из комнаты не выгнали и штраф не впаяли. Правда, это не значит, что я все забуду и не отыграюсь позже… но пока спать!
Чулан — роскошное помещение после тесноты кареты и непонятных ледяных котят за окнами. Здесь даже есть отдельный проход в маленькую уборную для слуг — ура! Пять звезд, и все мои.
Я вымылась, расчесала волосы, переоделась и забралась под одеяло, мечтая упасть в подушку лицом и отключиться минимум на сутки.
Но мне не дали.
Глава 41
— Ох, что это! — Я аж подпрыгнула, когда в бок кольнуло холодом.
— Кажется, волосок ледяного духа. Выпал, наверное, — раздался голос Ара, приподнимающего одеяло. — Все, убрал.
— Да я не про волосок. — Мое сердитое бурчание было больше всего похоже на голосок тех самых ледяных духов. — Я про тебя в моей постели!
— А где мне еще быть? — Я почувствовала его улыбку шеей, чуть ниже затылка, там, где он прижался губами. — Знаешь, говорят, боги любят третью попытку. Сегодня нам никто не должен помешать.
— С ума сошел? — Я вроде и бухтела, и внимала голосу разума, а тело что-то передумало спать. — Дверь тонкая, полно народу совсем рядом.
— Кровать не скрипучая. А я умею быть тихим. — Улыбчивые губы двинулись с поцелуями по плечу ниже.
— Зато я не умею! — это правда. Один из моих мужчин как-то почти в шутку предлагал подарить мне кляп. «Почти» — главное слово в этой фразе.
— Хм… кляп? — Мужчина задумчиво постучал пальцем по губам.
И этот, блин, туда же.
— Только если тебе!
— Тоже вариант, но в наш первый раз все же давай ограничимся классикой. А, и еще, вот. — Ар вытащил из-под подушки часы. — Засекаем?
— Что засекаем? — От усталости я непонимающе заморгала.
— Время, за которое я справлюсь без твоих даров моря, — напомнил паршивец.
— Да тьфу на тебя… — Честно признаться, люди за дверью смущали, но и придавали ситуации пикантный оттенок. Словно в далеком студенчестве в общаге, по молодости. Тьфу, я же тут снова молода. И гормоны у меня скоро из ушей польются.
— Не надо на меня тьфу… — Мужские руки вольничали под одеялом все смелее и смелее. — Лучше поцелуй! Тоже слюни, только приятнее.
— Шут гороховый.
— Какой-какой? — Под шумок жулик окончательно влез в постель и прижал меня к подушкам. Вот только сна уже ни в одном глазу не было. Ладони мужчины уже вовсю хозяйничали на теле.
— Гороховый! — Мне надоело изображать усталую девственницу. Ой… про девственность я позабыла! А если?! Вот у мужика будет шок! Хотя, если его еще немного распалить, может, он просто и не заметит? В идеале, конечно, еще бы и напоить слегка, чтоб уж точно не обращал внимания на всякие мелочи.
И меня напоить, да. Я помню свой первый раз. Так себе удовольствие.
— Принесешь вина? — Я повернулась и посмотрела прямо в его глаза, скрытые легким туманом маски. — Пожалуйста.
— А как же чистота эксперимента? — хмыкнул Ар.
— Сказать, куда ты можешь засунуть себе этот эксперимент? — ласково осведомилась я.
Мужчину отчего-то пробрало таким смехом, что вся кровать затряслась. Он аж закатился. А поскольку в это время уже нависал надо мной, приподнявшись на руках, то просто упал сверху, уткнулся маской мне в плечо и принялся хохотать в меня.
Я терпеливо ждала минуты полторы. Потом попыталась ущипнуть смешливого паразита за бок, но он увернулся.
— Ладно, ладно, леди. Принесу я вам вино. Для храбрости. Надеюсь, у вас нет этой отвратительной привычки — засыпать после глотка алкоголя. Иначе я буду очень разочарован.
— Разочарован он… брысь! Тапочки только надень. Пол холодный.
— Спасибо за заботу, моя госпожа, — снова развеселился Ар. — Не засыпайте, я сейчас вернусь.
— А я не о тебе, я о себе беспокоюсь. — Похоже, мое ворчание казалось мужчине то ли очень уютным, то ли необыкновенно забавным. — Ты ж потом этими ледяными ногами под мое одеяло полезешь.
«Штатный любовник» подарил мне напоследок ослепительную улыбку и смылся через коридорчик, ведущий к санузлу. Где он, интересно, собирается сейчас взять вино? В кухню не пошел. Да и там я бутылок не видела. С такой домомучительницей, как мэтресса Конкордия, не удивлюсь, если весь алкоголь спрятан в глубокий подвал, а лаз туда идет исключительно из комнаты грымзы. Прямо из-под ее кровати. Ну, может, еще у лорда под столом люк есть. Но вряд ли Ар о таком догадывается, да и просто в чужой кабинет не полезет. Может, с собой что взял? Точно, скорее всего.
Поэтому я не удивилась, что его не было довольно долго. Сначала не удивилась. Потом все же начала немного беспокоиться. Потом уже не немного.
Кончилось тем, что я, ругаясь сквозь зубы, вылезла из постели, натянула на босые ноги свои угги, накинула плащ прямо на ночную рубашку и отправилась по следам пропавшего любовника. Может, он в сортире застрял? Там дверь необычная, сама чуть не защелкнулась с непривычки так, что пришлось бы звать на помощь.
Увы. В санузле было пусто. И в коридоре, ведущем дальше к задней двери, тоже. Куда его черти унесли? Он слишком раздет, чтобы по двору шлендрать, тут никакие тапочки не спасут! Неужели так в одних подштанниках и пошел в карету за вином? Вот же…
Я пошипела сама с собой, как сердитая кошка. Запахнулась в теплый плащ плотнее. И отправилась проверять карету.
В темноте я поначалу заблудилась. Слава богу, на облучке экипажа светился тусклый огонек, на него и выбрела, уже нешуточно матерясь вслух. Но за десяток шагов до цели умолкла и прислушалась к весьма странным звукам:
— Не вертись. Да не вертись ты! Не трогаю я твой хвост. Сам пришел, тебя никто не звал! И вина я тебе налил — отрабатывай. Леди хочет твоей шерсти, леди ее получит. Леди вообще, как я понял, привыкла получать все, что пожелает. Так что делись давай, все равно выпадет.
— Леди сейчас онемеет от удивления. — Я обошла карету и с изумлением рассматривала открывшуюся картину: дверка открыта, на приступочке сидит Ар, все же
