на Землю, ты уже не будешь прежней, – решил подбодрить меня Сергей, почувствовав изменение в моем настроении. – Наверняка какие-то из сверхспособностей останутся с тобой навсегда.
– А у тебя случайно не возникло новых идей, как нам вернуться на свою планету?
Он собрался было что-то ответить, но я прервала его:
– Стоп! Не сейчас. Ты мне уже рассказал очень много. Дай мне упорядочить свои мысли.
Мечты остаются мечтами, в то время как здесь мне еще предстоит освоить управление темной энергией. Вспомнился густеющий воздух, и я поежилась от этих мыслей. Если для самостоятельного получения нишати окружающему пространству нужно загустеть настолько, что становится невозможно дышать, то впереди меня ждут сплошные мучения.
Глава 19. Неустойчивый путь
С момента окончания длительного привала, организованного после прохождения деформированного участка трубы, отряд шел уже несколько часов. Сколько точно, определить было невозможно, но по ощущениям преодолели мы не меньшее расстояние, чем было до места сдвига коры планеты. Воинам удалось поспать перед тем, как продолжить путь, и всю дорогу бойцы шли бодрой походкой. Меня, как и ранее, несли на руках. Я привычно сканировала пространство впереди и позади отряда, и успела безумно устать от такого однообразия.
По прикидкам Сергея мы уже должны были подходить к окончанию конструкции.
С нишати происходило что-то непонятное. Ее здесь оказалось больше, чем вначале нашего пути в округлой полости. Количество субстанции увеличивалось плавно по мере нашего продвижения вперед. Сергей не мог объяснить такой феномен или к этому времени еще не выработал реалистичную идею.
Слой пыли под ногами заметно увеличился. В воздух все больше поднималось неприятной взвеси, из-за чего становилось трудно дышать. Проблему решили, сместившись в стороны от самой низкой точки трубы. На более высоком уровне пыли оказалось меньше. Вскоре стали попадаться камни, сначала мелкие, затем крупнее.
И тут мы услышали грохот взрыва. Металлические стены создали акустическую волну, будто одновременно ударили по всей окружности. Такое не спутаешь с упавшей железякой, которую мог уронить кто-то из воинов. Поэтому я сразу не поняла, что случилось. Затем звук, напоминающий далекий раскат грома, донесшийся спустя пару ударов сердца, все расставил по своим местам.
– Оча все же решились отправиться в путь за нами, – заметил Гай.
– Отсюда до места установки сигнальной мины не так уж далеко, – подхватил Сергей. – В прямой части трубы эти прыгуны нас быстро догонят.
Отряд ускорился после соответствующей команды Фангура.
Спустя километр пути, или около того, две боковины округлой полости начали расходиться в стороны. Между ними вверху и внизу образовывалась ровная, без каких-либо закруглений, поверхность. Громадная конструкция стала преобразовываться в предмет, отдаленно напоминающий веер, виденный нами на голографической схеме. Способность ощущения пространства показала впереди узкие вертикальные трубы от пола до потолка толщиной около метра.
– Это поддерживающие опоры, чтобы потолок не прогнулся, – пояснил Сергей.
Расстояние между стойками не превышало четырех десятков метров, и по мере расширения веера, их количество в поперечных рядах становилось все больше.
Впереди зажгли факелы. Мы уже ступали по сплошному слою камней и пыли, заполнивших тут всю площадь за долгие тысячелетия. Искусственная металлическая поверхность оказалась далеко внизу. Об этом можно было судить по высоте потолка, который здесь возвышался далеко не на те восемь десятков метров, что нам доводилось наблюдать по всей протяженности трубы, а находился гораздо ниже. Дальше по ходу движения потолок становился все ближе к нам – отряд шел на подъем. Вскоре начали попадаться крупные скальные обломки, приходилось обходить стороной глубокие ямы.
Еще через сотню метров Лияна заметила, что вдалеке пол смыкается с потолком.
Сергей поднял вверх смоченный указательный палец.
– Ты хотел что-то сказать? – обратился к нему Фангур. – Или снова проверяешь свою… тягу?
– Именно ее и проверяю, – ответил тот, – но тут ничего не чувствуется – очень обширное пространство. Подвижки воздуха настолько слабы, что не фиксируются этим методом.
– Слева вдалеке какая-то ниша, – добавила Лияна. – Она плохо освещается. Не могу утверждать, есть там проход или нет, но справа и такого углубления не наблюдается.
– Что ж, тогда выбираем левую сторону, – заключил вождь.
Отряд прокладывал путь между вертикальных опор. По мере дальнейшего продвижения по неровной поверхности потолок стал нависать едва ли не над самой головой. Странно было наблюдать такую картину. Судя по голографической схеме, высота здесь соответствовала диаметру трубы. Это означает, что под нами в данный момент находилось почти восемь десятков метров разрушенной горной породы. Масштабы перемещений подземных масс поражали разум…
Все эти камни лежали довольно устойчиво. Лишь некоторые обломки приходили в движение, когда на них наступали ноги вагров. Ловкость элитных воинов пока позволяла им избегать серьезных травм.
Лияна была права. Замеченная ею ниша оказалась проходом. Он составлял три десятка метров по максимальной ширине и не более пяти в высоту. Наверху четко вырисовывался край потолка искусственного объекта.
Устремившееся в сторону прохода пламя от факелов свидетельствовало о наличии впереди сквозного отверстия, сообщающегося с атмосферой. Комплекс артефактных сооружений на этом заканчивался, но в открывшемся нашему взору своде подземелья ожидаемого отверстия, вертикально уходящего к поверхности планеты, не просматривалось. Впереди нас ждал путь с довольно крутым подъемом. Сформирован он был полностью из горной породы и уводил широким туннелем куда-то вдаль.
Тот факт, что колодец нишати оказался пробитым не сразу по окончании артефактного веера, в первый момент всех несколько озадачил. Однако воины, недолго думая, снова двинулись вперед. Нас преследует опасный враг, поэтому мешкать нельзя.
Меня спустили на камни. Продолжать путь на руках бойцов было еще опаснее. Необходимость удерживать меня не давала бы носильщикам возможности быстро реагировать на внезапные подвижки поверхности под ногами, и меня не прельщала перспектива свалиться с высоты роста степняков на острые скальные обломки.
– Здесь нужно идти аккуратно, чтобы не спровоцировать обрушение, – предупредил Сергей, мягко ступая по камням.
– Ты боишься обвала, потому что над нами больше не будет искусственного потолка? – решила я уточнить.
– Не только, – начал пояснять он. – Мы стоим на пути ежегодного прохождения мощной волны воздуха. Под ее воздействием и с помощью нишати прочищается отверстие наверх, известное нам как колодец. Раз уж все тут периодически подвергается такой встряске, то и держится непрочно. Каменная масса под нами может прийти в движение в любую минуту.
Свод и боковины подземелья с виду составляла прочная монолитная порода. Зато низ прохода был сплошь усеян камнями разного размера. И все это расположено на наклонной поверхности. Пришлось признать, что опасения Сергея вовсе небеспочвенны. Судя по настороженно озирающимся по сторонам воинам, не одной мне стало боязно.
Где-то впереди послышался
