несколько башен были разрушены и походили на гнилые зубы, одна целая заканчивалась обзорной площадкой, другие — пиками и проломленными крышами. Совершенно ничего примечательного — убогие руины жилища древней фамилии. И все же вид строения порадовал Коинта. Пустыня порядком приелась, а вино, заливавшее безмолвие и пустоту лютого края, извел Фирмос.
— Не знаю, стоит ли так входить сюда, — принялся канючить служитель Водолея. — Возможно, с хозяевами замка следует поговорить и объяснить…
Коинт схватил его за шиворот и пихнул вперед, к двустворчатым дверям, что вели в одну из башен, по виду походившую на центральное строение.
— Иди, объясняйся.
Нит затравлено обернулся.
— Я не имел в виду себя.
— Боги, ну ты и трус, — крылатый выродок прогарцевал мимо служителя Водолея и, бесцеремонно распахнув головой двери, ввалился в башню. Его встретили лишь клубы пыли. Тряхнув крыльями, птицелюд звучно просвистел. Эхо повторило его писк.
— Ноора, жди здесь, — скомандовал скелет. — Внутри ты бесполезен.
Выродок повиновался со смиренностью глупой собаки — «сделаю, но я вам ничего не должен». Коинт прошел мимо него, оглядел просторный зал — темный и пыльный. С центра помещения поднимались на галерею второго яруса полукруглые лестницы. Сама галерея в темноте не была видна, зато под лестницами тянулась освещенная анфилада — холодный, голубоватый свет струился справа и слева, отчего казалось, что коридор бесконечен.
Коинт оглядел пространство над лестницами. Глаза привыкали к сумраку, и теперь он мог различить некое подобие перил, ограждавший широкую галерею. Темнота короля не пугала. Навязчивый же свет в анфиладе наводил на мысль, что их там ждут. Охота идти напролом сменилась раздражением от собственной нерешительности.
— Куда? — рявкнул Коинт, преграждая мечом путь попытавшемуся удрать скелету.
— Наверх, — нетерпеливо ответил тот. — Мне нужен лук. Фамильное оружие хранится наверху.
Лезвие меча через ткань стукнуло костлявого по ребрам.
— Сначала нам нужно найти женщину и Быка, — сказал Коинт.
— Я не смогу помочь вам без оружия.
— Ты сам — оружие.
— Посадишь меня в пращу и запустишь в дракона?
Нит, прятавшийся позади, слабо хохотнул.
— Добро пожаловать, — перебил его смешок голос из анфилады. Служитель Водолея испуганно пискнул. Свет замерцал, из холодного голубого став приветливо-желтым.
Голос продолжал.
— Мое почтение дорогим гостям, что вламываются, постучавшись.
— К ворам по-иному не входят, — рявкнул Коинт, отводя меч от скелета. — Фирмос, посвети нам.
— Как?
— Поярче и погорячее.
Маг выступил вперед, за мгновение скатал между ладонями светящийся шар размером с собственную голову и подбросил его в воздух. Шар покрутился, разбрасывая искры, чирикнул и дунул к анфиладе. Стоило только шару коснуться свода первой арки, как огонь мигом охватил всю конструкцию, оставив после себя лишь почерневшие камни. Арки, образующие бесконечный коридор, вспыхивали одна за одной.
— Теперь идем, — Коинт двинулся было вперед, но Фирмос опередил его.
— Тут замешана магия. Позволь, я пойду первым.
— Разумеется, — Коинт пожал плечами.
— Он ушел, — прошептал Нит.
Король обернулся. Скелет скакал по лестнице, гремя костями.
— Догонит.
— Я оставил лошадь снаружи.
— Молодец.
— Может, следует привести её сюда? На ней весь наш провиант.
Коинт, шагнувший было вперед, замер, выдохнул и снова обернулся.
— Тебя сейчас волнует лошадь? — почти спокойно спросил он.
— Нууу… — протянул Нит.
— Тогда подбери свои тряпки и вали наружу, — прорычал Коинт. — Видят боги, надуешь лужу, а я поскользнусь.
Отблески далекого пламени сделали лицо служителя Водолея красным. Он опустил голову.
— Вы не так поняли…
— А ты снова не так не понял. Это приказ.
Нит поклонился и засеменил прочь. Коинт обернулся. Фирмос стоял под первой аркой и качал головой, провожая ученого взглядом.
— Ему здесь совсем не место, — заметил маг. — И мне его жаль.
— Нильянто не умеют выбирать шпионов.
Фирмос кивнул и, помявшись, двинулся было дальше. Его нерешительность насторожила Коинта.
— Что не так? Скажи раньше, чем ударит.
— Вижу проклятье, — Фирмос прищурился. — Сильное и красивое.
— Наше?
— Нет, от нашего здесь ни нити. Что-то достаточно древнее, чтобы устать и поизноситься.
— Проклятья имеют срок хранения?
Фирмос осторожно коснулся подкопченной стены, растер между пальцами тончайший слой копоти.
— Не совсем точно, сир, — задумчиво оглядывая испачканную руку, произнес маг. — Они меркнут, когда иссякает сила, питающая их, но запущенный процесс изменяет само мироздание, поэтому последствия могут быть долгоиграющими.
— Вечными?
— В сравнении с человеческой жизнью — да.
— Я иногда забываю, какой ты умный, — усмехнувшись, заметил Коинт.
— Стой, — Фирмос вскинул руку. На кончиках пальцев, казавшихся теперь обугленными, вспыхнуло красное пламя. Его неяркий свет позволил Коинту разглядеть причину тревожного возгласа мага. Из-за последней арки осторожно выползло человекоподобное существо. Бочком, переставляя длинные конечности, оно проскользнуло в коридор и, вытянув тонкую шею, раздуло широкие, вывернутые ноздри. Отблески магического пламени блеснули в черных глазах. Существо оскалилось, пригнулось, будто готовясь к прыжку, и завизжало так, что меч в руках Коинта противно задрожал. Тьма за аркой закопошилась.
— Ох, вот и челядь, — Фирмос мигом выстроил магический щит. Но Коинт без раздумий шагнул за него.
— Дай размяться, чародел, — прохрипел он, встречая череп первой твари рубящим ударом меча.
Уродец вскинул руки и рухнул к ногам Коинта, обдав кровью его сапоги. Король чуть отступил назад, вскинул голову и оскалился, предвкушая новое убийство. К его клинку на встречу неслись новые твари. Коинт не тратил время на разглядывание уродств — он правил мечом кривые тела, превращая их в ровные обрубки, без разбора кромсал конечности и головы, до пьяна поя темной кровью клинок и упиваясь боем сам.
— Идите сюда, выродки! — орал он, брызжа слюной. — Идите ко мне, твари!
И внезапно наступила тишина. Коинт замер, держа меч наготове и прислушиваясь к шороху тьмы. По камню зацокали копыта, и звук этот здесь был столь непривычен и исключителен, что Коинт затряс головой, решив, что ослышался. Темнота пошатнулась, и на свет ступило чудовище — великан с телом человека, головой и ногами быка. Огромные рога едва ли не задевали потолок, широкие ноздри раздувались от ярости, красные глаза злобно взирали на противника. Коинт лишь крепче сжал меч.
Гигант заревел и, мотнув башкой, ринулся в атаку. Его оружием был самодельный топор — с виду убогий и кривой, в руках воина — опасный и точный. Каменное лезвие едва не снесло Коинту голову. Он пригнулся в последний миг, и топор лишь задел волосы.
Отскочив к стене, король, понадеявшись на свою ловкость и неповоротливость противника, прыгнул тому за спину. И поскользнулся на крови убитых. Чудовище не дало ему упасть — резко развернувшись, телец выпростал огромную руку и, схватив противника за плечо, впечатал его в стену. От удара Коинт выронил меч и едва не потерял сознание. Толстые, крепкие пальцы
