ушел к багажнику.
Отомстить бы ему… вдарить камнем по голове!
— Но ведь все равно увернется, гад… — Сама себе шепнула и на трясущихся ногах поднялась. Полезла в салон переодеваться.
Нольд сменил свою одежду. Все мокрое спрятал в отдельный мешок, мне дополнительно кинул тонкое шерстяное покрывало, в которое я завернулась. Подал бутылку воды. Пока отсиживалась на сиденье, он притащил веток к берегу и развел костер.
— Может, тебя отключить на пару часов?
Вместо ответа я показала неприличный жест, а он по-человечески, а не как неживой истукан, улыбнулся. Мысль о мести и о том, чтобы прибить его спящим, только укоренилась.
— Извини, воду взял, а про еду забыл. До завтра продержишься?
— Да… Нольд, я могу понять жесткость тренировки, это обучение… но последнее — зачем?
— Хотел увидеть, превращаешься ли ты в жертву, если нет сил и настоящего выхода.
— Увидел, но зачем?
— Мне это нужно.
— Зачем нужно?
— Вот ты упертая… хватит вопросов.
Еще не закат. Но возле огня стало казаться, что небо темнее дневного и пространство стало другим, отодвинувшись и расширившись за пределы круга тепла и света. Там — другой мир, здесь — свой. Я перебралась к костру, сев не на землю, а на сумку, которую сбила плотнее, поджала ноги и укуталась в одеяло, как в кокон. Горело и зудело все тело. Регенерат залечивал истязания, восстанавливая повреждения, растяжения и перенапряг. И это счастье! Если бы не он, я и не знала бы что в итоге — на завтра труп? Пошевелиться бы не смогла и синяками заплыла, превратившись в отбивную? Ладно… стало волновать другое. Обернувшись в свои мысли и ощущения, со стыдом признавала — на очень далекой периферии скользила тень возбуждения. Вся груда ярости от угрозы насилием легчала и откатывалась в сторону, обнажая внезапную память о удовольствии. А оно было: тяжесть Нольда, сильная маскулинная ласка, сама близость горячего тела в купе с собственной слабостью. Я оказалась на грани того мига, когда всех некромагок уносит…
Даже если он груб, я бы хотела отдаться. Не с таким подходом, конечно, а по-людски, по доброй воле и обоюдном согласии. Хотела бы!
Великий Морс, но почему же меня это нисколько не пугает?! Я не извращенка, не мазохистка, а нормальная женщина! Нет… вру. Я — некромага.
У каждой из нас был тайна, связанная с тем, что и мы не могли заниматься любовью также, как и обычные женщины.
Отец не рассказывал. Он или сам не знал, или нарочно никогда не касался этой темы, разговаривая со мной, дочерью. Только попав в объятия Толля, допустив до близости, познала… рай. Катарсис с восприятием потока всего живого на земле, и растворением сознания где-то вне тела. Уже годы спустя я решилась спросить у некромагаи об этом, когда по другой причине по знакам мы сошлись для разговора в парке южного города. Безымянная сестра была на много лет старше и обмолвилась о том, что у нее есть возлюбленный. Это наше свойство, и оно родственно ужасной способности поднимать мертвых. Способности разумом отключаться и переходить сознанием вне, занимая собой тело покойника. Так мальчик поднял свою собаку, вселившись в труп. Для нас — ад. Но та же способность превращала секс — в рай. Некромагки испытывали удовольствие духовного плана, экстаз разума, эйфорию и блаженство от того, что в миг близости отключались от восприятия смерти, и попадали в сжигающий луч жизни.
Нольд едва не запустил этот процесс — возбуждение, хоть на чуть-чуть появившись, работало сразу, не дожидаясь даже соединения тел. Великий Морс, я хотела близости с Нольдом несмотря ни на что! По обоюдному согласию, конечно, а не так. И пусть он не способен к нежности, а склонен к насилию, мне было все равно!
А ведь он меня выпустил… Это не я, такая ловкая, вывернулась, пусть по-честному приложив все силы, он позволил. Решил бы всерьез, накрыло бы больной головой, никакое сопротивление не спасло. Иллюзия.
Воду выпила две бутылки. На удивление после всего не хотелось отрубиться спать, хоть и голодная была, а прибавлялось сил. Следующие часы, почти до сумерек, я сидела и наслаждалась тишиной, которая полнилась только приятными звуками — реки, леса, треска сосновых веток в костре. Ветра почти не было, но когда он шелестел, то походил на далекий шепот. На небе появились первые звезды и из-за кромки противоположной гряды деревьев выплыла неполная луна.
Со злорадством подмечала, что Нольд иногда потирал укушенную руку и устало потягивался. Нечеловечески выносливый, а я все-таки тоже его вымотала! Не каменный он!
Заговаривать не хотелось. Обсуждать дела тоже, да и у самой мысли уводило в другую сторону.
— Ева… — после долгой тишины он вдруг подал голос, сказав тихо, но со значением. — Не говори никому, что ты сегодня была со мной. Особенно Яну, поняла?
— Поняла.
— Захочешь спать, иди в машину. Я до полуночи тоже посплю, а потом поедем обратно.
И вытянулся на голой земле, закинув руки за голову. Закрыл глаза. Только я все равно увидела, потому что на него смотрела, и никакие теплые блики от огня не скрыли, — два ледяных голубых кристаллика в радужке. Блеснули и прикрылись сомкнувшимися веками.
Возможно ли, что кроме некромагов на земле существовал еще один генетический или даже магический, я уже во все готова поверить, вид людей? Еще как возможно! И они до сих пор не проявлены по простой причине — нет биологических маркеров. Никакой анализ крови, тесты, хоть целое вскрытие живых или мертвых, неспособны доказать «звериность». Некромаги слетали с катушек, да. И очень заметно. А если слетит оборотень, то его как маньяка поймает, посадит или даже застрелит при задержании полиция, или как буйного запрут в психбольнице. Мало там что ли чокнутых, уверяющих что они переродившиеся цари прошлого, вампиры или жители из параллельных миров… я посмотрела на луну. Периодические обострения. Нольд — не человек полностью, есть еще та часть, которая превращает его в зверя.
Глава двадцатая
В воскресенье Троица пригласил к себе в «Науку», вызвонил. Он не водил машину, не мог меня откуда-то забрать, и я добралась с сопровождением Вилли. Не сразу догадалась, что ему там ничего не нужно и парень со мной в качестве защитника. Проводил до «бункера» внизу и ушел, чтобы не мешать.
— Люблю восток всем сердцем, с самого детства, едва там впервые побывал. Давайте начнем с чая.
Троица приготовил настоящую
