— Это… Это… Что это? — потрясенно спросил Айвен, тоже успевший отпить из своего рога. Сидящие за столом засмеялись. Во главе стола сидел Брагги, по правую руку от него сидел Оддрун и Атли, по левую Клепп и Алкина. Хродвальд поискал взглядом посох ведьмы, но не нашел его. А вот копье Оддруна стояло рядом с ним, на специальной подставке.
— Судя по вкусу, это молоко Хейдрун — сказал Брагги — но я не могу поручится, ведь я не пил его… — бог замолчал и задумался.
Хродвальд и Айвен сидели прямо напротив Брагги, благо стол был достаточно широк, чтобы за ним поместился бог. И поэтому место для двух людей там легко нашлось. Если смотреть со стороны, то Хродвальд сидел на втором по почету месте, после Брагги. Если говорить на чистоту, часто именно так сажали тех, кто не был желанным гостем. По хорошему, надо бы было пересадить Клеппа и Алкину дальше, а Хродвальда посадить по левую руку от хозяина дома. Но Брагги так не сделал. Хродвальд задумался, что бы это могло значить, и мимодумно отпил из рога. Тут же его мысли выветрились, оставив после себя чистое восхищение вкусом напитка.
— Но мой бог — снова встрял Айвен — Хейдрун разве это не коза, что живет в Вальхалле?
— Ты прав, Айвен. Потому я и говорю, что это питье лишь похоже по вкусу, ведь Радужный Мост давно рухнул, и я пробовал её молоко так давно, что мог спутать. Но все же, если это питье похоже на медвянное молоко Хейдрун, на котором вскармливают эйхериев, бессмертную дружину Одина, то вам, смертным, следует пить его с осторожностью.
— Я пью его уже давно, и выпил много, и со мной хорошо — сказал Клепп, и судя по его радостному, и слегка заплетающемуся голосу, он выпил много уже и сегодня.
— И по тебе это видно. Подрастешь еще на пару локтей, и станешь похож на молодого эйхерия! — хохотнул Брагги.
Хродвальд удивленно приподнял брови. Бог был либо слегка пьян, либо в очень хорошем настроении. Или и то, и то. Все знали что заводить разговоры о Асгарде при Брагги не стоит. Эти воспоминания печалили его, и он иногда удалялся в безлюдные места, и стоял там в одиночестве месяцами. Должно быть он скучал по родине. Возможно, даже сильнее как мог бы скучать человек. Но сегодня Брагги говорил о Асгарде так, словно дом асов был рядом.
— Кстати, Хродвальд, мы тут побеседовали с Клеппом… Он тебе показывал свой — Брагги покрутил в воздухе рукой.
— Что свой? — насторожился Хродвальд.
— Покажи, покажи ему! — засмеялся Атли — Ты должен это увидеть мой молодой ярл! Тебе понравится!
— Что увидеть?! — еще больше насторожился Хродвальд. Клепп молча встал, и засунул руку под стол. С задумчивым видом пошарив ей, он достал, и с громким деревянным стуком поставил на стол… Хродвальд пренебрежительно хмыкнул.
— Подожди, это еще не все! — не дал Хродвальду возможность высказаться Атли — сейчас он его расправит…
— Хродвальд с сомнением смотрел на странный сверток. С одной стороны к свертку был привязан маленький деревянный кораблик. Лодочка. Клепп осторожно развернул сверток. Это оказался высушенный бычий пузырь. Смазанный маслом, видимо для того, чтобы не высох. Таким иногда затягивают оконца в домах зимой. Но этот был сшит наподобие мешка. Клепп осторожно выдавил из маленькой фляги жира, по виду тюленьего, прямо в лодочку. Потом достал из сумки под столом скрученную веревочку, какую кладут в лампы. Немного повозился с лучиной, топя жир, и зажигая фитиль. Когда это ему наконец удалось, Клепп расправил над лодочкой бычий пузырь, и некоторое время держал его так. Тепло медленно заполняло пузырь, расправляя его складки, пока наконец тот не стал похож на задницу овцы. Клепп развел руки, и вся поделка медленно взлетела, оторвавшись от стола. Хродвальд пренебрежительно фыркнул. Детские фокусы. Он и сам видел как тепло от костра подхватывает и уносит вверх шерсть и даже легкие щепки.
— Это не магия! — сказал Хродвальд — А обман!
— Это не главное! — перебил Атли — Ну же Клепп, скажи своему ярлу, что сказал нам!
Клепп осторожно потушил фитиль в лодочке, и начал укладывать её обратно в сумку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я предложил им сделать такую же вещь, но большую. Такую большую, чтобы можно было посадить в неё людей. — тихо сказал Клепп. Все засмеялись. Хотя нет, не все. Хродвальд увидел, что Клепп очень опечален, и настороженно смотрит на него. Алкина и Айвен смотрели на поделку Клеппа с удивлением и задумчивостью. Смеялись только Атли и Оддрун. И Хродвальд, он и сам не заметил как хохотнул. А вот Брагги улыбался. Но улыбался очень странно. Слишком уж по доброму, держа на лице улыбку как воин держит щит, словно пряча свои мысли. Хродвальд погладил начинающую расти бородку, и осторожно сказал:
— Ты ведь хочешь сделать летучий корабль, так? — дождавшись кивка Клеппа, Хродвальд продолжил — Они смеются, потому что знают как трудно водить по морю драккар. Может ты видел карту в стадире Торвальда? Та что похожа на паутину? Хоть драккар и плывет по воде, нужно многие усилия для того чтобы не сбиться с пути. Знать течения, ветра, и то как они меняются вместе с сезонами. Если даже ты прав, и твой способ сработает, то такой корабль будет неуправляем. Это бесполезная игрушка.
— А как насчет того, чтобы попасть на Небесный Фьорд? — это сказал Брагги. За столом повисла тишина.
— Что такое Небесный Фьорд? — спросил Клепп.
— Есть такая сказка, про то что далеко на севере, за самыми дальними из Тюленьих Островов, есть красивый волшебный остров. — не переставая посмеиваться, сказал Атли — Вернее, трудно сказать какой он. Дело в том, что он не выступает из моря, как это принято у островов, а парит над водой. Очень высоко. Странно, что его не видно издалека, поэтому надо думать что на нем морок. А раз на нем морок, то он волшебный. А еще говорят…
— Это все что о нем можно сказать, если хочешь сказать правду — прервал скальда Брагги — И это не сказки, на него натыкается почти каждый, кто ищет землю на севере. Мне рассказывали про него раз десять люди, которым я верил. И сотню раз люди, которые могли бы и соврать. Но их описания всегда совпадали. Небесный Фьорд парит выше чем самые высокие из вершин Зубов Хель. — Брагги с видимым наслаждением отпил из кубка. — Но ты прав, Хродвальд. Это всего лишь игрушка, которая никогда не станет настоящей вещью. Мы не сможем сделать такой большой мешок для тепла, который сможет поднять человека. Уж точно не из бычьих пузырей. Даже если сможем, то его унесет ветром, а мы не сможем сплести такой длинный канат, чтобы удержать его. Даже если сможем, канат окажется слишком тяжелым, чтобы мешок смог поднять его. Но если даже мы придумаем как обойти все эти трудности, не один драккар или кнорр не довезет все это до Небесного Фьорда…
— Мне надо… — Клепп почти перебил бога. Хродвальд с удивлением заметил что здоровяк волнуется. — Я бы хотел посмотреть на этот Небесный Фьорд. Не могли бы мы сходить к нему на Рафнсвартре?! — последний вопрос был обращен к ярлу. Хродвальд отрицательно покачал головой, и сказал:
— Скоро мы идем на юг. Южный конунг обещал нам землю, забыл? Как там его имя…
— Света — подсказал Клепп, и почему то расхохотался — Его зовут Света.
— Да, он — согласился Хродвальд — но и после этого я не поведу свой драккар в опасные южные воды, только чтобы ты смог почесать свое любопытство.
— Может, я смогу с этим помочь — сказал Брагги — Я про твое любопытство, Клепп, и про твои дела, Хродвальд. Тебе ведь понадобятся кнорры для того, чтобы увезти плату. Особенно если она будет в зерне. А если ты оставишь Клеппа в Браггихольме…
— Нет! — сказал Хродвальд. Сказал резким, грубым голосом. Куда грубее чем тот, которым обычно разговаривают с богом. Хродвальд опустил взгляд в свой рог. Что бы это не был за мед в нем, он похоже влияет на разум сильнее, чем кажется. И что теперь делать? Может, извиниться?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Мой ярл говорит — невозмутимо встрял Айвен — Что Клепп сильный и могучий воин, надежный соратник и брат по оружию. Поэтому с ним трудно будет расстаться.
Хродвальд кивнул и улыбнулся. Не хочешь отдавать, но не отдать нельзя — начни торговаться.
