Там есть удобный причал возле крупного отеля Бурди. Там нужно его ждать.
— У нас же виз нет, — сказала Тамара на хорошем английском.
— Мы вас спрячем внизу. Не бойтесь.
— Он нашел Андрея? — спросила Марина.
— Я ничего не знаю. Мы будем еще часа два плыть. Проблем не будет. Но вам нельзя выходить на палубу.
— О кей, — сказала тетка, и все послушно пошли вниз.
Булочки быстро кончились. Их сменили свежие финики, маленькие бананы и еще какие-то непонятные фрукты, которые никто не опознал.
— Я никогда не ела натуральные финики, — восторгалась Инна. — Это так вкусно!
— Теперь мы похожи на пленников. Мне все это не нравится…
— Теть, не начинай, прошу, — прошептала Марина.
Тетка опять решила продолжить свою лекцию о яхте. Она рассказала, что такое галс, лавирование, и как можно плыть к цели даже при противном ветре.
— Да, телевидение сделало из тебя просто полиглота! Может, тебе учительницей стать? — спросила Марина.
Как известно от страха и переживаний аппетит может усиливаться во много раз. Так и случилось с большинством компании. Вскоре все съестное было съедено, разговоры умолкли, и все погрузились в свои невеселые размышления о незаконном пересечении границы суверенного арабского государства, которое к тому же находится не то в состоянии войны, не то революции.
Вдруг послышались голоса. Вошел молодой паренек и знаками показал, что им нужно спрятаться. Марину отправили в туалет, Инну и Игоря под диваны. Оказалось, что оба дивана имеют большие напольные ниши. В них были дырки для носа, чтобы человек не задохнулся. Тамаре предложили подсобное помещение с ведрами и швабрами. Зато там был стул. Управились в две минуты. И тут же в салон яхты ввалился полный офицер ливийской пограничной службы. Он что-то недовольно лопотал, бегал по салону открывал и закрывал ящики, а капитан пытался его урезонить. Потом послышался звук стаканов и бульканье. Кажется, речь шла о бокале виски со льдом. Офицер немного успокоился и плюхнулся на диван. Под ним лежал Игорь. Капитан пел соловьем. Минут через десять все вышли на палубу. Прошло еще десять или пятнадцать минут. Раздался голос Юрия. Сердце Марины радостно забилось. Видимо, ливийцу заплатили, и он ретировался. Юрий вошел в салон и сказал:
— Можете вылазить. Прятки закончились. Но наверх не выходите.
Когда все, как мыши, вылезли из укрытий, Юрия уже не было.
— Где же Андрей? — чуть не плача, спросила Марина.
— Нужно ждать, — ответила тетка.
Всех трясло и лихорадило. Таких приключений они не ожидали.
Прошло еще минут пятнадцать-двадцать, и в салон втащили полуживого Андрея. Он был очень грязный, правая нога кровоточила.
Марина кинулась к нему.
— Мариша… Ну, зачем вы так рисковали? — прошептал он и отключился.
— У него жар! Рана на ноге… Огнестрел, похоже, несвежий. Очень плохая рана. Нужны антибиотики.
— Я тут кое-что купил в аптеке.
Юрий кинул на диван сумку. Марина открыла ее и нашла флаконы с глюкозой, антибиотики, шприцы, системы для инфузий, спиртовые салфетки и перекись. Все, что нужно, чтобы начать лечение. Через пять минут в руке Андрея Ивановича уже была игла с трубочкой, через которую капала глюкоза. Марина ввела антибиотик и занялась раной.
Юрий налил виски себе и всем туристам из России. Он положил лед в бокалы. Никто не отказался.
— Мы плывем обратно. Все удалось.
Тамара выразительно посмотрела на него и выпила свой бокал. Юрий поочередно открывал все шкафчики и вываливал на стол запасы печенья и сухофруктов.
— Чем богаты, тем и рады. Угощайтесь.
Аппетит как-то сразу пропал. Адреналин — может стать лучшим средством от повышенного аппетита.
— Как вам удалось так быстро его вытащить? — спросила Инна.
— Деньги и связи… Всего-то. Есть у меня один знакомый в Ливии. Хороший человек. Но работа у него специфическая… Она связана с террористической организацией, не буду ее называть. Он там у них компьютерщик. Парень толковый, но зарабатывает всем, чем можно и нельзя. А я у него скупаю артефакты при возможности и везу в Венецию. Там у меня свой канал сбыта. За некоторые вещи дают бешеные деньги!
— Плохой хороший человек, — вставила тетка.
Тут Марина поняла, кого тетка увидела в супермаркете в Венеции. Юрий развалился на свободном диване. Марина суетилась возле Андрея, Игорь цедил виски, а Инна, распахнув огромные зеленые глаза, с восторгом смотрела на Юрия, как на новоиспеченного героя.
— Так вот, я вчера еще к нему прикатил. Предложил сделку. Сто пятьдесят тысяч в обмен на заложника. Он согласился. Оказалось, что из госпиталя Адама, а он построен на руинах какого-то древнего храма, есть подземный ход. По нему террористы, скорее всего и уйдут. Знакомый мой решил не делиться с ними. Он туда уже ходил разок. Решил еще сходить, но уже со мной. Припер им наркотиков, алкоголь. Сказал, что одному их собрату, очень известному террористу, срочно нужно почку пересадить. Меня предварительно одел в белый халат, лицо замотал какой-то тряпкой, пробирок и шприцов насовал мне в халат. Вот в таком виде мы и пришли туда ночью. Я был как бы доктором. Ходил с фонарем, искал вашего хирурга по фотке. Нашел. Потом для виду взял анализ крови у трех мужчин. У дружка моего был какой-то прибор для определения групп крови, вроде. Я в нем что-то понажимал для проформы. Минут через десять показал на вашего подопечного. А друг мой в это время зубы этим уродам заговаривал. Они на Андрея наручники надели и рот скотчем залепили.
— И вам было не страшно? — спросила Инна, хлопая ресницами.
— Страшно, конечно. Это же почти не люди. Зомби какие-то. Нет, есть фанаты. На религии помешанные, а есть просто наркоманы.
— Я бы не смог, — сказал Игорь. — Это же страшно. Просто смотреть в лицо смерти.
— Но ведь все получилось. Потом пришлось тащить его через туннель и еще километр по рву до шоссе. Там меня ждало такси. Уже в машине я позвонил вам. Назначил место встречи здесь, в Бардияхе, чтобы не проходить пограничный контроль. Мою яхту тут все знают. Тем более, я всегда что-то отстегиваю. Как раз, когда я подъехал к причалу, увидел катер пограничников. Сказал таксисту, чтобы ждал с гостем, а сам пошел платить. Потом, когда они отвязались, моя команда перетащила вашего хирурга на борт.
— Здорово! — сказал Игорь.
— Просто отлично получилось! — восторгалась Инна.
— А мне, кажется, — сказала Тамара, — что нужно сообщить про подземный ход ливийским властям. Может, это как-то поможет освободить остальных.
Все посмотрели на тетку.
— Как ты это сделаешь? Нас сразу засекут и возьмут в оборот. За связь с террористами можно в тюрьму
