– Приляг и не высовывайся, – велел Авти, – незачем лишний раз глаза им мозолить.
Тон шута исключал саму возможность ослушания. Хорст спешно брякнулся на спину и перевернулся так, чтобы всадники, мимо которых нужно было сейчас проехать, не смогли увидеть его лица.
Повозка раскачивалась и подпрыгивала на выбоинах.
Хорст лежал ничком, уткнувшись лицом в шершавую дерюгу, и только когда твердая ладошка хлопнула его по плечу, рискнул подняться.
Черный жеребец командора скакал вплотную к телеге, а сам он сидел в седле так плотно, словно составлял с конем единое целое.
– Это правда? – Вопрос был задан таким тоном, будто речь велась не об убийстве, а о краже булки из пекарни. – Ты на самом деле убил консула?
Хорст затравленно огляделся – на их повозке и на соседних телегах все демонстративно смотрели в стороны, но было ясно, что уши каждого ловили обрывки разговора.
– Вот, – выдавил бывший сапожник, вытаскивая из-за ворота амулет, – если вы знаете, что это, то поймете и то, как это могло случиться.
– Я понимаю. – Хорст заметил в льдисто-голубых глазах командора что-то вроде сочувствия и тут же решил, что ему это показалось. – Терпи и держись, во имя Владыки-Порядка. Он не оставляет детей своих в беде, не бросит и тебя.
Сандир ре Вальф пришпорил жеребца и поскакал к голове обоза, на свое место.
Оргирн был выстроен на берегу длинного залива, похожего на толстый изогнутый клинок, который море всадило в плоть земли. Хорсту город издалека показался маленьким, и только когда до ворот осталась сотня-другая размахов, он понял, что виднеющиеся впереди стены мало чем уступают стагирнским.
Ведущая к ним дорога была попросту забита телегами. Казалось, что все окрестные селяне именно в этот день решили продать на городском рынке урожай, выращенный за лето. На повозках подрагивали горки репы, солнце играло на алых, зеленых и желтых яблоках, хрюкали в мешках поросята, квохтали куры, чующие перемены в судьбе.
– Первый день Желтого месяца, – задумчиво изрек Авти, оглядывая это столпотворение, – ярмарка. Ах, какое время, чтобы заработать! Сколько бы сотен положил я в карман, одурачивая этих простофиль!
– Сейчас не до работы, – мрачно буркнул Хорст, вчера «для маскировки» обритый наголо. Лысой голове с непривычки было холодно. К тому же его одолевали сомнения: он не очень-то надеялся, что подобная мера позволит ему ускользнуть от бдительного ока императорских воинов. Другие-то приметы, вроде конопатой рожи или небольшого роста, никуда не делись! – Ты не забыл, что нам нужно убраться из империи как можно скорее? Или скучаешь по яме со змеями?
– Думаю, гадинам и без меня неплохо, – ухмыльнулся шут. После того как приятели присоединились к орденскому обозу, он ни разу не выступал, не проявлял прежних гнусных наклонностей, но чудная болезнь, мучившая его в горах, возвращаться не спешила. – А ты чего задергался?
– Да ворота городские скоро, – ответил Хорст, ощущая, как в брюхе что-то неприятно шевелится, – боюсь, что там авторитета нашего командора не хватит, чтобы отбить меня от стражи. Может, пока не поздно, попробуем проникнуть в город другим путем или вообще подадимся на юг?
– До границы еще десять ходов, и нам их пройти не дадут. – Авти приподнялся и посмотрел вперед, в сторону ворот. – Видишь, сколько народу в город движется? Страже сегодня не до тебя! Нечего бояться…
Хорст мрачно наблюдал, как приближается Оргирн, сердце тревожно сжималось.
Прибывших в город встречали две башни, похожие на громадные кружки без ручек. Парапеты нависали с их вершин, как застывшая каменная пена. Между башнями виднелся проход к воротам, достаточно широкий, чтобы проехали три телеги. Сейчас все в нем катилось, шло и скакало в одном направлении – внутрь.
– Трахни меня Хаос, а эти что тут делают? – пробормотал Авти, когда орденский обоз втянулся в проход. Рядом с воротами, помимо обычной стражи, расположились почти два десятка легионеров, и стояли они не просто так, а жадно шарили взглядами по толпе. Укрыться от них в довольно узком проходе было просто негде.
– Нас поджидают, – Хорст глянул назад – путь к отступлению перегородили десятки телег, лошадей и людей, а кинувшийся бежать неизбежно привлек бы к себе внимание, – и дождались… Один из легионеров что-то выкрикнул, указал в его сторону пальцем.
– Что делать? Что? – Хорст ухватился за меч, мысли метались в голове, будто стайка пьяных мартовских зайцев: «Бежать? Поздно! Сражаться? Бесполезно!»
Он еще успел увидеть, как несколько легионеров пропихиваются сквозь толпу, заметить удивленную гримасу на лице Авти, а затем поле зрения резко затуманилось.
– А? – Из горла вырвался невнятный звук, и Хорст вдруг понял, что сидит на телеге совершенно один, а вокруг клубится знакомый белесый туман.
Пропал город, ворота, другие телеги и люди в них, все исчезло. Он вновь оказался непонятно где, в том месте, где нет даже Порядка, а только жуткая и непонятная магия.
В вышине что-то прогрохотало.
Хорст поднял голову – небо затягивал тот же туман, и разглядеть сквозь него не удалось ничего.
Грохот повторился, еще более мощный, но на этот раз в нем были различимы слова. Хорст прислушался и едва не оглох – на него обрушилась настоящая какофония. Будто две башни, охраняющие ворота Оргирна, ожили и решили припомнить друг другу обиды, которые накопились за века.
– Спаси меня Владыка-Порядок, – пробормотал Хорст и сделал знак Куба, но больше по привычке. Страха он не чувствовал. Туман, некогда казавшийся ужасным, теперь внушал меньше опасений, чем легионеры, тюрьма или яма со змеями…
Хорст ощутил даже любопытство, странное желание походить тут, посмотреть, что к чему. Ведь не может же туман тянуться бесконечно? Должно быть что-то за ним? Тваррррр!..
С неба донесся последний звук споривших великанов, и стало тихо. Хорст увидел, как в тумане возникают завихрения, как он расползается, словно раздуваемый сильным ветром…
А потом телега под ним дернулась.
Глава 10. Ловушка.
Повозка накренилась, и он чуть не свалился на спину. По сторонам виднелись узкие улочки, тесно прижавшиеся друг к другу дома.
– Ни хрена себе! – произнес над ухом дребезжащий голосок Авти. – И где это ты был?
– Где был, где был… – ответил Хорст. – Пиво пил… А что стряслось-то? Мы уже в Оргирне?
Шут хмыкнул: рожа у его молодого приятеля была сейчас уморительной.
– В Оргирне, – сообщил Авти, отсмеявшись. – Где же нам еще быть? А в воротах-то я струхнул. Думал, все, конец нам настал… Эти типы с мечами были настроены решительно!
– И что?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
