот момент, когда Хаос пробил шею Элеоноры своими лезвиями, тем самым добив ее до конца, ее тело лишилось доспехов и из нее вылетел темный дух, пролетевший мимо первозданного хаоса. Хаос не был намерен упускать Пожирателя и в этот раз, поэтому он попытался немедленно остановить его, но прямо перед ним появился призрак мужчины, облаченного в темнейшую мантию, напоминающую Хаосу о мантии Аттилы, но они были совершенно из разных времен, так что это был точно не он.
Этому мужчине, на удивлению, удалось задержать механизм хаоса, что вызвало у него весьма сильное недоумение. Мужчина не выглядел кем-то особенным, и он не был кем-то из всех тех, кого Хаосу и Аттиле довелось повидать во время битвы со всей их группой. Именно поэтому, у первозданного хаоса оставался лишь один вопрос…
— А ты еще кто такой?! — недовольно крикнул он, столкнувшись с призраком.
— Мое имя тебе ни о чем не скажет… — вложив всю силу в удар, мужчина оттолкнул механизм хаоса назад, позволив Пожирателю безопасно пролететь мимо. — Меня зовут Эндрю, и я пришел, чтобы отомстить за Винтера и Элеонору.
Сфера, которую разбила Элеонора, некогда принадлежала Эндрю — именно от него Винтеру и досталась эта сфера, и именно в ней хранилась сила его Сингулярности. Разбив ее, Элеонора не только высвободила Сингулярность, но и в последний момент призвала Эндрю, ведь когда-то они с Винтером договорились, что обязательно призовут его в момент, когда его помощь будет абсолютно необходима… и вот этот момент настал.
Пожиратель влетел в Авелину, и ее тело моментально поглотило его со всей силой, которую он ей принес. Она обрела не только доспех, подобный тому, что был на Элеоноре, но и всю мощь хаоса, которую удалось собрать королеве ценой своей жизни.
Механизму хаоса хватило легкого удара, чтобы уничтожить призрака, но его цель уже была выполнена, поэтому Эндрю было совершенно не важно, что он тут же пал. Эндрю стал последним винтиком в механизме, который не позволил Хаосу действовать.
Авелина дотронулась до меча, вонзенного ею в скалу, и мир погрузился во тьму. Он не исчез, как можно было бы подумать, но все вокруг покрылось тьмой… остались лишь очертания, которые все еще позволяли различать окружение. Даже само небо погрузилось во тьму… и только лишь звезды, солнце и луна остались нетронутыми.
— Все герои падут… — сказала Авелина, остановившись взглядом на Хаосе. — Но ты падешь первым.
Глава 23 — Катаклизм мира
— Твоя самоуверенность… это всего лишь пустая оболочка, и ничего более.
Мир заполнился темной пеленой, сливающейся с окружением. Это была мгла, то, что изначально породило Хаос. Авелина использовала это, потому что знала, что мгла была единственным, что стояло превыше Хаоса… во мгле его силы были сильно ограничены. Изначально первозданный хаос являлся тем, что Авелина ни за что не могла победить, но сейчас, когда все карты были у нее на руках… ну, на самом деле, нельзя сказать, что будет сейчас, потому что Хаос все еще является высшим существом, несмотря на мглу, ограничивающую его силы. Но Авелина так же проигрывать не собиралась, напротив.
Разбежавшись, Хаос столкнул Авелину с обрыва, и они вместе упали вниз. У Авелины было достаточно сил, чтобы не разбиться насмерть, впрочем, как и у Хаоса… хотя ему-то что, он и вовсе являлся механизмом, который в принципе разбить было почти что невозможно. Они столкнулись в беспощадном кулачном бою, будто намеренно не используя свои магические силы. И оба были настолько неуклюжи, что быстро бросили эту затею, отскочив друг от друга и приготовившись атаковать противника магией.
— Лучше бы ты оставалась мертвой… — направив на нее руку, сказал Хаос. — Все твои друзья мертвы, а ты до сих пор не поняла, что твоя битва лишена смысла…
— Они не мертвы, они здесь… — указав на свое сердце, сказала Авелина. — Они все собрались здесь, чтобы помочь мне вернуть все как было.
— Нет никакого «как было»! — метнув в Авелину магическим шаром, озлобленно крикнул Хаос. — Есть лишь один способ все исправить — погрузить мир в хаос, уничтожить старое и дать дорогу новому! То, что ты задумала, просто невозможно! Мир сломал, то, что сломано, нельзя восстановить так просто! И ты это прекрасно знаешь!
