– Рауль и Софи, – представилась другая пара.
– Мадлен. – Прозвучал мелодичный голос, принадлежащий блондинке. На Вэл смотрели голубые, как небо Индии глаза и такие же большие.
«Ой, ой, вот это взгляд». Вэл с трудом оторвалась от этих глаз.
– Мне приятно. Располагайтесь, если будут какие-то вопросы или проблемы, то я утром часов до семи, иногда до восьми в номере, встаю рано, так что не стесняетесь, заходите смело с пяти утра. Потом обычно бываю на гхатах, но там вы меня вряд ли найдете, или в самом городе, изображаю добрую самаритянку, а после обеда, примерно в тоже время, что и сегодня в кафе, где мы с вами встретились. Ну, или после девяти-десяти вечера, бываю в своем номере, он в конце коридора, слева. – Объяснила Вэл. – Хорошо вам провести здесь время.
Компания горячо поблагодарила ее за все и стала расходиться по номерам. Вэл тоже направилась в свой, оставить компьютер и направиться к Ганге.
«Какие у этой девушки потрясающие глаза, чистые и светлые, так не похожие на глаза цвета ночи». Вспоминала ли Валерия Свету? Вспомнила, часто вспоминала. Желание услышать ее иногда было почти непреодолимым. Но все же, ни разу не позвонив, Вэл опять отдавалась во власть городу. Ей не хотелось возвращаться даже в мыслях, не к Светлане – нет, а к ее неуверенности и неопределенности. В глубине души понимала, что оставила девушку наедине с собой, не попытавшись помочь понять себя. «Я всегда принимала решения самостоятельно, именно такие решения являются свободными от желания и давления других людей. Но это я, все люди разные, вдруг ей нужна помощь, была нужна именно моя помощь? Нет, уверена, что она должна все понять сама. Уверена ли? Хорошо, не уверена, но мне хочется, что бы было именно так». Подобные этому диалоги с собой велись часто, оставаясь незавершенными.
И снова, придя на набережную Ганги, она заворожено наблюдала за нескончаемым конвейером сгорающих тел. И снова смотрела на облака серого пепла, оседающего на поверхность воды, смешиваясь с ней, утекая в вечность. Проведя за этим занятием, несколько часов, уже в полной темноте Вэл вернулась в отель.
***
«… Воды Ганги пришли на землю по милости Богов, что бы даровать людям возможность очищения от грехов, освобождения от плохой кармы и обретения духовного сознания. Они наделены мистической силой, простое омовение в них может избавить вас от многих недугов тела, сделать жизнь более цельной, устремленной к самопознанию.
По легенде Вишну, ногтем большого пальца левой ноги пробил оболочку вселенной, и оттуда потекли духовные воды причинного океана, омыв стопы Бога Вишну. Так появилась Ганга, отсюда ее второе название Вишнупади (омывающая стопы Вишну).
Каждый, кто омылся в водах Ганги очищается от материальной скверны. Сама же река всегда остается чистой. Как бы это не казалось странным, но она всегда выглядит чистой, не смотря на то, что в ней омываются миллионы людей, купаются коровы, сюда сбрасывают остатки погребальных костров и даже отходы фабрик по производству всемирно известного шелка.
Ученые обнаружили, что в водах Священной Реки содержится огромное количество серебра, а еще особый вид бактерий, очищающий воду. В том ли причина такого явления, как всегда чистая вода? Или все же в духовном происхождении реки?»
– Добрый день, Валери. – Поприветствовал женский голос.
Она оторвалась от монитора, взглянув на приветствующую ее девушку.
– Добрый день, Мадлен. – Улыбнулась она. – Как дела? Мы не виделись несколько дней с вашего приезда. Присядете?
– Да, спасибо. Все просто замечательно. – Девушка присела за столик.
– Почему Вы одна? Где спутники? Закажите кофе, если любите, здесь он почти такой же, к какому мы привыкли, в остальных местах пить его не возможно. – Посоветовала она.
– Спасибо большое, так и поступлю. Ребята поехали в Сарнатх, город первой проповеди Будды.
– Он не далеко, километров десять от Варанаси, а Вы почему не поехали с ними? – Поинтересовалась Вэл.
– Захотелось немного личного пространства и времени. – Принесли кофе, девушка сделала глоток. – И, правда, кофе.
– Так почему Вы поехали в путешествие одна на такой длительный срок? – Повторила интересующий ее вопрос Валерия, уже в другом контексте.
– Наверно потому, что не с кем. – Ответила задумчиво девушка, потом продолжила с легким вызовом. – Но Вы то тоже одна, как я поняла, и не один месяц.
– Правильно поняли, – усмехнулась Вэл. «А девушка то не проста».
– Что пишите? – Перевела тему Мадлен. – Ничего что я спрашиваю?
– Просто заметки, пропускаю через себя увиденное, услышанное, узнанное, прочувствованное, возникло желание еще и записать.
– Здорово, Вы тут уже как своя, разговариваете со всеми, Вас многие знают, относятся как к своей.
– Это видимость, я никогда не стану тут своей. Индийцы очень уважительно и тепло относятся, но я не стану частью их. Придет время, и я уеду отсюда, они это знают, и я это знаю.
– Спасибо Вам за компанию, Валери, я пойду, не буду мешать. – Девушка ждала, когда принесут счет.
– Мне было приятно с Вами поговорить, – Улыбнулась Вэл. Она смотрела на девушку. Мадлен была чуть выше нее, совсем на немного, стройная, гибкая, элегантная. Тонкие черты лица, чувственные губы. Белая по приезду кожа лица приобрела легкий матовый загар, на котором как два озера сияли обрамленные длинными ресницами глаза. «Прекрасное видение».
Вэл почувствовала, как ее молчавшее все это время тело, отреагировало на сидящую рядом девушку. «До освобождения от оков тела мне далековато».
Последующие дни Вэл ежедневно общалась со своими новыми знакомыми. Они приехали в Индию из Парижа, где и жили. Мадлен часто просила взять ее с собой, когда Вэл направлялась к гхатам или в город, они сидели в кафе, подолгу разговаривая о жизни. За несколько дней так привыкла к присутствию этой французской девушки рядом, что испытывала легкое чувство нехватки, когда ее не было рядом. По всему было видно, что и Мадлен тянется к ней. «Вот мне и захотелось других впечатлений, другого общения, других людей. Одной Индии мне стало недостаточно».
***
Садху сидел на ступеньках возле самой воды. Как уже повелось, она молча села рядом.
– Я чувствую, что все изменилось. Но я не могу понять, получила ли то – зачем сюда приезжала. Не могу найти определение, не могу сформулировать.
– Ты чувствуешь, а формулировать не нужно. Это либо есть, либо нет.
– Значит, уже не будет так, как было неделю назад, месяц назад?
– Так как было, никогда не бывает, даже спустя мгновение.
