– Ей было всего шесть, когда ее мама умерла.
На лице Торпа отразилось смятение.
– Вот именно.
Шон сделал еще один большой глоток выпивки.
– У нее с сестрой были скорее отношения матери и дочери. Судя по всему, она действительно любила Шарлотту, но, когда девочке исполнилось двенадцать, та начала бунтовать, и у них были серьезные споры по поводу ее поведения. – Он сделал паузу. – Согласно результатам вскрытия, Шарлотта была на девятой неделе беременности, когда умерла.
– В четырнадцать лет? Я знаю, что такое случается, но… – Шок заставил Торпа нахмурить брови. – Ты думаешь, Калли знала?
– Только она может ответить на этот вопрос. Много предположений о том, кто стал отцом ребенка Шарлотты…
Озадаченный взгляд Торпа превратился в хмурый.
– Ты думаешь, это придурок был парнем Калли?
– Холден, очевидно, проводил много времени в их доме, и он явно был беспринципным ублюдком. Я бы сказал, что все возможно.
Торп взъерошил рукой растрепанные волосы.
– Сукин сын. Если это так, то это может быть еще одной причиной, по которой она никому не доверяет. Быть преданной своим парнем и сестрой в таком юном возрасте жестоко.
– Она также не могла положиться на отца. По моей информации, после смерти матери он оставил заботу о девочках наемным работникам и начал общаться с людьми, готовыми взять его деньги, в первую очередь с медицинскими исследователями. Похоже, он стал одержим идеей найти лекарство от рака от имени своей покойной жены.
– О, черт. – Торп покачал головой. – Девочки были так молоды. Они потеряли мать. Они нуждались в утешении и любви. Неудивительно, что Калли хотела убежать из дома и поверила первому парню с твердым членом, который утверждал, что любит ее. Она усвоила урок на собственном горьком опыте. Как, черт возьми, она должна оправиться от этого, спасая свою чертову жизнь?
– Я не уверен, что она оправится. Я пытался исцелить ее, как мог, но, как ты знаешь, это чертовски большая работа, – вздохнул Шон.
– Ей нужны люди, на которых она может безошибочно положиться.
Эта мысль, казалось, еще больше отрезвила Торпа.
– Ты прав.
– Так что, если ты хочешь вернуться в «Доминион», скажи мне сейчас. Я доставлю тебя на пристань после восхода солнца. Пока ты будешь держать рот на замке, я пойму.
– Что? Я зашел так далеко не для того, чтобы сейчас сбежать. Я не брошу Калли. Аксель может управлять «Доминионом» и без меня. Многие люди там помогут.
Облегчение затопило Шона. Они оба согласились, что Калли должна быть на первом месте. Возможно, у них не так много общего, но они разделяли это убеждение. Теперь разговор стал сложным…
– Хорошо. Я много думал об этом. Мне нужна твоя помощь с Калли. Иногда ты единственный человек, который может до нее достучаться.
Шон вздохнул и попытался придумать, как сказать все остальное, что теснилось у него в голове. Вероятно, ему следовало немного поспать и выпить крепкого кофе, прежде чем он даже попробует, но время было не на их стороне. Как только Калли проснется, у них будет драка. Спор между ним и Торпом должен быть улажен сейчас.
– Я здесь ради нее, что бы ей ни понадобилось.
– Даже если это мы оба?
Торп колебался.
– Что ты имеешь в виду?
– Вероятно, ей понадобимся мы оба, чтобы защитить ее от тех, кто ее ищет, – начал Шон. – Я думаю, можно с уверенностью предположить, что, если они убили ее семью и стреляли в нее, они также хотят ее смерти. Чем больше людей прикрывает ей спину, тем в большей безопасности она будет.
– Согласен.
– И ты знаешь, какой скрытной она всегда была – и не без причины. Но если мы собираемся раскрыть ее, чтобы она рассказала нам о своем прошлом, нам придется заслужить ее доверие. Мне понадобится твоя твердая рука.
Торп сел и вгляделся в него сквозь темноту.
– В смысле?
– После того как несколько месяцев я рассказывал ей свою легенду, ее доверие ко мне сейчас в лучшем случае шаткое. Мы не можем дожидаться, когда вырастим его снова, прежде чем узнаем, что ей известно. Нам эта информация нужна сейчас.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Торп не ответил, но Шон видел, как в голове у этого человека все перевернулось.
– Ты знаешь, что я прав.
– Да.
Торп сглотнул.
– Так же, как ты знаешь, к чему я клоню, чувак. У этой женщины никогда не было того, что ей нужно. Когда она была маленькой, ей нужна была мать, но та умерла от рака. Будучи подростком, она нуждалась в поддержке семьи, но отец был слишком далек, в то время как сестра, вероятно, ударила ее ножом в спину. Ей нужно было закончить расти в безопасной среде… и ты знаешь, как это происходит. Теперь Калли нуждается в нас не только для защиты. Ей нужно, чтобы мы, наконец, сделали ее цельной.
– Господи…
Торп выдохнул и провел рукой по волосам.
Шон продолжал настаивать.
– Ты сам сказал, что мне не хватает знаний, чтобы должным образом направлять ее. Но не тебе. Тебе она доверяет. А ещё она тебя любит.
Торп сначала не сказал ни слова, просто протянул руку за бутылкой. Шон передал ту обратно, наблюдая, как другой мужчина глотает текилу, без сомнения, прокручивая в голове возможности.
– Я бы спросил, серьезно ли ты, черт возьми, но ты, очевидно, серьезно. – Он покачал головой с растрепанными волосами. – Я не рекомендую приглашать меня в свой огород, Маккензи. Я ей не подхожу.
Это утверждение было нелепым. Он и Калли идеально подходили друг другу.
– Прямо сейчас я просто пытаюсь сохранить ей жизнь, – уклонился Шон. – Если ты хочешь пойти своей дорогой, как только опасность минует, я помогу тебе найти дверь.
У него были смешанные чувства по поводу этого предложения. Торп, бросив Калли, раздавил бы ее. Но если это случится, ему придется найти какой-нибудь способ помочь ей справиться. Как бы то ни было, это была еще одна проблема нового дня. Теперь у него было что обдумать. Он просто должен верить, что как только Торп приблизится к ней, он не сможет уйти.
– Но я хочу, чтобы ты подумал об этом. Единственное место, где ваша разница в возрасте что-то значит, – это твоя голова. И ты беспокоишься о том, чтобы дать ей достаточно нежности? Это чушь собачья.
Даже если бы это было не так, Шон был бы счастлив подарить Калли много любви. В конце концов, если он не сможет ей что-то дать, Торп вполне может вытеснить его из ее сердца. Или, может быть, это говорил его собственный страх, потому что потом он закрыл глаза и вспомнил ее дрожащую капитуляцию, ее крики о том, что она любит его. Возможно, для Калли изначально он был в качестве замены тем потребностям, которые Торп не удовлетворял, но их отношения переросли в нечто гораздо более глубокое, чем он мог себе представить, когда она была просто именем в папке с файлами и фотографией симпатичной девушки.
– Переходи к делу и скажи мне, что хочешь сказать, – нетерпеливо проговорил Торп. – Объясни по буквам. Я не хочу, чтобы между нами было недопонимание.
– Мы разделяем ее на сто процентов – по крайней мере, до тех пор, пока она в опасности. Все, что мы делаем для нее, мы делаем вместе. Но ты не можешь делать это наполовину. Ты должен отдать ей все, что у тебя есть.
Торп замер.
– Так… ты хочешь, чтобы я наказывал ее?
– Когда ей это нужно, да.
Глубокий вдох. Задумчивый взгляд. Глоток.
– Ты хочешь, чтобы я дал зеленый свет сексу?
Это был вопрос, который, как он знал, рано или поздно всплывет на поверхность. Как много от Калли он готов был отдать другому мужчине…
Теперь настала очередь Шона колебаться. Честно говоря, он не знал, что почувствует, увидев руки Торпа на ней, его член, проникающий в нее. Возможно, ему захочется перерезать Дому горло. Но он также мог бы утешиться тем, что поступает правильно ради Калли и наблюдает, как она расцветает. В любом случае, он должен поставить ее на первое место. Если бы они не вытянули из нее соответствующую информацию о прошлом, она могла бы не пережить это испытание. Тогда его ревность была бы совершенно неуместной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
