форме, третьи говорят, что, мол, крупный рогатый скот создает много навоза, а он, в свою очередь, продуцирует «парниковый эффект». Билл Гейтс, Джефф Безос, Ричард Брэнсон уже вложили миллионы долларов в Nature’s Fynd, Memphis Meats и другие стартапы, у которых есть несколько патентов на производство продукта, выглядящего, как настоящее мясо.
А что скрывается за дешевым спектаклем под названием «Долой мясо!»? Только то, что кучка организаторов «Великой перезагрузки» желает как можно быстрее захватить земли на планете. Животноводство требует больших площадей земли. Во-первых, площади для выпаса животных. Во-вторых, площади для выращивания кормов. По данным The World Only, более трёх четвертей сельскохозяйственных угодий на планете используются для выращивания скота или кормов для животных (40 млн. кв. км), остальное — выращивание растений для питания человека (11 млн. кв. км). Вот ради этих 40 миллионов квадратных километров земель, используемых животноводством, и организован спектакль под названием «Долой мясо!». Речь идет о банальной алчности, о желании как можно скорее завладеть громадными пространствами на планете. Это лишь один пример, показывающий: частная собственность, согласно плану-прогнозу Шваба и ему подобных, упраздняется для миллиардов экспроприируемых простых людей, чтобы приумножить частную собственность «золотого миллиона» — выгодоприобретателей «Великой перезагрузки».
Эффект бумеранга
Указ Президента РФ от 28 февраля 2022 года № 79 сдвинул с мёртвой точки процесс деофшоризации российской экономики
Вашингтон и его союзники, готовя решения о санкциях против России, пытаются просчитывать последствия каждого своего санкционного шага. Просчитаем и мы. Просчитаем то, что принято называть эффектом бумеранга, рассматривая этот эффект в узком и широком смыслах. Эффект бумеранга в узком смысле — это возможные отрицательные последствия санкций, возникающие для их инициатора даже без ответных действий со стороны государства-объекта санкций. Эффект бумеранга в широком смысле — это «негативы» для инициатора санкций в результате ответных действий страны, подвергшейся санкциям.
Эффект бумеранга в первом смысле неизбежен при нанесении санкционных ударов по стране с крупной экономикой, вовлеченной в международные экономические отношения. Россия — страна именно с такой экономикой. По данным Федеральной таможенной службы РФ, по итогам 2021 года оборот внешней торговли России составил 789,4 млрд. долл., в том числе экспорт — 493,3 млрд. долл. (более половины пришлось на энергоресурсы), импорт — 296,1 млрд. долл. По итогам 2020 года доля России в мировом экспорте, согласно оценкам Всемирного банка, составила 1,7 %. По ряду товаров доля России в мировом экспорте намного выше. Так, доля России в мировом экспорте пшеницы в сезоне 2020/21 гг. составила 19,3 %. Ее доля в мировом экспорте нефти в 2019 году (в стоимостном выражении) оценивалась в 10,5 %.
Блокировка операций, обеспечивающих платежи и расчеты России по внешней торговле, проходящих через систему СВИФТ, безусловно создают эффект бумеранга. Возможны серьезные перебои в функционировании экономик ряда стран, получающих из России нефть, нефтепродукты, природный газ, некоторые виды продовольствия, ряд продуктов химической промышленности и др. Еще 10 лет назад российский экспортный монополист «Газпром» обеспечивал 25 % потребностей ЕС в природном газе, а в последние годы эта зависимость достигла 40 %.
Чтобы не допустить экономического шока для стран ЕС планировщики санкций против России пытаются оставить «окна», через которые могли бы осуществляться поставки жизненно важных товаров из России.
Проблема состоит в том, что платёжные документы, проходящие через систему СВИФТ, до сих пор были преимущественно обезличенными. То есть из документов трудно (или даже невозможно) понять, какую торговую (или инвестиционную) сделку обслуживает тот или иной платеж. В Белом доме и в американском Минфине, где готовятся санкционные решения, прекрасно это понимают. Они видят выход либо в том, чтобы каким-то образом научиться расшифровывать платёжные документы (определять их привязку к конкретным сделкам), либо проводить выборочную блокировку банков. Второй подход означает, что инициаторы санкций будут пытаться определить привязку российских банков к тем или иным торговым и инвестиционным операциям и исключать из санкционных списков те банки, которые обслуживают поставки жизненно необходимых Западу товаров.
Думаю, однако, что для Запада такой селективный подход к блокировке операций, проходящих через систему СВИФТ, будет большой головной болью. Пока будет хотя бы один российский банк, исключённый из санкционных списков, он будет способен взять на себя функции проведения платежей, которые ранее выполняли банки, попавшие под санкции. На пресс-конференции вечером 27 февраля глава дипломатии ЕС Жозеп Боррель огласил решения ЕС по санкциям в отношении России. Говоря о блокировке системы СВИФТ, он признал: «Отключение финансовой системы страны, которая сильно взаимосвязана с другими странами и экономиками, не может быть сделано ножницами за одну ночь».
Чтобы гарантированно заблокировать платежные операции банков России с банками других стран, необходимо не только отключить их от системы СВИФТ, но и закрыть их корреспондентские счета в США и других странах Запада. На 1 марта никакой информации о действиях в отношении корсчетов российских банков в открытых источниках не было. Большинство экспертов склоняются к тому, что 100-процентной блокировки системы СВИФТ не будет.
Даже если Запад придет к заключению, что выборочная блокировка СВИФТ не дает ожидаемого эффекта и отключит от этой системы всю Россию, смертельного удара нашей экономике это не нанесёт.
Во-первых, российские банки и компании смогут переключиться на альтернативную отечественную систему СПФС (система передачи финансовых сообщений), которая создавалась Банком России в середине прошлого десятилетия. Да, с моей точки зрения, она недоделанная (в частности, в ней пока не более десятка иностранных пользователей, этого недостаточно для обслуживания внешнеэкономических связей России), но при желании довести эту систему до полной кондиции можно и нужно.
Во-вторых, можно временно использовать старые методы передачи сообщений по платежам и расчетам (почта и факс).
В-третьих, можно и нужно изучить и применить на практике опыт Ирана, который уже долгие годы живет без системы СВИФТ (этот опыт — тема отдельного разговора).
Глава комитета Государственной Думы по финансовому рынку Анатолий Аксаков следующим образом прокомментировал решения Запада по блокированию СВИФТ для России: «Я бы сказал, что это не смертельное решение. Конечно неприятное, но не смертельное. Иран уже десятилетие без SWIFT и ничего, живет, не умирает. А для Запада это — выстрел себе в ногу. Это будет болезненное решение не только для РФ, но и для других стран, которые с нами взаимодействуют. Если не будут поступать финансовые потоки из России в Европу, то Европа не сможет рассчитываться с той же Америкой и так далее. Решение очень тяжелое, с последствиями для тех, кто его принимает».
Очень серьёзным эффект бумеранга может оказаться для компании, управляющей системой СВИФТ (создана 49 лет назад, зарегистрирована в Бельгии). Компания СВИФТ уже многие годы заявляет, что она
