Читаем без скачивания Смертельное правосудие - Уильям Бернхардт

- Я пришел, чтобы помочь тебе, - сказал он все еще немного сдавленным голосом. - Я не тот, кто убил твоих подружек.

Девочка, застыв в каком-то оцепенении, казалось, была не в состоянии не только двигаться, вообще хоть как-то реагировать.

Бен достал из кармана удостоверение, кредитную карточку и все прочие документы, которые оказались у него в кармане, и протянул их маленькому волчонку, съежившемуся у софы.

- Посмотри сама. Я юрист. Один мой коллега был убит, и его смерть как-то связана с тем, что случилось с четырьмя твоими подружками. Если хочешь, мы можем позвонить в полицию лейтенанту Морелли, чтобы он подтвердил мои слова.

Не сводя с Бена пристального взгляда, девочка взяла протянутые документы и, опустив глаза, принялась изучать их. Она все тщательно проверила, после чего вернула бумаги Бену.

- Как вы нашли меня?

- Я следил за Бадди.

Трикси кивнула. .

- Чего вы от меня хотите?

- Я хочу знать то, что известно тебе, чтобы выяснить, кто совершил все эти убийства. И еще я хочу помочь тебе.

- Помочь мне? - Трикси недоверчиво усмехнулась. - Никто не может мне помочь. Никто, кроме Бадди.

- Я могу, - сказал Бен. Он сделал осторожный шаг по направлению к девочке. - Лейтенант Морелли - мой друг, и он обеспечит тебе защиту. Если же ты не хочешь связываться с полицией, я сам спрячу тебя, спасу от маньяка, который охотится за тобой.

При упоминании о маньяке Трикси вздрогнула. В ее глазах появились отчаяние и мольба. Но одновременно в них засветились проблески доверия.

- Как вы можете помочь мне? - спросила она более спокойно.

Бен приблизился к девочке и осторожно взял из ее рук нож, оказавшийся ножом для разрезания бумаги.

- Начнем с главного, - сказал Бен. - Что ты можешь рассказать о клубе "Детский сад"?

Глава 41

Бен предложил заняться горой грязной посуды, заполнившей всю кухню. Такое количество должно было копиться не менее недели. Бен мыл, Трикси вытирала. И по мере того, как грязной посуды становилось все меньше, все больше возрастало доверие девочки, которая заметно успокоилась и начала говорить просто и открыто. Однообразный ритм привычной работы сделал свое дело, на что Бен втайне и надеялся, внося свое предложение. Его уловка сработала. Через полчаса они уже вели непринужденную беседу.

- Ты из Сент-Луиса? - удивился Бен.

- Ага.

Бен погрузил руки в мыльную пену.

- А как ты оказалась в Тулсе?

- Это... длинная история.

- Я не тороплюсь.

- Какая вам разница? - огрызнулась Трикси. - Никого никогда это не интересовало.

Бен опустил в пену грязный стакан.

- Может, просто ты имела дело не с теми людьми.

- Да тут и рассказывать-то нечего. Нет, правда, банальная история... Все началось с моего отчима.

- Не поладила с отчимом?

- Он бил меня. Приставал. Все время.

Бен подал Трикси чистый стакан.

- Да?

Трикси взглянула на Бена как-то немного смущенно.

- Знаете, я ведь никогда не говорила об этом вслух - вам первому. Я имею в виду, вот так прямо. Мне тогда было неизвестно и непонятно ни то, что он делает, ни зачем, ни как это называется.

- Когда начались его домогательства?

- Сразу, как они поженились - моя мать и он. Три года назад. Он все время приставал. Сначала просто норовил потрогать меня, отпуская всякие грязные шуточки. Спрашивал, не хочу ли я принять с ним душ. Подмигивал. Щипал.

С каждым днем становилось все хуже и хуже. Как-то раз вечером у отчима были гости: собрались какие-то мужики, он сказал, что друзья. Они напились и накурились травки до одурения.

Отчим пришел ко мне в комнату и предложил пойти к ним. Я не хотела, но он заставил меня. Мамы не было дома. Он притащил меня в гостиную. Я никогда раньше не пробовала спиртного, но они заставили меня выпить целый стакан. Потом взяли в кольцо, стали меня лапать, полезли под платье...

Она отвернулась.

- Это был какой-то ужас. Я не понимала, что они делают.

Будто все происходило не со мной или во сне. Понимаете?

Потом я, должно быть, потеряла сознание. И пришла в себя только на следующее утро.

Трикси долго терла стакан, словно хотела протереть его до дырки.

- Когда я очнулась, то увидела, что совершенно голая - ни одежды, ни ночной рубашки. Потом до меня дошло, что я не в своей комнате. Это была его комната и его кровать. Затем... - Она поставила стакан на стол. - Затем я увидела его рядом с собой, он тоже был голый.

Трикси закрыла глаза, пытаясь скрыть слезы.

- Я думала, что не вынесу этого. Мой мозг отказывался верить... Но это было так. Я поднялась и увидела с другой стороны одного из приятелей отчима. Он тоже был без одежды.

Бен молча опустил в мыльную пену еще несколько грязных тарелок. Он не мог найти нужные слова. Да и что тут скажешь?

- Я не знала, как поступить, но и оставаться там была не в силах. Одевшись, я выбежала из дома. Что делать? Куда идти?

Денег нет. Куда податься? Я просто бродила по улицам. Пару часов спустя он нашел меня, схватил за волосы и затолкал в машину. Дома мне здорово досталось. Он избил меня. Я вся была в синяках и кровоподтеках. Этот шрам на переносице - память о том дне. Мать все это время была дома, я звала ее, но она не сказала ни слова - не хотела вмешиваться. Она тоже боялась его.

- Тебе надо было пойти в полицию, - сказал Бен.

- Я пошла, через неделю. Отчим сообщил, что у него опять соберутся гости и я тоже должна быть там. Развлечься, как он выразился. Вообразить, что весь этот ужас повторится? Нет. Я не переживу такое снова. Просто умру - я была уверена в этом.

Тогда-то мне и пришло в голову пойти в полицию. Они отвели меня в комнату, где находилось четверо полицейских, и я рассказала им все, что отчим со мной сделал. Несколько раз рассказывала. Меня как будто прорвало, сама удивлялась. Я выложила им все.

- И что же?

Ее губы скривились и дрожали.

- В полиции мне не поверили. Ни один из них. Они сказали, что я все выдумываю.

- Поверили или нет, они обязаны были проверить.

- Да. Они так и поступили - позвонили отчиму. Я умоляла их не делать этого, но они позвонили. Он приехал разъяренный. Его привели в ту же комнату. Конечно же он все отрицал - тоже мне, неожиданность!

- Тебе надо было найти свидетелей.

- Каких свидетелей? Никто не знал об этом, кроме его собутыльников и моей матери. А разве они скажут? Все было против меня. В полиции, конечно, поверили отчиму.

- Были слушания в суде?

- Да. - Трикси лихорадочно вцепилась в край стола. - Отчим нанял какого-то адвоката, своего знакомого. Это был просто цирк с клоунами. Он договорился с судьей и полицейскими, чтобы не было никакой экспертизы. Объяснил, что у меня тяжелый характер, постоянные проблемы с дисциплиной... Потом что-то говорил судья. Я ничего толком не поняла. Во всяком случае, меня вернули в семью, к отчиму. Представляете? И ничего нельзя сделать. Суд постановил, что я должна жить дома с матерью и отчимом, с человеком, который... который... - Трикси снова отвернулась и вытерла полотенцем глаза.

Бен кашлянул. Он хотел успокоить ее, утешить, сказать, что он все понимает. Но не знал, как начать.

- Иногда в системе правосудия... тоже бывают сбои.

- Правосудие? - злобно воскликнула Трикси.

Бен взял из ее рук тарелку, закрыл воду и повел девочку в гостиную. Трикси упала на софу рыдая. Бен сел рядом с ней, ожидая, когда она успокоится.

Трикси долго не могла прийти в себя. Наконец она немного успокоилась и Бен смог задать следующий вопрос:

- Ты вернулась домой?

- У меня не было выбора. Они буквально посадили меня в машину вместе с отчимом. Как только мы отъехали на такое расстояние, что нас никто не мог видеть, он ударил меня по лицу. И пообещал разобраться со мной дома.

Бен судорожно глотнул. Он боялся спрашивать о том, что произошло дальше.

- Перед тем как войти в дом, отчим повернулся ко мне с таким лицом, что казалось, он убьет меня, задушит собственными руками. И тогда я ударила его ногой в пах. Он не ожидал этого. Удар получился сильным. Пока эта сволочь каталась по полу, я вытащила у него из кармана бумажник и убежала.

На автобусной остановке я нырнула в первый попавшийся автобус и ехала, ехала... Так и оказалась в Тулсе.

- У тебя есть какие-то родственники в Тулсе?

- Нет. У меня вообще нет родственников. Во всяком случае, я о них не знаю. Потом у меня кончились деньги. На автобусной станции я познакомилась с одним человеком, который работал на Сонни.

- Сонни... твой хозяин?

- Да. Когда нет денег, не приходится выбирать. Перспектива умереть от голода или замерзнуть казалась мне еще хуже.

Я внушила себе, что со мной обязательно случится что-нибудь ужасное. Но больше всего я боялась, что меня вернут к отчиму. Сонни казался мне единственной надеждой. Он обещал опекать меня, заботиться...

- Если ты будешь работать на него.

- Да. Мне это не понравилось, но что было делать? В моем возрасте на работу не устроиться даже в "Макдональдс". Сонни и то с трудом согласился взять меня.