В то же время она заметила дверь в дальней стене, которая вела в темную нишу, куда скрывается богиня-царица для тайного совещания с богами. И где, подумала Дафна, легко прятаться и наблюдать за происходящим, оставаясь незамеченным под покровом темноты.
Потом Дафна снова обратила внимание на Ику, неподвижно созерцавшую фрески на стенах. Казалось, она разговаривает с сидящими среди пучков тростника изваяниями чудовищ.
«Грифоны, подумала Дафна, у них гордая орлиная голова, тело льва и извивающийся змеиный хвост. Критяне правы, эти фантастические существа олицетворяют три ипостаси богини — небесную, земную и подземную. Неудивительно, что я испугалась; а вдруг они и в самом деле заговорят? Но тем лучше — спросив богиню, можно легко найти то, что я ищу».
Пока Дафна нерешительно топталась у порога, Ика подошла к каменным скамейкам и к гипсовому трону перед ними. Девушка села на него, словно царица; по сторонам стояли грифоны, а пучки тростника образовывали корону над ее головой. Гнев и злоба охватили Дафну. Это место принадлежит ей, это она — царица.
Вдруг со двора послышались голоса.
— Мы должны уходить, — заволновалась Дафна. Для посещения священных покоев требовалось разрешение самого царя. Дафна могла получить такое разрешение, но каково было бы удивление Сарпедона при виде Ики! Присутствие посторонней женщины грозило Дафне не только лишением титула Прорицательницы, но и смертью.
— Кто-то идет сюда, — повторила она еще раз, но Ика не ответила. — Мы должны уйти, немедленно.
Ика рассеянно кивнула, Дафна оглянулась. Было слишком поздно выбегать на двор, но, поспешив, они успели бы скрыться, поднявшись по спиральной лестнице. На мгновение царевна вспомнила о нише, но содрогнулась при мысли о темноте. Только богам известно, что ждет их в таком ужасном месте.
— Ика, пожалуйста, — жалобно повторила она, но девушка оставалась по-прежнему в полубессознательном состоянии. Ее можно было увести силой, но их разделяло слишком большое расстояние. Дафна решила не рисковать.
— Я ухожу, — объявила она, повернувшись к двери, — и ты уходи поскорее.
Убедив себя, что сделала все возможное, Дафна побежала по лестнице и остановилась у светового колодца. Кто бы там ни был, он, вероятно, уже заметил Ику. Да, неприятная неожиданность ожидает рабыню, когда та придет в себя.
Слава богам, ей удалось уйти от опасности. Теперь никто не узнает, что она побывала в зале. Ика не предаст ее, клятва Язону не позволит ей сделать это.
Поразмыслить обо всем обстоятельно она сможет, только оказавшись в своих удобных и тихих покоях. Если Ику поймают, повлияет ли это на ее судьбу?
И что теперь сказать Сарпедону? Как доказать свой дар пророчества?
Ика едва сознавала, что Дафна ушла и к ней приближаются незнакомые люди. Она чувствовала движение вокруг себя, слышала печальные звуки флейты, но не обращала на них никакого внимания. Только глиняные кувшины в углах ямы заставляли биться ее сердце. Вот для чего она пришла сюда, ведь именно их нужно было найти.
Девушка медленно спустилась по холодным ступеням. Ступив на каменный пол, она содрогнулась при мысли, что знает это место. Ей были знакомы эти кувшины и даже отверстия по бокам.
В отверстиях появились узкие треугольные головы. Они не покидали свои глиняные укрытия, а только, немного высовываясь, прислушивались к музыке, словно ожидая знака.
«Гадюки», — подумала Ика, немного испугавшись.
Но ноги ее продолжали идти вперед и остановились только в центре площадки на ровном расстоянии от каждого глиняного сосуда. Тело ее постепенно стало деревенеть. От звуков флейты в голове зашумело. Тело сжималось легкими толчками — и вот она полетела в бесплотную даль.
На этот раз воплощение в чужом теле было удивительно тем, что Лара была очень молода, возможно, даже моложе Ики. Горячая молодая кровь бурлила в жилах их общего тела.
Радостное возбуждение смешалось с дрожью, ведь Ика не знала, что можно ожидать от этих змей. Одно неверное движение, и она лишится жизни.
Но Лара не боялась смерти. Как поняла Ика, смерть для нее была всего лишь одной из стадий вращения вечного колеса жизни. Испуг Лары говорил бы о ее неудаче, а она готовилась к этому событию всю свою жизнь.
Постепенно Ика начала различать лица женщин, которые смотрели на нее из верхнего зала. Она узнала их: это были жрицы, заставившие ее проклясть царя; они тоже выглядели гораздо моложе.
По сигналу хлопка жрицы расступились в стороны, дав дорогу высокой женщине, одетой в царские позолоченные одежды.
— Готова ли она? — спросила она мягким, мелодичным голосом.
— Еще нет, о царица, — быстро ответила одна из жриц. — Мы ждем вас.
Пасифая кивнула, подав тем самым команду спуститься. В вытянутых руках одна из жриц держала высокий и узкий сосуд, похожий на перевернутую колонну. Когда она дошла до последней ступени, Ика почувствовала, как змеи беспокойно зашевелились в своих кувшинах.
Кто из них вздохнул, Ика или Лара?
Царица улыбнулась.
— Не бойся, Лара, — сказала она нежно. — Ты ведь знаешь, что богиня покровительствует избранным. Чистым душой нечего бояться.
Лара приподняла подбородок, чувство уверенности приободрило ее, но ведь не только она присутствовала при испытании. Страх Ики только усилился.
Послышалась тихая песня. Жрица вступила на камни площадки. Остальные пели в глубоком трансе.
— Сними свои одежды, Лара, — приказала Пасифая почти беззвучно. — Приготовься к испытанию.
Ика почувствовала, как платье слетает с ее плеч, а руки вздымаются к свету — это Лара возносила молитву. Взор Ики был прикован к сосуду, который несла жрица. Она пролита немного масла, и Ика сразу же почувствовала запах мускуса.
Поставив сосуд на пол, жрица обмакнула палец в густую жидкость. Она помазала пальцем у себя под носом и мечтательно улыбнулась, прежде чем дотронуться до горла Лары.
Ика вздрогнула от прикосновения, но не смогла понять, жар или холод пробежали по ее телу. Она вдохнула запах мускуса, смешанный с запахом земли. Ноги ее задрожали, и она подалась вперед.
Сохраняя на лице улыбку, жрица наносила узоры маслом на ее дрожащее тело, подчеркивая каждую ямку, дотронувшись до обоих сосков. Смешавшись с запахом ее собственного тела, мускус превратился в своеобразный густой аромат. Палец двигался все ниже, дотрагиваясь уже до чувствительных мест на бедрах. Ика почувствовала, как еще один вздох вырвался из ее груди. На этот раз страха не было, она забыла, что происходит с нею и кто она. Дрожь перешла в пульсацию, затем в страстное желание. «Выше, — в ее голове крутилась только одна мысль, — и сильнее».
