подушки. — Рос. Все хорошо. Если не понравится, ты говори сразу. Не нужно терпеть, ладно?
— Ладно… — шумно вздохнула русская, ощущая мягкость постели.
Не сидя или стоя, уже неплохо. Только теперь ей трудно будет сдерживать себя хоть немного, пока ее руки прикованы к изголовью кровати. Игра очень волнительная, а ее трусики уже намокли от предвкушения. Россиянка с трудом пытается собраться с мыслями, чтобы не запаниковать и не испортить момент страсти.
Она ощутила, как он подушечками пальцев касался ее бедер, медленно поднимаясь выше. Американец не спешил с ласками, изучая каждый сантиметр ее тела, вызывая прерывистый стон. Каждое его прикосновение отзывалось в теле легкой дрожью, но темнота и неизвестность добавляли еще больше огня.
— США… Это… Странно. — Заметила девушка, поерзав под ним.
Ответа не последовало. Он был слишком занят ее тонкой шеей, касаясь нежной кожи губами. Поцелуи ощущались острее, чем обычно, отдавая судорогой в ногах. Грудь заныла от его нежных движений, а соски отвердели, требуя к себе внимания. Горячий язык коснулся ямочки между ее ключицами, а руки грубо сжали чувствительную грудь, вынуждая ее поджать ноги и хрипло простонать. Он не стал сдерживать себя, задирая ее кружевной бюстгальтер, обхватывая и посасывая губами розовую бусину. Его горячий язык и сильные руки доставляли легкую боль вперемешку с наслаждением. Она не видела его, но прекрасно чувствовала горячее дыхание и нежные губы, что не переставали касаться ее груди. Кончик языка провел вокруг ареола ее соска, слегка надавил на него, а затем вновь вобрал в свой жаркий рот, посылая тепло по всему хрупкому телу. Зубы США слегка покусывали ее отвердевшие соски, пока рука неторопливо потянулась к ее влажной промежности.
Россия была вся мокрая внизу от его ласк и скованности. Он чувствовал ее возбуждение, касаясь пальцами через ткань трусиков, наслаждался ее стонами, пока она выгибалась ему навстречу. Настоящая красавица в оковах, жаждущая скорейшей разрядки. И русская ее получит. Оставив краткий поцелуй на ее животе, Штаты резко стащил мешающую кружевную ткань, любуясь ее обнаженным видом в чулках. Если бы не переживания возлюбленной, он давно бы перестал сдерживаться и трахнул ее прямо сейчас, слыша пронзительный крик удовольствия. Однако ему не хотелось видеть ее слезы или протесты. Нужно держать себя в руках и доставить ей максимальное удовольствие, чтобы после ей хотелось повторения.
Коснувшись губами ее бедра, американец старался успокоить ее дрожание, но и не позволял сжать ноги, все ближе подбираясь поцелуями к промежности, блестящей от влаги. Она не первый раз чувствовала его ласку между ног, всегда позволяя довести себя до грани. Но в этот раз маска добавила к его прикосновениями таинственности и безумия. Русская вскрикнула, стоило ему провести языком по складочкам, поддразнивая розовую плоть. Его губы оттягивали их, посасывали, кончик языка неистово кружил вокруг клитора, пока юркий палец проник в ее узкий вход. Она не могла сдерживаться, пытаясь ухватиться за его светлые волосы, однако руки по-прежнему оставались прикованными к кровати. Блондин не останавливался, сжимая ее бедра, не позволяя соскочить с горячего языка. Все сжалось в тугой узел, грудь болезненно заныла под его широкой ладонью. Россиянка готова была вот-вот кончить, только внезапно все движения прекратились, а он неожиданно отстранился от нее. Невыносимая тишина нависла над их апартаментами. Куда же он ушел? Теперь ей стало тревожно, а возбуждение все быстрее оставляло разгоряченное тело.
— США? — тихо позвала его девушка, уловив еле слышное шуршание в стороне. — США? Ты где?
— Я рядом. — Вновь поцеловал ее мужчина, приподнимая упругие бедра. — Нужно было кое-что сделать…
— И… Что же?
— Надеть презерватив. — Усмехнулся он, замечая ее лёгкий румянец. — Не бойся. Я тебя не оставлю.
И снова его нежное прикосновение губ, так успокаивающее измученное сердце девушки. Ей определенно начинает нравиться этот необычный эксперимент. Недовольно простонав в поцелуй, она слегка поерзала бедрами, задевая его возбужденную плоть. Да, США сдерживается из последних сил, стараясь доставить ей удовольствие. Но русская не думала, что только она получит желаемое. Ощущение, словно он жертвует собой ради нее.
— США… Мне уже не страшно. — Прошептала девушка ему в губы. — Не нужно себя пересиливать…
— Ты уверена?
— Да. Пожалуйста… — закусив губу, она покраснела еще больше. — …Продолжи начатое.
Ее слова сорвали последние оковы с его терпения. Когда она вся горячая и сексуальная просит американца о ласках, ему трудно устоять. Резко приподняв ее ягодицы, он притянул русоволосую к себе, вновь лаская влажные складочки юрким языком. В его действиях не было нежности, лишь желание, страсть и грубость. Она извивалась под ним, не имея возможности коснуться руками его загорелой кожи. От этого все тело сковало судорогой, все больше приближая ее к желанному оргазму. Он покусывал и посасывал клитор, двумя пальцами расширяя ее узкое лоно. Горячие стеночки сжимали их, доставляя блондину не меньше удовольствия, вынуждая его член болезненно запульсировать. Представляя на месте пальцев его возбужденную плоть, мужчина протяжно застонал, опаляя горячим дыханием ее изнывающую промежность. Россия вскрикнула, когда третий палец ритмично задвигался внутри влагалища, доводя ее до пика страсти. Они все больше расширяли ее вход, подготавливая к самому главному. Она хотела ощутить его член внутри себя, шепча о своем желании. Но США упрямо продолжал ее ласки, не позволяя отвлечься на собственное удовольствие. Стоило ему слегка прикусить ее клитор и вновь глубоко протолкнуть три пальца, как русская задрожала под ним, кончая от настигнувшего оргазма. Темнота и скованность в руках мигом довели ее до грани, не давая отдышаться. Она была уверена, что Штаты, получив то, чего добивался, снимет с нее оковы и маску, однако россиянка вновь ошиблась.
Не позволив ей окончательно прийти в себя, он чуть шире развел ее ножки и медленно погрузился в изнывающее от желания лоно. Она пронзительно взвизгнула, выгибаясь ему навстречу. Крупная головка безжалостно растягивала горячие стеночки, ставшими узкими от пережитого оргазма. Американец выругался, когда его член достиг входа в матку, сжимая зубы от разливающегося по телу удовольствия. Сколько бы они не занимались любовью, а она по-прежнему узкая, так сильно стискивает его возбужденную плоть внутри себя. Пытаясь возобладать над собой, он вышел из нее, переводя дыхание, а после вновь толкнулся на всю длину. Это было настоящее безумие, разбавленное страстью и похотью. Его движения были резкими, грубыми и ненасытными, не сбавляя темпа, блондин двигался в ней так глубоко, насколько это было возможно. Девушка громко вскрикнула, наполняя комнату их стонами и ласковыми словечками. Настоящее безумие. Она снова ощутила эту яркую вспышку страсти. Последний толчок, и русоволосая хрипло простонала, ощущая, как удовольствие
