упасть при обратном перевоплощении. Когда лента касается земли, она выбывает из общего счета. Если это твоя лента, то плохо твоему противнику – он ее не получает, а если лента противника, то, значит, в проигрыше ты. Чтобы никто этим не злоупотреблял – раньше такое бывало, – накладывается ограничение: каждая команда может потерять за игру только одну ленту, все остальные присуждаются противнику. То есть в наших интересах их не терять.
Ферн стоял так близко, что мне было сложно сосредоточиться на его словах. Словно почувствовав это, он сделал шаг назад.
– Во время игры с Саем тебе лучше всех избегать: так ты не добудешь ленты, зато сохранишь свои. И главное, не придется рисковать. Но надеяться на то, что тебя оставят в покое, нельзя. Поэтому сейчас перевоплотишься, а потом обратно. После этого я попробую догнать тебя, и, если будет безопасно, отдашь мне ленту.
Из глубины Квартала донесся первый крик Тени, и Ферн напомнил:
– Теперь мысленный кувырок вперед, давай!
Сосредоточившись на точке пониже ключиц, я мысленно кувыркнулась вперед. На этот раз у меня получилось сразу, и я приземлилась на четыре жемчужно-белые лапы. Сверху раздался странно искаженный голос Ферна:
– Хорошо. Теперь обратное перевоплощение. Так же сконцентрируйся на одной точке и сделай мысленный кувырок, только назад. Как почувствуешь, что заложило уши, значит, всё правильно. Давай, попробуй.
Тело ирсы казалось совсем другим, и я потратила около минуты, чтобы мысленно нащупать нужную точку, но, когда мне это удалось и я представила кувырок назад, уши тут же заложило, голова закружилась – я снова оказалась на своих ногах и даже устояла.
Ферн широко улыбнулся.
– Отлично! А теперь давай вместе!
Тени взвыли где-то поблизости, но уже через пару мгновений я упиралась лапами в лассник и смотрела на довольную морду лиса. Тот повел ушами и мотнул головой, словно говоря: убегай.
Я с легкостью побежала вдоль домов, петляя между черными Тенями, а потом нырнула под арку, где был сквозной проход на следующую улицу. Я неслась, то и дело меняя направление, чтобы запутать преследовавшего меня Ферна. Несколько раз я видела мелькнувшую вдали тень, но она ко мне не приближалась – скорее всего, это был кто-то другой, и я решила, что мне удалось уйти от погони.
Лис вылетел на меня неожиданно. Еще секунду назад улочка была пуста, а тут он выскочил из какой-то двери и, не давая опомниться, боднул меня головой в бок. От неожиданности я упала, а лис оскалил зубы, словно усмехаясь, и поднял переднюю лапу.
Точно, он меня догнал, значит, я должна отдать ему ленту. Крики Теней звучали где-то в отдалении, но я всё равно огляделась, чтобы убедиться, что поблизости их нет.
Когда я перевоплотилась, Ферн уже стоял рядом, готовый забрать ленту, но меня парализовало от ужаса: на мгновение над Кварталом повисла тишина, а потом воздух разорвало от яростных, пронзительных воплей – Тени нас почуяли.
– Вира, лента!
Дрожащими руками я взялась за ленту на запястье, но никак не могла вытащить конец – перед глазами всё заплясало от страха, а по спине покатился холодный пот.
Невероятно спокойным голосом Ферн проговорил:
– Ты справишься, всё хорошо.
Лента наконец поддалась, я судорожно размотала ее и сунула в протянутую ладонь Ферна.
– Ты молодец, давай скорей обратно.
Приземлившись после перевоплощения, я увидела, как Ферн продевает концы ленты, а сзади к нему подбираются Тени, надрываясь от крика. Рык застрял у меня в глотке – в этот миг Ферн исчез, а на его месте, подрагивая ушами, оказался черно-белый лис.
От пережитого потрясения мои лапы обмякли, и я всем телом припала к дороге.
Еще бы чуть-чуть, и…
Перед глазами возник Хейрон – Тень – и мгновение звенящей пустоты.
Лис подошел ко мне и, заглянув в глаза, ткнулся мордой в плечо.
Нейт был прав. Это безумие. Пережить такое трижды?.. Нет, нет, ни за что! Вся эта игра – безумие! Кто вообще ее придумал?..
Лис встревоженно тявкнул и указал носом на небо: сквозь серую переливчатую пелену я увидела, что начало светать, – пора возвращаться. Медленно поднявшись, я встряхнулась и побежала за лисом вслед.
После долгого сна я обедала на кухне в полном одиночестве – если кто-то и бодрствовал, то оставался в своей комнате. Аппетит ко мне вернулся, но, погруженная в мысли, вкуса еды я почти не чувствовала.
Несмотря на заверения Ферна, что я отлично справилась и что всем новичкам поначалу не по себе, стылое чувство страха в груди никуда не исчезло, даже много часов спустя. Я не Донни, но опять по глупости ввязалась во что-то опасное, не разобравшись как следует, во что именно ввязываюсь. А теперь от того, выиграем мы или проиграем, зависит наше будущее – и в первую очередь будущее Кинна. Ферн сказал мне, что это Сай придумал теневые салки: ему нравилось играть со смертью – своей и чужой. И если он узнает о камне-сердце, то сделает всё возможное, чтобы заполучить его – не только ради тишины и безопасности, нет. Как когда-то предупредил нас Нейт, камень-сердце дает власть над нашими жизнями – над жизнью Кинна, – и Сай ни за что от этого не откажется. Если мы проиграем, то не только Кинн, но и все мы можем стать игрушками Сая и его приятелей.
Мне стало тошно, когда вспомнилась Рисса, которая в этот раз не скрываясь пожирала Кинна взглядом. Нет, я сделаю что угодно, лишь бы Сай не узнал о камне-сердце!
Выпив воды, я положила недоеденный хлеб с вяленым мясом обратно на тарелку и, прикрыв ее вышитой салфеткой, убрала в холодильный ящик. Кьяра отмыла его, а Кинн по ее просьбе пробудил геррионы, и теперь можно было хранить продукты, не опасаясь, что на жаре они испортятся.
В ту минуту, когда я вошла в лиловую гостиную, скрипнула дверь, ведущая к мужским спальням, и на пороге показался Кинн. За миг до того, как он поднял голову, я отступила назад, в столовую, и не раздумывая бросилась к музыкальной гостиной. Там никого не было, и, задыхаясь от волнения, я поспешно зашла внутрь.
Но, похоже, мое трусливое бегство не осталось незамеченным – пока я отступала глубже в комнату, дверная ручка опустилась, и в эту секунду я остро пожалела, что я не Донни, чтобы спрятаться за ближайшим диваном. Оглянувшись, я заметила сдвинутый в угол рояль, вихрем преодолела несколько шагов, села на пуф и со стуком открыла клавиатурную крышку.
– Вира?..
Мои пальцы зависли над клавишами. Я
