Авелина обернулась к своему мечу, к тому, что она принесла сюда лично, и он так же развернулся, указав наконечником в противоположную сторону… в сторону, где Авелину ожидало бесконечное ничто, из которого не было выхода. Эти мечи… это не просто копии, не иллюзия, — каждый из них держал в себе магию всего мира, каждый из них был оригинальным, настоящим. Они просто… они оказались здесь из других реальностей.
Авелина увидела не только мечи, но и фигуры других «Авелин», что были подобны ей, и каждая из них принимала свое решение, несмотря на то, что они так же были в полнейшем замешательстве от происходящего. Это было что-то вроде видения призраков прошлого, других Авелин, которые так же оказались перед непростым выбором в конце.
Решения были разными — от попытки обернуть время вспять до попытки собственными руками создать новый мир, подобно тому, чего изначально и хотел первозданный хаос. Это и была та самая петля, цикл, о котором рассказывала ей Сингулярность. Она не была первой, кто оказался здесь, не была первой, кто достиг самого конца… но ей было суждено стать последней, ведь за ее спиной находились тысячи мечей бесконечности — тех, что отдали другие реальности. Такого, наверное, у других Авелин не было.
Наверняка где-то есть реальность, где действительно удалось каким-то образом обернуть время вспять, несмотря ни на что… а где-то наверняка есть реальность, где был создан новый мир, совсем не похожий на старый. Так же, как есть и реальность, где они проиграли механизму хаоса или чему еще похуже. Вселенная огромна, и Элеонора, путешественница между реальностями, была единственной, кто по-настоящему понимал, насколько ужасающе большой мир их окружает… но даже она не понимала истины.
А истина, как иногда бывает, предельно проста.
Мир Авелины — это ее мир, и не более, она принадлежит именно к нему. Она может пожертвовать всем, чтобы дать возможность другому миру, подобно тому, как это сделали тысячи других, и это тоже будет одним из решений. Но таким образом она лишь продолжит бесконечный цикл, в результате которого она, условно другая Авелина, поступит точно так же в самом конце, или каким-то похожим образом, который приведет ее сюда, обратно, в конец всего. Ее не должно беспокоить то, что где-то уже чего-то достигли, или напротив, где-то уже все было проиграно — сейчас, Авелина была наедине со своим миром, и ничьим другим. Она должна принять решение, в результате которого мир будет либо спасен, либо загублен окончательно… И все же она так не хотела.
Юная императрица возжелала, чтобы все были счастливы — даже другие миры.
Каждая реальность по-своему уникальна. Где-то исход печальнее, где-то радостнее… но судьба ее реальности все еще не была решена — она находилась в руках Авелины, за спиной которой находились тысячи заряженных мечей. И прямо сейчас, они были готовы исполнить ее приказ — разорвать возможные границы, вывернуть все чертово мироздание наизнанку… закончить все так, чтобы больше не было никаких других реальностей, где люди бы жертвовали всем ради того, чтобы позволить кому-то из другой реальности найти решение. Авелина хотела сделать так, чтобы ни ей, ни кому-либо еще больше не приходилось жертвовать. Но как можно найти такое решение?
Каков ответ на этот вопрос?
— Чтобы достигнуть чего-то, что способно изменить строение мира… — Авелина снова посмотрела на бесконечное ничто, окружающее ее. — Нужно сломать мир до конца.
План Хаос был обречен на провал, потому что он никак не смог бы изменить строение мира — ничто продолжило бы существовать в магической иерархии, точно так же, как и продолжил бы существовать сам первозданный хаос, космос, пустота, и все другое, изначально связанное с так называемым «ничто». Его попытка лишь повторила бы все эти события, но в другой обертке, с другими людьми и обстоятельствами… магия все равно исчезла бы, потому что кто-то в конце концов нашел бы «ничто», и использовал его в целях, в которых его использовала Элли. Являясь частью системы, устоявшийся в их реальности, Хаос никак не мог изменить ее, ведь он не рассматривал варианта, в котором он стал бы уничтожать самого себя. Он не видел мир, в котором нет его самого.
Но Авелина не высшее существо, не часть магической иерархии, у нее нет понятия того, что она стоит выше кого-то, или напротив, ниже… оналишь человек, который желает, чтобы все было хорошо, и она попивала сидр в своей башне с любимым Августом.
Она та, кто по-настоящему может разорвать петлю и разрушить все.
— Ты — последняя ступень, вершина башни, на которую нужно было забраться… — указав пальцем в ничто, сказала Авелина. — И я тебя настигла!
Меч бесконечности, находящийся перед Авелиной, притянулся в ее руку по ее желанию. Занеся его над своей головой, Авелина вложила всю свою силу в неуклюжее подобие удара, которым она указала цель для всех остальных мечей, находившихся у нее за спиной. Она отдала им приказ, чтобы все они уничтожили так называемое «ничто».
Когда мечи пролетели рядом с Авелиной, все измерения, будь то четвертые или пятые, треснули, и, покрывшись черными трещинами, так называемое «ничто» исчезло. А когда исчезло ничто… мир просто должен был исчезнуть, ведь за ним ничего не могло быть.
Однако, Авелина почувствовала на себе как тяжесть гравитации, так и мощный поток ветра, о существовании которого она уже успела позабыть, после чего она неконтролируемо полетела вперед, к чему-то, что так сильно напоминало ей о небе.
Оказавшись над облаками, Авелина инстинктивно повернулась назад, чтобы найти «ничто», в котором она только что находилась, но позади нее ничего не было. Ну, на то оно и «ничто», правда ведь? Там ничего нет, иначе бы это не было «ничто», а значит и увидеть его можно лишь тогда, когда вокруг тебя нет ничего другого. Даже пустоты.
Другое дело, что теперь ей не за что держаться. Единственное, за что Авелина сейчас могла схватиться — это за меч бесконечности, который мчался вместе с ней к земле.
Пролетев через облака, Авелина попыталась ухватиться и за них, но это было весьма наивно, тем более что она знала, что облака это вовсе не пух, путешествующий по небу. Оглянувшись, она увидела, что действительно мчится к земле — к полю рядом со скалой, что была так сильно похоже на ту, где начался и закончился катаклизм в ее мире.
Авелина попыталась использовать магию, но ничего не вышло — она просто не работала. Кроме магии, у нее не было никакого способа смягчить падение, а значит, все кончено.
— Вот как, значит, я умру… — прижав меч к себе и вжавшись в него, прошептала Авелина, прищурив глаза. — Ну и пусть!..
Смирившись со своей судьбой, Авелина приготовилась столкнуться с землей. Она сделала все, что хотела, поэтому у нее не осталось никаких сожалений… по крайней мере, она упорно пыталась убедить себя в этом, но прекрасно знала, что это ложь. Конечно, ей хотелось бы хотя бы понять, где она вообще оказалась, но раз уж тут есть небо, деревья, и даже скалы, то в этом мире, наверное, все будет не так уж и плохо.
— Бояться смерти — это нормально.
Жнец, ну или же то, что от него осталось, отделился от Авелины в виде доспеха, попутно выхватив из ее рук меч и срезав ей локоны волос аж до плеч, превратив их в магическую энергию, которой ему сейчас так не хватало. Прямо перед столкновением, он схватил ее за воротник гвардейской формы и изменил силу гравитацию, из-за чего столкновения с землей так и не произошло. Ну, условно оно произошло, но из-за уменьшенной силы оно было намного более мягким. Авелина медленно опустилась на ноги, но не выдержала равновесие и тут же упала на траву, уставившись вперед.
Перед ней стояли пустые доспехи без шлема, удерживающие в своей руке меч бесконечности. Более ни меч, ни сами доспехи не светились — это были просто весьма необычные доспехи из темного металла и такой же темный меч со знаком бесконечности. Даже руна, находящаяся на рукоятке меча, более не светилась, как обычно бывает.
— Ты… — ошарашено сказала Авелина, глядя на доспех, стоящий перед ней. — Пожиратель?..
